Одиннадцатый палец - Цинь Мин

– Вероятно, дело не в этом, – ответил я. – Из убитого же достали полный набор органов.

– А может… – лицо Линь Тао выражало отвращение, – каннибализм?

Никто из присутствующих не смог сдержать позыв закатить глаза.

– Ну а зачем тогда убийце внутренние органы? – возмутился Линь Тао.

– Меня больше всего волнует не это, – продолжил я. – Если убийцу интересовали только внутренности, то для чего он расчленил тело? Можно же было просто вспороть живот.

Судмедэксперт Хань, потерев губы, тихо добавил:

– По разрезам можно сказать, что убийца кое-как разбирается в строении человеческого тела, но все же знания у него поверхностные. Он знал, что верхнюю часть таза нужно отрезать поперек межпозвоночных дисков, но не знал, каким образом отделить остальное, а потому потратил уйму усилий на расчленение. Он просто хотел, чтобы было проще его выбросить.

– Ну и силища у него, хоть отбавляй, – заметил Дабао.

– Это не самое главное, – перебил я. – Смысл в том, что если убийца разделал тело, чтобы выбросить или спрятать его, то он был очень хорошо знаком с жертвой. А вот если все это было только ради извлечения органов, то они с жертвой вполне могли быть абсолютно чужими друг другу.

– То есть вы считаете, что преступник был знаком с жертвой? – переспросил Дабао.

Все закивали.

– Все части тела, кроме внутренних органов, были обнаружены? – уточнил я.

Практикант взглянул на труп и помотал головой:

– В брюшной полости недостает одного куска мышечной ткани, а еще у трупа не хватает одного уха. Все остальное вроде на месте.

– Нормальная ситуация, – поспешил вставить Линь Тао. – Тут полно бродячих кошек и собак, которые могли утащить несколько кусочков и съесть. Как ни старайся, а их теперь только в продуктах метаболизма животных удастся найти.

– Ты такой красивый, пока рот не откроешь! – рассмеялся я, глядя на Линь Тао.

Тот вскинул свои густые брови:

– Кто бы говорил… Ты бы хоть оценил, какие умные слова я употребил!

– На теле нет ни ран, ни следов удушья, – сказал Дабао. – В данный момент невозможно определить причину смерти.

– Внутренние органы отсутствуют, а крови недостаточно для исследования. Как нам провести токсикологический анализ? – спросил судмедэксперт Хань.

– Ха-ха, выход всегда есть. – Дабао поправил очки. – Убийца не тронул мочевой пузырь, и в нем осталась моча.

– Отравление – нередкий способ убийства, и в подавляющем большинстве его выбирают женщины, – сказал судмедэксперт Хань.

– Не думаю, что это так, – возразил Дабао. – Какая женщина способна донести такое тяжелое тело?

– Если она подъехала близко к контейнерам, – предположил судмедэксперт Хань, – то у нее хватило бы сил закинуть куски в бак.

– Это просто невозможно, – продолжал Дабао. – Ни одна женщина не способна на такое хладнокровное убийство: вспороть живот, распотрошить, а потом еще и расчленить… Женская психика недостаточно крепка для подобных действий.

– Не обязательно, – ответил Хань. – Если присмотреться к отрезанным краям трубчатых костей конечностей, то видно, что все они были отсечены какими-то часто повторяющимися одинаковыми движениями, при этом срез получился очень аккуратным. Это возможно сделать только хорошо заточенным остеотомом. Однако при повторном осмотре фрагментов становится понятно, что пропил был сделан несколько десятков раз. Мужчине же достаточно сделать всего несколько нажатий на инструмент.

– Ты когда-нибудь встречал хоть одно дело, где женщина в одиночку расчленила бы тело? – спросил Дабао.

– В моем опыте таких случаев немало, – рассмеялся судмедэксперт Хань. – Времена изменились – женщина теперь исполняет не только роль прекрасной половины, но может и устроить расчлененку.

Я присел на корточки рядом со скороваркой, в которой как раз закипал лобковый симфиз, и продолжил слушать спор двух судмедэкспертов. Они оба были правы.

– Симфиз скоро сварится, – решил я прервать их дебаты. – Как только узнаем личность погибшего, дело решится само по себе.

Скороварка визжала под жаром индукционной плиты. Крышка приподнималась в попытках отдышаться и стучала о бортики кастрюли, выпуская клубы белого пара. Вся прозекторская наполнилась мясным ароматом. Вот только он не вызывал аппетита.

– После того раза, когда я сам сварил чьи-то кости, больше не могу есть бульон, – сказал Дабао.

– Неужели? – Я уменьшил мощность плиты и потихоньку открыл крышку скороварки, после чего помешал в ней кровоостанавливающим зажимом. – Карьера требует работы мозга, а пищеварительная система – желудка. Одно другому не мешает, да?

– А у тебя, по ходу, внутри автоматическая коробка передач с высокой производительностью, – пошутил судмедэксперт Хань. – Даже такое через себя пропускает.

Кости варят, чтобы легче было отделять друг от друга плотно прилегающие мышцы, хрящи и надкостницу. Таким образом можно хорошо отчистить поверхность кости для дальнейшего изучения.

Я выловил из молочно-белого бульона лобковую кость и с помощью зажима начал аккуратно отрывать кусочки мягких тканей. В скором времени показалось лонное сочленение.

– Скорее всего, ему около тридцати лет, – заявил я. – Нужно положить к остальным частям тела, потом определим точнее. А еще нужно побыстрее уточнить про отравление: мы уже так долго возимся с телом, а все еще не знаем причину смерти…

– Товарищи преподаватели, – вдруг прервал наши размышления один из практикантов, отвечавший за собирание конструктора из частей тела, – а почему здесь одиннадцать пальцев?

В эту же секунду мы окружили секционный стол. Если погибший окажется шестипалым, это значительно упростит поиски его личности.

– Но, – продолжил практикант, – кисти рук уже восстановлены, на них всего хватает, у него пять пальцев на руке.

Я долгое время не мог произнести ни слова. Наконец пробормотал:

– Как… как такое возможно?

– Это значит, – пояснил судмедэксперт Хань, – что среди останков погибшего есть палец, который ему не принадлежит.

– М-м, – протянул я. – Понятно. К слову, мы только что раскрыли дело, где случайно соединили части двух трупов в один, и только благодаря анализу ДНК узнали, что это были два разных тела.

– Но у нас тут другая ситуация, – заметил практикант. – С телом всё в порядке, кроме лишнего пальца.

В прозекторской воцарилась тишина. Вырезание внутренних органов, лишние пальцы, борозда для веревки – все это вводило в ступор и вызывало недоумение.

– Ну, – нарушил тишину Дабао, – в любом случае рост мужчины составляет метр семьдесят пять, телосложение среднее, возраст примерно тридцать лет. Это то, что мы можем сказать уже сейчас. Но когда придут результаты анализа ДНК, я уверен, что установить личность не составит труда.

– Верно, – будто утешая самого себя, сказал судмедэксперт Хань. – Учитывая, что мы предполагаем отравление, смерть, скорее всего, наступила в пределах двух дней, примерно третьего июня. Мы уже можем предоставить немало информации следствию.

Они пытались успокоить сами себя, но меня происходящее совсем не радовало. Неужели пострадала еще одна невинная душа, которая прямо сейчас следит за нами? Кто