Искать убийцу - Фаниль Исламович Галеев

Оба были в одинаковых серых, сшитых из дорогого материала костюмах, идеально белых сорочках, на фоне которых выгодно смотрелись одинаковые красно-полосатые галстуки.

Визитеры вежливо поздоровались и, следуя столь же вежливому жесту Гараева, разместились в стоявших напротив креслах. Степенно поворачивая и приподнимая головы, они долго и внимательно осматривали кабинет, осмотрев, как-то многозначительно взглянули друг на друга, и лишь после этого блондин заговорил первым, сразу зарекомендовав себя обладателем мягкого бархатного голоса.

– Мы из известной в городе торгово-посреднической фирмы «Рамзес», – сказал он с подчеркнутым достоинством, поглаживая пухлыми пальцами кончик своего галстука. – Величают меня Селезневым Владимиром Ивановичем. Я работаю в фирме заместителем генерального директора по коммерческим вопросам. А это… – Он повернулся к своему напарнику. – Это уважаемый Рознер Яков Соломонович, наш начальник юротдела.

– Гараев Булат Рахимович. Рад познакомиться! – с улыбкой посмотрел на них частный детектив и, откинувшись на спинку стула, скрестил на груди руки, выражая тем самым готовность внимательно выслушать своих посетителей. – Я к вашим услугам, господа!

Приподняв голову, Селезнев вскинул брови.

– Вы, наверное, согласитесь со мной, Булат Рахимович, – начал он как бы издалека, поудобнее располагаясь в кресле, – что мы живем в весьма непростое, если не сказать, смутное время, когда приходится неудержимо двигаться вперед, порой даже не замечая, что там у тебя под колесами… Скажу без излишней скромности, фирма наша достигла на своем пути значительных успехов и занимает одно из ведущих мест в городе. Но как опытный юрист, вы, наверное, знаете, что успех – он лишь тогда успех, когда не сидишь на лаврах, а всячески развиваешь и умножаешь его, прибавляя скорость и расширяя поле своей деятельности. Короче… – Селезнев чуть закашлялся, снова обмерил взглядом стены и потолок кабинета. – Короче говоря, здание это, принадлежащее, как известно, швейной фабрике и занимаемое вами под частную сыскную контору, или… я уж не знаю, как она у вас точно называется… это здание мы решили выкупить у его законного владельца. Понимаю, задуманная сделка ставит вас в весьма затруднительное положение. Но что делать! Как говорят, каждому своя рубашка ближе к телу. Мы хотим открыть здесь компьютерный зал и перевести сюда наш юридический отдел, возглавляемый Яковом Соломоновичем.

Словно оторвавшись от своих раздумий, Рознер выпрямился и энергично закивал головой.

– Да, да, уж который год наш отдел работает в необычайно стесненных условиях!

На некоторое время в кабинете воцарилось гробовое молчание.

Гараев сидел в своей прежней позе, ничем не выдавая ни растерянности, ни замешательства, и лишь глаза его, смотревшие чуть исподлобья на непрошеных гостей, излучали то ли сдерживаемое презрение, то ли ироническую усмешку.

– Фирма «Рамзес»… – оборонил он холодно и глухо. – У вас что, родственные связи с египетскими фараонами?

– Рамзес – это имя нашего шефа! – с подчеркнутой гордостью пояснил Селезнев.

Частный детектив оттолкнулся от спинки стула и налег на стол, опершись на него скрещенными руками.

– Вы знаете, у меня когда-то тоже был один богатый друг по имени Чингиз, – сказал он, улыбаясь уголком рта, – но в отличие от своего грозного тезки он никогда не претендовал на чужие земли и не пытался возродить на них вторую Золотую Орду. Мне жаль, что ваш генеральный директор со столь звучным именем и большими возможностями не смог во всем городе сыскать лучшего места, чем скромный и никому не мешающий офис частного детектива. Что касается вашей выгодной покупки, то советую, прежде чем положить деньги на бочку, учесть два обстоятельства. Раньше на этом месте стояла настоящая развалюха, и прежде чем открыть свою контору, мне пришлось полгода приводить это здание в то состояние, каким вы видите его сегодня. За свой счет, разумеется. Из этого следует, что за фабрикой числится должок, и право преимущественной покупки здания, если такой вопрос возникнет, в любом случае будет принадлежать мне. И второе, с фабрикой у меня заключен договор об аренде этого здания, и чтобы его выкупить, договор этот надлежит досрочно расторгнуть, а оснований для этого на сегодня нет. Так что…

– Позвольте, позвольте, Булат Рахимович! – неожиданно воспрянул, возбужденно качая ладонями, следивший за их разговором Рознер. – Не гоните лошадей, ради бога! Вы говорите, имеется договор… Но скажите, положа руку на сердце, когда вы в последний раз заглядывали в этот договор? Вам известно, когда истекает его срок?

Гараева словно резануло ножом по сердцу.

«Черт побери!» – выругался он про себя, вспомнив, что еще перед отъездом в командировку секретарша заносила ему этот договор и сказала, что через четыре дня истекает срок его действия, он собирался подготовить текст нового договора, но, уповая на скорое возвращение, не сделал этого. Таким образом, если учесть, что в командировке он пробыл шесть дней, то договор потерял силу еще два дня назад. А этот хитрый еврей… Видать, уже побывал на фабрике и все проверил. Что ж, остается идти ва-банк!

Недолго думая, частный детектив нажал на кнопку селекторной связи.

– Гузель, зайди, пожалуйста, ко мне! – приказал он ответившей ему секретарше. Та, растерянная, влетела в кабинет уже в следующую секунду.

– Случилось что-нибудь, Булат Рахимович? – спросила она, искоса посмотрев на посетителей.

– Ничего особенного! – ответил спокойным тоном Гараев, нацелив пристальный, внимательный взгляд на девушку. – Помнишь, когда я уезжал в командировку, оставлял тебе два экземпляра нового договора на аренду здания? Ты должна была отослать их на фабрику для подтверждения…

Секретарша, видимо, сразу поняла, о чем идет речь.

– Да, конечно! – сказала она уверенным голосом. – Я сама отнесла их на фабрику и оставила в приемной, потом мне звонили и сказали, что договор подписан директором.

– Хорошо, ты можешь идти! – кивнул ей частный детектив и, переведя взгляд на помрачневших посетителей, лишь сочувственно развел руками.

– Но я сам лично побывал на фабрике, и мне там о новом договоре ничего не говорили! – пытался возразить Рознер.

– Не знаю, не знаю… – поворошив лежавшие на столе бумаги, поднялся со стула Гараев. – Возможно, договор лежал в столе или в папке у директора или застрял где-нибудь в приемной. Обещаю до завтрашнего дня выяснить это. А теперь прошу извинить меня, господа! У меня тоже свой бизнес, и мне тоже надо двигаться вперед, умножая и развивая свои успехи…

Посетители встали с кресел и постояли немного, обмениваясь взглядами и переминаясь с ноги на ногу.

– Так значит вы отказываетесь добровольно освободить здание? – медленно и угрожающе выговаривая слова, спросил Селезнев.

– Не только отказываюсь, но и считаю разговор на эту тему бесполезным и беспредметным, – ответил с твердой решимостью частный детектив.

Сдержанно попрощавшись, визитеры ушли.

С минуту после их ухода Гараев сидел в раздумье, затем,