Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года - Элис (Арису) Арисугава

– Покажи, покажи! – Юко взяла руку Саюри, внимательно рассмотрела кольцо на безымянном пальце, восхищенно ахнула.

Мика с Тацуко тоже вытянули шеи: и нам покажи, и нам!

– Платиновый перстень с рельефным изображением ангела из черного перламутра. Он великолепен! – Риё рассказывала об этом с такой радостью, будто речь шла о ее собственном сокровище.

Я тоже заглянул поверх девичьих голов. Кольцо и правда было впечатляющее.

– Наверное, очень дорогое, – Мика пристально взглянула на Саюри, – как ты только решилась надеть его в горы. Ты что, правда никогда его не снимаешь?

– Да. Это подарок на окончание школы. Насколько я знаю, тетя его не покупала. Это было ее кольцо, она постоянно носила его на пальце. И мне велела всегда носить его на руке, не хранить в шкатулке для драгоценностей. Поэтому я ношу его не снимая.

– Вот это да! До чего же красивое! Завидую тебе. – Юко заглянула Саюри в лицо. – Слушай, а можно я его надену? Всего разок!

Саюри кивнула, как ни в чем не бывало сняла с пальца кольцо и протянула Юко. Та радостно надела его, рассмотрела сбоку, под углом, полюбовалась в лунном свете, вздохнула.

– И нам! – Мика и Тацуко тоже по очереди примерили кольцо.

Все шло нормально, пока Сёдзо не спросил: «А можно мне?» Лучше бы он этого не делал. Он с усилием натянул драгоценную вещицу на безымянный палец правой руки. Кольцо было довольно большим для женского, а пальцы у Сёдзо – тонкими. Р-р-раз, и кольцо плотно село на его палец.

– Красиво, – ухмыльнулся он и хотел было вернуть кольцо Саюри, но вдруг нахмурился.

– Только не говори, что оно не снимается! – проговорил Ода, нарочито растягивая слова, отчего Сёдзо занервничал еще больше.

– Подожди минутку, – дергал он кольцо, которое никак не хотело двигаться дальше второй фаланги.

– Эй, так нельзя! – закричала Юко. – Это очень ценное кольцо! Тут недостаточно просто извиниться и купить его, потому что не снимается. Что ты собираешься делать?

– Подожди, подожди, я сейчас. – Не обращая внимания на боль, Сёдзо старался изо всех сил, но ничего не выходило. Он выглядел совершенно растерянным и только беспомощно повторял: – Что теперь делать?

– Не переживай, – улыбнулась Саюри примирительно, – со временем снимется. Если не получится, обратимся к ювелиру, когда спустимся вниз.

– Но ведь он разрежет кольцо! У нашей соседки такое было. Вызвали пожарных, и она уж так рыдала, а потом говорит: «Ладно, режьте».

– Юко, ты-то хоть не подливай масла в огонь, – с жалким видом произнес Сёдзо. – Прости. Глупая была идея, и вот результат. Если кольцо не снимется, я верну его тебе, даже если для этого мне придется отрезать палец.

Саюри не только не расстроилась, а скорее, наоборот, словно удивилась его чрезмерной реакции. Она снова повторила, что беспокоиться не о чем.

– Есть много способов это исправить. Например, с помощью мыльного раствора. Это мы и сейчас можем сделать, – сказала Мика, и Сёдзо ухватился за эту идею.

Пробормотав «Ну и тип!», Нацуо принес из палатки мыло и стакан воды, но и эта попытка провалилась.

– Ничего не поделаешь. Дай мне пару дней, – сгорая от стыда, произнес Сёдзо, но Саюри только приветливо улыбнулась в ответ.

– Вот так история. Не думал я, что ты такой болван. – Цутому обвел всех взглядом. – Ладно, давайте сменим тему. Займемся чем-нибудь все вместе. Чем-нибудь новеньким, чего не делали вчера.

– Так… – задумался Нацуо.

Тут поднял руку Мотидзуки:

– Игра в убийство!

– Игра в убийство? – Сёдзо нахмурился. Он раньше не слышал о таком. – А что это?

– Это инсценировка убийства. Очень известная игра. В Клубе изучения детективов ее любой знает.

– Звучит интересно. Расскажешь правила? – Юко подалась вперед, и Мотидзуки стал объяснять:

– Берем игральные карты по количеству участников. Они могут быть любой масти, но дам, королей и тузов должно быть только по одному. Карты кладут рубашкой вверх, каждый игрок берет по одной. Нужны трое: сыщик, помощник сыщика Ватсон и убийца. – Все внимательно слушали и согласно кивали. – Король – это сыщик, дама – Ватсон. Те, кому выпали эти карты, переворачивают их и демонстрируют всем. Остальные не должны никому показывать свои карты. Тот, кто вытащил туза, – убийца, но, конечно, он никому об этом не говорит. Обычно в нее играют в помещении. Сыщик и Ватсон выходят за дверь. После этого в комнате выключают свет.

– Стоп, стоп, а здесь это получится сделать? – прервал его Такахико.

– В лесу темно, хоть глаз выколи. Можно играть там. У каждого будет фонарик. В темноте все могут свободно передвигаться. И вот тут самое интересное. В темноте преступник убивает кого-то. Говоря «убивает», я, конечно, имею в виду понарошку. Способ убийства может быть любым. Например, удар по голове или пинок под зад. Когда жертва чувствует, что ее убили, она издает что-то вроде «А-а-а!» или «У-у-у!», чтобы сообщить остальным, и затем падает на пол. Это сигнал тому, кто находится возле выключателя, что пора включать свет. В этот короткий промежуток преступник должен отойти от «тела» как можно дальше.

– Вместо выключателя можно включать фонарик, – сказал Сёдзо.

– Точно! Но если свет включить моментально после крика, то будет неинтересно, потому что сразу станет ясно, кто убийца. Так что лучше, услышав крик, сосчитать до трех и потом уже включать свет, – объяснял Мотидзуки тоном преподавателя кулинарных курсов. – Как только свет зажегся, в комнату входят сыщик и Ватсон, осматривают место преступления и проводят расследование. Опрашивают тех, кто находится рядом с телом: не заметили ли они, как кто-то пытался сбежать? Это немного странно, но в этой игре сыщики могут допрашивать труп: как он был убит, сильно ли пострадал?

– И что, труп им отвечает? Феноменально! – усмехнулся Такэси.

– В этот момент убийца может выдумать любую историю, все что захочет, но остальные должны говорить правду, только те факты, которые им известны. Можно ограничить количество вопросов или установить лимит времени, и тогда сыщик и Ватсон должны в него уложиться, чтобы провести расследование и прийти к обоснованной версии, кто убийца. Вот такая игра.

– Давайте, давайте играть! – закричала Юко. – Это интересно!

– Давайте попробуем, будет весело. – Ода был только рад продвинуть в массы любимую игру фанатов детективного жанра.

Раньше я только слышал об этой игре, но сам ни разу не играл. Мотидзуки и остальные члены клуба никак не могли играть в нее втроем. Иначе после ухода сыщика и Ватсона в комнате остался бы один убийца. Так где они, интересно, в нее играли? Надо спросить, когда закончим.

Некоторые лица выражали недоумение: что тут может быть