Взаперти - Юсси Адлер-Ольсен

действительно была работа, причем работа, которую он так и не довел до конца. «Утечка ликвидирована», — уверенно доложил он своему руководству, но никто лучше него не знал, что для утечек подобного рода существовала лишь одна пробка, способная заткнуть их раз и навсегда. Фемке Янсен была жива, и она слишком хорошо запомнила его лицо. Более того, она прекрасно знала, что именно он зверски убил ее мужа и пытался проделать то же самое с ней и с ее маленькой дочерью. Она уже один раз наглядно продемонстрировала, на что способна, и лишь колоссальное везение уберегло его от того, чтобы полиция не взяла его с поличным прямо в камере пыток на польдере. Вдобавок ко всему, у нее был прямой контакт с полицией Роттердама — он видел это своими собственными глазами.

Что именно она знала или не знала о делах своего покойного мужа, теперь не имело никакого значения. Существовал единственный выход из ситуации, и этот выход требовал ее смерти. За последнее время он уже несколько раз настойчиво звонил на ее домашний телефон в Схидаме со своих мобильных с голландскими сим-картами, но трубку никто не брал.

Кес крепко задумался. «Неужели ты уже сбежала, Фемке? Или, может, нашла то, что так упорно искала?»

На протяжении многих лет в организации, на которую он работал, любая нелояльность или неэффективность карались исключительно смертью. Если руководство решит проверить его хвосты и выяснит, что Фемке Янсен до сих пор представляет серьезную угрозу безопасности, удар по нему самому будет сокрушительным и молниеносным. Он сам бесчисленное количество раз приводил приговоры в исполнение, но в организации были и другие люди с аналогичными функциями — он наглядно убедился в этом, когда Густааф Мюлдер хладнокровно казнил поляка прямо у него на глазах.

Поэтому, чего бы ему это ни стоило, он обязан был найти эту женщину в кратчайшие сроки и закрыть вопрос раз и навсегда.

Кес закинул руки за голову и еще долго лежал в постели, заставляя себя по секундам восстанавливать в памяти события и перемещения последних дней.

Спустя час бесплодных размышлений он наконец зацепился за одну деталь в цепочке тех событий, которой, пожалуй, следовало уделить гораздо больше внимания.

В квартире в Схидаме Фемке сама привела его в свою швейную мастерскую и без лишних слов назвала пароль от ноутбука. Прямо перед этим она заметно нахмурилась. Тогда он списал это на банальное нежелание помогать ему, но сейчас, оглядываясь назад, он уже не был в этом так уверен. Кес прикрыл глаза и мысленно отступил на пару шагов назад. На столе рядом с ноутбуком лежало кое-что еще, что на мгновение привлекло его внимание. Были ли это какие-то документы или что-то другое?

И тут его осенило. Ну конечно! Это была фоторамка, лежавшая экраном вниз. На фотографии был запечатлен Эдди с дочкой на руках. Почему рамка была перевернута? Фемке не хотела на него смотреть? И именно поэтому она нахмурилась, когда он не вернул рамку в прежнее перевернутое положение? Возможно, этот снимок вызывал у нее сильный дискомфорт. Если бы это была простая скорбь по утраченному мужу, заставившая ее спрятать лицо покойного, разве выразила бы она свои чувства обычным недовольным нахмуриванием бровей?

То, что отразилось на ее лице, было вовсе не скорбью. Это было скорее глубокое отвращение и брезгливость при виде собственного мужа, держащего на руках их общего ребенка. Но почему?

Кес удовлетворенно кивнул самому себе — теперь он был практически уверен. Эта женщина прекрасно знала, чем промышлял ее муж, и именно поэтому больше не могла выносить его вида. Фемке, как бы упорно она это ни отрицала, всё-таки прочитала секретный документ Эдди. А это делало ее в разы опаснее, чем он изначально доложил своему руководству.

И тут Кес вспомнил еще кое-что. На той фотографии Эдди стоял на деревянном лодочном причале.

Он решительно поднялся с кровати, быстро принял душ, оделся и вышел на кухню. На обеденном столе он оставил короткую записку для Лилиан и детей, в которой наспех объяснил, что его снова срочно вызвали по работе, но он обещает вернуться как можно скорее, и тогда они обязательно отправятся в долгий совместный отпуск.

В свое время Кес выкупил загородный дом Эдди и Фемке в Берген-ан-Зее на закрытом аукционе. Собственно, именно с этого всё когда-то и началось. Имея этот козырь в рукаве, он в свое время прижал Эдди и заставил его работать на организацию. С тех пор прошло почти восемнадцать лет, и Кес ни разу больше не бывал в тех краях. Так что можно было с абсолютной уверенностью предположить, что Фемке даже близко не подозревает о том, что ему известно об этом убежище. Эту версию определенно следовало проверить. Если ее нет в Схидаме, но она всё еще не покинула пределы страны, то где ей еще быть, как не там?

От Льежа до Берген-ан-Зее было чуть меньше 300 километров. Несмотря на сильный гололед на дорогах, этот путь можно было легко преодолеть максимум за четыре часа.

ГЛАВА 57

Четверг, 7 января 2021 года

КАРЛ

Они, похоже, услышали вертолет одновременно: серый «Мерседес», шедший в трех-четырех сотнях метров впереди них, резко и мощно прибавил ходу.

— Они поняли, что их засекли, Асад, поднажми! — Карл вгляделся в дорожные указатели перед следующим съездом. — Думаю, на ближайшей развязке они уйдут с магистрали.

Асад согласно кивнул и тут же ответил на зазвонивший мобильный. Это был Терье Плоуг, поэтому Асад предупреждающе прижал указательный палец к губам. Никто на том конце провода не должен был знать, кто сидит на пассажирском кресле.

— Мы подняли один из военных вертолетов, они ведут вас. Я прямо сейчас вижу на своем мониторе всё, что ловит их камера, — быстро объяснил Плоуг. — Впереди по ходу движения будет съезд, как думаешь, они свернут?

Асад лишь согласно буркнул в ответ.

— Ты сам на чем едешь, Асад?

— На темно-синем «Вольво». Нас ни с чем не перепутаешь, я сижу у них прямо на хвосте.

— Не вешай трубку, чтобы я мог координировать тебя и передавать инфу пилотам. Так, отлично, теперь я вижу твою машину чуть позади них, Асад. Тебе нужно вдавить педаль в пол, если не хочешь потерять их из виду.

Дважды повторять Асаду не пришлось. Он выжал педаль газа до упора, так что обоих мужчин буквально размазало по спинкам кресел. Когда машина на бешеной