"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Я просто пожалела его из-за сокращения с работы и решила поручить последнее юридическое задание, чтобы помочь восстановить его пострадавшее эго перед отъездом. И о чем только я думала?

– А этот ваш друг… У нее есть опыт в сделках с недвижимостью?

Я не стала поправлять Эндрю, который использовал неправильное местоимение, и медленно проговорила, тщательно подбирая слова, потому что никогда не умела врать:

– Не особенно. Но мне хотелось доверить документы знакомому человеку. И тем самым ускорить процесс покупки.

Эндрю сел прямо и положил ладони на сведенные вместе колени. По крайней мере он не раздвигал ноги, пока задвигал речь.

– Тогда сочувствую, что ваша подруга не отплатила вам добросовестным трудом и не объяснила условия договора. Вы обязаны открывать магазин хотя бы время от времени. А главный зал нужно сохранить в рабочем виде, хотя бы до тех пор, пока не подадите в отдел планирования прошение на перевод помещения в статус жилого.

– Отлично, значит, так и поступлю. – Я приложила ладонь к груди, стараясь утихомирить громко стучавшее сердце. – Боже, Эндрю, на секунду вы меня испугали.

Прежде чем ответить, собеседник слегка поджал тонкие губы, отчего внезапно показался злым. Я поняла, что с ним лучше поддерживать хорошие отношения.

– Все не так просто, Алиса. Члены комитета могут и отклонить прошение, как поступили недавно. Они уже отвергли идею сделать из коттеджа жилое помещение и даже забраковали апелляцию от застройщика, что довольно необычно. Видите ли, на данный момент они пытаются помешать исчезнуть местным заведениям и хотят использовать ваш магазин в качестве наглядного примера.

– Что? Такую заплесневелую лавку старья, как у меня? – И зачем только я употребила фразу «у меня»? Ведь я не планировала продолжать вести бизнес. – Если бы там продавались товары первой необходимости вроде молока с хлебом или хотя бы газеты, это можно было бы понять. Но вряд ли антикварный магазин так уж ценен для деревенского сообщества. В конце концов, вы же как-то справлялись несколько месяцев, пока лавка не работала.

– Вот только потеря любого из местных заведений ударит по жителям. Они прекратят ходить в здешние магазины, а начнут садиться в машины и ездить в ближайшие торговые центры или в город. Деньги перестанут поступать в бюджет деревни и осядут в других местах. Мы же всегда стремимся привлечь капитал извне, а не способствовать его оттоку.

– Капитал извне? Вы имеете в виду евро и доллары?

Что он скажет дальше? Что мне нужно оформить паспорт деревенского жителя?

Эндрю закусил губу, сдерживая улыбку.

– Нет, я говорил о том, что мы поощряем туристов не из округа тратить здесь деньги.

– И откуда вам известно все это? – уточнила я, надеясь, что редактор скорее сообщает мне сплетни, а не подтвержденные факты.

– Непосредственно из первоисточника – от окружного совета. Я присутствую на заседаниях окружной и областной администрации, чтобы публиковать новости в газете. Где сообщаю не только о графике работы заведений, но и делюсь ежемесячными отчетами по планируемым изменениям и заявкам, включая вердикты по ним. Последнее слово остается за областным советом, который не всегда печется о благе нашей деревни. Их интересы скорее сосредоточены на городах. Но я живу в Скромной Гордости всю жизнь, не считая времени, проведенного в школе-пансионате и университете, а также когда меня посылали за рубеж, поэтому стараюсь держать руку на пульсе событий.

На словах об отправке за рубеж я представила себе, как Эндрю заворачивают в крафтовую бумагу, завязывают бечевкой и ставят штамп, прежде чем поняла истинный смысл: вероятно, военная или дипломатическая служба. Если он раньше успел повидать разные страны, то работа редактором местной газеты на пенсии, пожалуй, могла показаться ему шагом назад.

Я так отвлеклась на свои мысли, что едва не пропустила важную информацию, озвученную собеседником.

– Погодите-ка, вы упомянули о застройщике. Каком застройщике? И почему он подавал прошение об изменении статуса моего коттеджа?

Я и сама удивилась собственническим чувствам по отношению к новому дому. Но какое право имел какой-то неизвестный застройщик вторгаться на мою территорию?

– Это случилось задолго до вашего появления, когда магазин только выставили на продажу. Теренс Болт хотел купить его и использовать как исторический фасад для нового коттеджного поселка, который он строит на соседнем участке.

Я застыла.

– Какой еще коттеджный поселок?

– На территории прежнего пастбища. Вы разве об этом не знали? – Эндрю лишь покачал головой, сетуя на мою неосведомленность. – Когда Болт покупает пустой участок земли, то старается приобрести и хотя бы одно из примыкающих зданий, чтобы добавить налет историзма своим новостройкам. Это необходимо для сохранения первоначального облика деревни согласно местным правилам, так как Скромная Гордость располагается в зоне особой природной привлекательности. Но в данном случае все жители во главе с еще одним вашим соседом, Бобом Губкой, выступили против подобной схемы, потому что любили лавку древностей и не хотели ее потерять. Вкупе с указом областного совета о сохранении местных заведений у Теренса не было и шанса на одобрение прошения по изменению статуса объекта. Что не помешало ему подкупить членов комитета и подать апелляцию. Скользкий тип этот Болт.

– Подкупить членов комитета?

– О да, – кивнул Эндрю. – Никто ничего не может доказать, но ходят слухи, – он наклонился ко мне ближе и понизил голос, будто опасался прослушивания на автобусной остановке, – что именно таким образом ему удалось получить разрешение на строительство такого количества коттеджей на территории прежнего пастбища. Технически оно находится в границах деревни и потому считается не полем для выгула скота, а свободным участком, хотя по факту это буквально поле, где гуляет скот. Никто не хотел уступать и эту территорию. Там всегда было пастбище для животных.

– Я тоже против, чтобы там что-то строили, – пробормотала я. – И те милые ослики по соседству – одна из причин покупки коттеджа.

Я отвернулась от Эндрю, надеясь скрыть навернувшиеся слезы досады. Он посмотрел на часы и заметил:

– Небеса свидетели, в деревне полно других ослов, и вы их непременно повстречаете. Включая парочку