Взаперти - Юсси Адлер-Ольсен

Здание снова ощутимо содрогнулось. Собрав последние силы, Карл оттащил Мальте подальше от стены и заставил находящегося в состоянии апатии парня сесть в талый снег прямо у забора.

Карл обернулся как раз в тот момент, когда центральный корпус изолятора раскололся, и все камеры над его бывшей комнатой и комнатой Поля Манона с адским грохотом обрушились вниз.

Со стороны главного здания и дороги послышались шокированные крики, а из уцелевших камер доносился отчаянный плач и мольбы о помощи.

Давление в ушах наконец выровнялось, и теперь он мог расслышать далекий, завывающий гул сирен спешащих на помощь автомобилей.

Карл осмотрелся. Он был на свободе. Разумеется, внешний забор вокруг тюрьмы всё еще стоял, но если он хочет выбраться отсюда, ему нужно пригнуться и попытаться отыскать какой-нибудь пролом.

Он повернулся к Мальте.

— Мне нужно бежать отсюда, Мальте, пока они не добрались до меня и не погубили еще больше невинных людей. Может, на воле я смогу разобраться, что за чертовщина здесь происходит.

Мальте покорно кивнул. Он придерживал раненое колено правой рукой, а его левая рука плетью свисала вдоль туловища. Раны на его лице были практически забиты известковой пылью, а кровь из массивных бедер и голеней текла уже не так сильно. Он справится.

По ту сторону деревьев, на территории пожарной части, с характерным ревом завелся бензиновый двигатель, и уже через секунду раздался скрежещущий звук пилы, вгрызающейся в древесину. Не прошло и полминуты, как дерево с грохотом повалилось на землю, открыв прямой обзор на площадку депо и гаражный комплекс. Несколько человек быстро распилили ствол на куски, а подоспевшие люди помогли оттащить бревна и ветки в сторону, освобождая проход от депо к тюремному забору.

— Они хотят пропустить пожарные машины этим путем, Мальте. Скорее всего, сейчас они начнут резать забор прямо здесь, чтобы подобраться ближе к огню, — сказал Карл, указывая на участок ограждения, ближайший к полыхающим руинам.

Карл аккуратно ухватился пальцами за осколки экрана, торчащие из его голени и стопы, и вытащил их один за другим. Раны на голени оказались глубокими и сильно кровоточили, но стопа была более-менее в порядке.

— Мальте, мне нужно попросить тебя об одной услуге. — Карл указал на его ботинки. — Пожалуйста, можно мне забрать их? В такую погоду без обуви я далеко не уйду.

Мальте кивнул и предупредил, чтобы Карл был осторожнее, когда будет снимать их — и это предупреждение оказалось обоснованным. Почти все пальцы на правой ноге Мальте были черно-синими, передняя часть стопы была разбита в кровь, а по внутренней стороне левой стопы шла глубокая рваная рана.

Карл осторожно стянул с него обувь, глядя парню прямо в глаза.

— Спасибо, Мальте, — тихо сказал он, вытер кровь со стелек и обулся. Ботинки, слава богу, оказались великоваты — и это было кстати, так как Карл не сомневался, что несколько пальцев на его собственных ногах тоже были сломаны.

— Мы живы, Мальте, и это главное, верно?

Мальте лишь передернул плечами и указал на пылающие остатки пятой камеры, где минуту назад, скорее всего, оборвалась жизнь Поля Манона.

— Как же я теперь узнаю, что с моим братом? — спросил он и горько разрыдался.

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, Мальте, я уверен. Ничто не помешает тебе получить весточку напрямую от тех, кто занимается его лечением.

В глазах Мальте читалось сомнение, когда пожарные машины въезжали на территорию старой пожарной части, а сквозь кроны деревьев показались перепуганные лица тюремных надзирателей.

— Ты еще услышишь обо мне, Мальте, я обещаю. Береги себя, — сказал Карл и поспешил уйти.

Он успел откатиться чуть в сторону, когда первая пожарная машина аккуратно протиснулась в образовавшийся прогалин между деревьями. Затем водитель прибавил газу, пошел прямо на таран забора и начал давить его массой. Слава богу, Мальте сидел на безопасном расстоянии, когда сетка ограждения не выдержала и легла на землю.

Как только машина перевалила через забор, она немного сдала назад, позволяя пожарным с рукавами наперевес ринуться в образовавшийся пролом. И когда мощные струи воды ударили по полыхающим обломкам, Карл, сильно прихрамывая, выскочил на площадку под прикрытием этих водяных каскадов. Тюремный персонал оставался по ту сторону водяных стен, надрывно крича в сторону уцелевших корпусов, что сейчас делается всё возможное, чтобы выпустить заключенных в безопасные коридоры.

Карл посмотрел в сторону большой автостоянки и чуть левее заметил армейскую куртку, которую кто-то бросил прямо на асфальт. Он незаметно проскользнул за спинами тюремных служащих, находившихся в глубоком шоке от масштабов катастрофы, подхватил куртку и одним движением набросил ее на плечи.

Впереди, на основной парковке, люди уже столпились вокруг машины скорой помощи и носилок, на которых медики проводили реанимационные мероприятия.

Он осторожно приблизился, обогнул двоих полицейских в форме, которые бежали обратно к тюрьме, и направился прямиком к спасателям у носилок.

— Я знаю, что у вас полно работы, но…

Он хотел было попросить марлю, чтобы перевязать раненую голень, но в этот момент его взгляд наткнулся на то, чего он меньше всего ожидал увидеть в этом месте.

На краю парковки спиной к нему стоял человек. Его лицо было обращено в сторону серого автомобиля, который как раз на скорости покидал территорию. Это был мужчина с мощным силуэтом, словно вытесанным из гранита, и с очень узнаваемыми кудрявыми, сильно тронутыми сединой волосами.

Это не мог быть никто иной, кроме Асада.

Карл провожал его взглядом, пока Асад бежал обратно через стоянку прямо к скорой. Оказавшись совсем близко, Асад резко свернул в сторону и запрыгнул в темно-синий «Вольво», которого Карл раньше никогда не видел.

Пока вокруг кричали и суетились люди, Карл, волоча ногу, пробрался через следующий ряд автомобилей к машине, в которую сел Асад.

Его друг и коллега как раз завел мотор, когда Карл вырос прямо перед капотом и коротко кивнул ему через мокрое от дождя лобовое стекло, в котором красовалось сквозное пулевое отверстие.

Темные брови Асада внутри салона взлетели вверх от абсолютного шока, но, придя в себя через секунду-другую, он отчаянно замахал рукой, указывая на пассажирское сиденье, и распахнул дверь. Карл буквально рухнул внутрь, на соседнее кресло.

— Ты где, черт возьми, пропадал? — хмуро бросил Карл. Они несколько секунд молча и пристально смотрели друг на друга, после чего оба прыснули от короткого, истерического смеха, от которого Карл, впрочем, тут же скорчился