Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Монтекристо побледнел. Его взгляду предстала обескураживающая подборка из книг в твердых переплетах и множества рекламных материалов, посвященных так называемым библиокотофилам. Ему прислали более трехсот книг, в которых главное место занимали кошки — как в названиях, так и на обложках и в сюжетах. Мисс Марпл и Пуаро подошли, чтобы взглянуть на новые предложения в ожидании, когда продавец полностью освободит коробки, а они спрятались бы внутри: это было их любимое времяпрепровождение.

— Мне кажется, этот заказ сделали вы, но я знаю, что это не так, — пробормотал он двум кошкам, окинув их осуждающим взглядом.

— Что на этот раз случилось? — спросила Патрисия из другого конца зала.

— Что случилось? Посмотри сама! — ответил в ярости Марцио, показывая ей обложки только что пришедших книг. — Кошки говорят о философии. Кошки и любовные романы. Кошки и дзен. Кототерапия. Кошки объясняют тебе психологию — кошачью и человеческую. Кошки, спасающие людей, кошки, спасающие собак, и еще кошки, спасающие других кошек — в общем, кошки, которые ни черта не делают, только спасают кого-нибудь. И еще кошки, которые готовят, делают пиццу и рекомендуют лучшие коктейли. Волшебные коты, исполняющие желания и заставляющие незнакомцев влюбиться друг в друга. Коты и книжные магазины или библиотеки во всех вариантах: нуар, мистерия, уютный детектив, романтика, фэнтези, ужасы. И поскольку поставщики знают, на чем мы специализируемся, вот десятки томов о кошках, которые ловят серийных убийц, исследуют места преступлений, раскрывают убийства и объясняют представителям судебной власти, как правильно вести расследование… Не хватает только романа о коте в космосе, но я боюсь произносить это вслух, потому что какой-нибудь идиот может решиться написать его и продать двести тысяч экземпляров.

Марцио театральным жестом бросил книги на прилавок.

Патрисия подошла.

— Ты закончил? — спросила она, воинственно уперев руки в бока, готовая сражаться.

— Черта с два, потому что теперь мы переходим к неисчерпаемому пласту кошек и Японии: если к этому добавить кафе, книжный магазин, или библиотеку, или ресторан в какой-нибудь забытой дыре Страны восходящего солнца, можно продать от миллиона до полутора миллионов экземпляров. А для читателей, ищущих более пикантных ощущений, вот, пожалуйста: «Котосутра» и «Эротические сны городского кота». Мне кажется, не хватает только книги о кошачьих ругательствах, но в таком случае я ее сам напишу и разбогатею.

Она холодно смотрела на него.

— Я упакую все обратно и верну отправителю. Эти психически неуравновешенные издатели окончательно свихнулись. Не говоря уже о писателях-троглодитах, которые им во всем потакают, чтобы заработать деньжат побольше. Давай засучим рукава и безжалостно приступим к возврату.

— Эй, ты не сделаешь ничего, кроме как создашь экспозицию, посвященную этим книгам.

— Извини?

— Ты все правильно расслышал. Сейчас ты поможешь мне принести стол, мы поставим его у входа, прямо на виду, и разместим на нем весь этот рай для библиокотофилов.

— «Библиокотофилы», ты слышишь? Это звучит скорее как название раздела в учебнике психиатрии. Так это ты за…

— Разумеется.

— Иуда, — прошипел книготорговец. — А как, по-твоему, я смогу поставить «Кота, читавшего в сердцах людей» или, того лучше, «Сто способов вновь обрести свой кошачий дух» рядом с Доном Уинслоу[295], Джеффри Дивером[296] или каким-нибудь суровым нордическим автором детективных романов?

— Очень просто: достаточно сделать то, что делают все остальные серьезные книжные магазины, те, которые умудряются дотянуть до конца месяца. Слышал когда-нибудь о разнообразии ассортимента? Почему у них получается, а у нас нет? Ах да: потому что мой босс — настоящий сноб, не желающий «предавать истинный дух этого книжного магазина». — Патрисия указала на двух кошек, сидевших рядом с коробками. — Книжного магазина, который спасли, между прочим, эти двое усатых, и ты должен быть вечно им благодарен.

— Я не…

— Проснись, босс. Мы должны использовать известность Мисс Марпл и Пуаро и их популярность в соцсетях, чтобы создать максимально четкую ассоциацию кошек и посвященных им книжных новинок с имиджем нашего магазина. Кошки должны стать нашим основным бизнесом.

