Искать убийцу - Фаниль Исламович Галеев

– Скорее всего второе, – не раздумывая, заключил Латыпов. – Я интересовался этим «Рамзесом». Действительно, крутая фирма. Из работающих в ней процентов этак пятьдесят имеют судимости. Сам Ибушев Рамзес Халикович, с позволения сказать, генеральный директор фирмы, судим в прошлом за разбои и изнасилование. Мэр, каким бы он твердолобом не был, не станет совать голову в это пекло. Все-таки человек он не маленький и всегда на виду у всех. А вот личная обида, желание взять реванш – это другое дело. Как ни говори, а все-таки племянника самого мэра засадили. И за какие преступления! Покушение на убийство, доведение до самоубийства, изнасилование, взяточничество, гомосексуализм…

– Ты, наверное, прав, – задумчиво обронил частный детектив. – Я и сам подумал с самого начала, что здесь явно прослеживается след Колотова… – Поднявшись и выйдя из-за стола, Гараев подошел к окну и остановился, отведя назад и соединив за спиной руки. – Как бы там ни было, вступать в единоборство с этой бандитско-чиновничьей шайкой я не собираюсь, – сказал он, выждав небольшую паузу. – Но сидеть сложа руки тоже. Придется пойти и рассказать обо всем прокурору.

– Погоди, погоди! – тоже поднялся с места майор и подойдя к Гараеву, положил ему руку на плечо. – Тоже мне нашел, что сказать, прокурор… думаешь, он бросит вызов мэру и грудью встанет на твою защиту? Чтобы идти к прокурору, надо иметь веский повод. У тебя имеется на сегодня подписанный и заверенный печатью договор. Никто тебя пока не гонит и вещи твои из офиса не выбрасывает. Что тебе скажет в данной ситуации прокурор? Сиди, мол, и не рыпайся, а если что, есть праведный суд и он все решит. А наши суды, ты сам знаешь. Процесс может затянуться на годы…

Не убирая руки с плеча Гараева, майор ненавязчивым движением привел его обратно к креслу и сказал доверительно:

– Садись и слушай. Я тебе еще не сказал главного… – Они снова сели. Посмотрев на них со стороны можно было подумать, что оба успокоились, и беседа их теперь потечет в спокойном, чисто мужском русле. Но на лицо майора сразу легла тень какой-то глубокой озабоченности. – Вот что, Булат Рахимович, – сказал он после некоторого молчания, – не сочти меня за какого-то параноика, паникера, но все обстоит гораздо сложнее, чем ты думаешь. По пути сюда я заехал в управление и имел разговор с одним из моих оперативников. У него есть свой человек в «Рамзесе». Так вот, этот человек сообщает, что против тебя готовится какая-то серьезная провокация. Он не уточнил, какая именно, видимо, в этот вопрос посвящен лишь узкий круг людей, но известно, что речь в данном случае идет не о посягательстве на твою жизнь, не поджоге и не угоне твоего автомобиля, а о чем-то более тонком и ухищренном…

– Так бы сразу и сказал. Не тяни теперь, говори, что я должен делать. Ясно было с самого начала, что задумана какая-то операция, в которой править балом будешь ты, а мне отводится лишь роль жертвенного барашка…

– Никакой ты не барашек, будем действовать сообща и вместе! – сказал с твердой уверенностью майор. – Я и в самом деле не знаю… пока еще не знаю, что они там замышляют, но мы дадим, ей-богу, дадим этим наглецам по лапам! Но… – он посмотрел Гараеву прямо в глаза, – но у меня есть два условия, которые ты должен будешь выполнять. Ну, считай, что это мои просьбы. Первое, мы должны будем взять под прослушивание твой домашний телефон. Неофициально, конечно, без санкции прокурора. И второе, ты должен будешь дня два посидеть дома, не ходить на работу. Ну, скажем, под предлогом болезни или краткосрочного отпуска.

– Да… – поджав губы, обронил частный детектив. – С первым условием – никаких проблем! Второе – уж слишком непривычно для меня. Что-то вроде домашнего ареста… Но на какие жертвы не пойдешь ради вас, ментов!

– Ради нас? Ну, ты даешь! – фыркнул майор.

К концу дня Гараев, следуя договоренности с майором и отдав необходимые распоряжения секретарше, покинул свою обитель.

Было еще рано. Ехать в пустую квартиру ему не хотелось, и он притормозил автомобиль возле небольшого кафе на углу улицы. Он и раньше частенько заглядывал сюда. Здесь всегда бывало тепло и уютно, вкусно готовили и из вмонтированных в стену концертных колонок лилась тихая, успокаивающая музыка в стиле Франсиса Гойи или Фауста Папетти.

Зал был почти пуст, за столиками сидели лишь две-три воркующих парочки.

Девушки за стойкой, увидев Гараева, заулыбались и приветливо помахали ему ручками.

Заняв свой обычный столик в отдаленном углу зала, Гараев стал изучать меню. Он не среагировал, услышав приближающиеся шаги и решив, что это идет к нему официантка, но уже в следующее мгновение чье-то тихое и взволнованное «Здравствуйте!» заставило его поднять голову и отложить меню. Он не поверил своим глазам. Перед ним, улыбаясь сочными губами и сияя голубизной глаз, стояла… Рушания. Да, да, та самая блондинка, бывшая студентка юрфака, которая раньше помогала ему в работе, являлась близким другом и с которой он не виделся уже целых три года.

Встав, как солдат, и взяв девушку за руку, Гараев привлек ее к себе, крепко обнял, вдыхая аромат духов, исходивший от ее лица, волос, белоснежной шейки.

– Какая приятная неожиданность, малышка! – ласково проговорил он ей в ухо. – Ты словно сошла с неба, ниспосланная мне Аллахом Всевышним…

– Я тоже очень скучала по тебе, милый! – прошептала нежным, слегка дрожащим голосом Рушания, страстно сжимая ему руку. – Проезжала мимо на такси и увидела твою машину. Ехать дальше у меня уже не было сил…

Глаза ее были влажными от навернувшихся слез.

– Присаживайся, малышка. Как я рад! – частный детектив придвинул ей стул. – Давай пообедаем вместе, посидим, поговорим. Ведь ты не откажешь мне в этом, правда? Или ты спешишь?

– Нет, у меня достаточно времени. Я в отпуске и специально приехала навестить тебя, – успокоила его Рушания, усаживаясь за столик.

Приветливо улыбаясь, к ним подошла официантка.

– Добрый вечер! Что будете заказывать?

– Все самое вкусное из того, что есть у вас сегодня в меню, и бутылочку «Мартини», пожалуйста. – По-свойски подмигнул ей частный детектив, сам посмотрел с шутливой улыбкой на Рушанию. – Я за рулем, правда, но в честь такой встречи… Пусть меня хоть казнят, расплющат кувалдой автомобиль!

Рушания и официантка по-девичьи искренне рассмеялись…

Вскоре они уже, оставив позади первые тосты и первые пробы терпкого ароматного вина,