— Основным бизнесом? Ты заговорила как эти бандиты — Панциролли или Польпичелла, которые делают деньги на смехотворных изданиях. Я не хочу способствовать торгашеству, которое не имеет ничего общего с литературой.

Патрисия покачала головой:

— Ты знаешь, что в Италии более десяти миллионов домашних кошек?..

Марцио пожал плечами:

— Ну и что? Не припомню, чтобы я хоть раз видел кота, который зашел бы к нам купить книгу или упаковать ее в подарок на день рождения своему другу псу. Десять миллионов кошек — это десять миллионов кошачьих лотков, а не книжных…

Патрисия огляделась, пытаясь найти достаточно увесистый том, чтобы запустить им в начальника, но в этот момент звякнул колокольчик над дверью.

— Замолчи и улыбайся, — приказала она ему.

Вошедшие мужчина и женщина, одетые с иголочки, осмотрелись по сторонам, всем своим видом показывая, что они приятно удивлены.

Пока их дорогие парфюмы наполняли пространство, Марцио спрашивал себя, уж не обрел ли он способность предсказывать будущее, потому что мужчина лет шестидесяти был сам Джанроберто Польпичелла, один из тех издателей, которых он совсем недавно поминал, взявший в привычку заваливать его книжный магазин всяким мусором. Он его сразу узнал, потому что год назад его очень настойчиво приглашали принять участие в конференции в «Т-Отеле», проводимой с целью презентации новинок издательского дома «Польпичелла». Марцио, настроенный весьма скептически, в конце концов пошел туда, но больше из одолжения торговому представителю их района; когда Польпичелла взял слово, после нескольких минут скучных и лицемерных дежурных приветствий он открыл встречу фразой: «Итак, начнем с этого исторического романа. Последний в этой серии, он показал хорошие результаты продаж в прошлом году и…» На словах «показал результаты» Марцио встал и вышел: это, честно говоря, было для него слишком.

— О, вот и хозяева дома, — начала женщина, указывая на Мисс Марпл и Пуаро, которые расположились на стопке триллеров Анджелы Марсонс, чтобы наблюдать за новоприбывшими.

Моднице, прикинул Марцио, должно быть, лет сорок: губы как куриная гузка, тело стройное, все изгибы увеличены где надо пластическим хирургом. Голос скрипит противнее, чем мел по школьной доске, а драгоценностей на ней столько, что, если их продать, можно за один раз погасить все задолженности «Черных котов». Монтекристо сразу ее возненавидел. Всей душой.

— Да они восхитительны! — согласился Джанроберто Польпичелла, поддакивая спутнице. — Кто из них Мисс Марпл, а кто Пуаро?

Марцио уже было собрался сказать ему, что есть только один способ узнать это, как Патрисия остановила его, двинув ему локтем в живот.

— Это наша непоседа Мисс Марпл, а это — наш дорогой пижон Пуаро, — объяснила продавщица книг, указывая на них.

— Красавцы! Настоящие красавцы! Джанроберто Польпичелла, очень приятно, — представился мужчина, протянув девушке правую руку. — Позвольте познакомить вас с Кармен Маццалупо — директором отдела по связям с общественностью нашего издательства.

— Ох, какая честь! Очень приятно, я Патрисия. А это…

— Марцио Монтекристо, знаменитый пресловутый книготорговец-детектив, — опередила ее Кармен, показывая вырезку из газеты, где Марцио был изображен в смешной охотничьей шляпе.

— Прошу вас, я стараюсь забыть об этом, — сказал Монтекристо.

— Но почему? Вы же хорошо получились. — Женщина бросила на него лукавый взгляд. — Просто очаровательно.

Он покраснел, как мальчишка, но не от смущения, а от множества ругательств, которые он сдерживал.

— Мы с интересом прочитали ваше интервью. Оно нас действительно впечатлило, — признался Польпичелла.

Патрисия гордо улыбнулась и бросила вызывающий взгляд на коллегу, который, чтобы не доставить ей удовольствия, его проигнорировал.

— О, я смотрю, вы получили экземпляры «Инспектора Котани!» — воскликнул Джанроберто, разглядывая ассортимент для библиокотофилов. — Хорошо, хорошо. Мы возлагаем большие надежды на этот роман.

Марцио тоже возлагал большие надежды, но на