Город прощения - Лэй Ми

Однако, ко всеобщему удивлению, на следующий день Гу Лань исчезла. Утром после поминальной церемонии в больнице «Баньшань» она, как обычно, пришла на работу в компанию. Все выглядело так же, как всегда. Около трех часов дня она появилась у окна, подняв руку, чтобы защититься от прямых солнечных лучей. Потянувшись, достала из шкафа плед, положила его на диван и опустила жалюзи. Казалось, она собиралась немного вздремнуть. Группа наблюдения не придала этому значения, воспользовавшись возможностью выйти из машины, размять ноги и перекусить.

Сон Гу Лань затянулся до вечерних огней. Когда группа наблюдения заподозрила неладное, в большинстве окон офисного здания уже погас свет, люди разошлись. После срочного доклада полиция отправила двух полицейских под видом рабочих управляющей компании на этаж, где находилась фирма. Под предлогом проверки вентиляционных отверстий кондиционера они проникли в офис Гу Лань. Однако там никого не было. Полицейские осмотрели предметы в помещении и обнаружили, что сумка Гу Лань и телефон остались в офисе. Одежда, которую она носила днем, висела в гардеробе. Связавшись с другими членами группы наблюдения, они выяснили, что внедорожник «Ауди Q7» Гу Лань тоже спокойно стоял на отведенном ему месте в подземном гараже. Однако управление здания предоставило одну зацепку: вчера у одной уборщицы пропала униформа, оставленная в комнате отдыха. Анализ привел к выводу, что Гу Лань, сменив одежду, успешно ускользнула из-под наблюдения и ее местонахождение неизвестно.

– Блин, да вы просто молодцы! – Тай Вэй с трудом сдерживал ярость. – Меня всего полдня не было, а вы ее упустили?

Он посмотрел на испуганную Цзян Юйшу и полузакрытые глаза Гу Хао, лежащего на больничной койке, и вышел из палаты. Тут же из коридора донесся его приглушенный рев. Цзян Юйшу снова перевела взгляд на пакет на стойке для капельницы, но уже не могла сосредоточиться.

Через несколько минут Тай Вэй открыл дверь и поманил Цзян Юйшу. Та вышла с ним в коридор и, увидев его встревоженное лицо, не удержалась от вопроса:

– Тай Вэй, что-то случилось?

– У меня срочная работа, нужно разобраться, – уклончиво сказал он. – Присмотрите за стариком, после капельницы… Вы сможете переночевать с ним в больнице?

– Без проблем, – поспешно согласилась Цзян Юйшу. – Иди занимайся своими делами.

– Сейчас съезжу привезу для вас раскладушку. – Тай Вэй немного успокоился. – Извините, что беспокою…

– Ой, да разве я сама с этим не справлюсь? – Цзян Юйшу легонько толкнула его в плечо. – Иди скорее, не задерживайся.

Тай Вэй быстро побежал по коридору к выходу. Цзян Юйшу, взяв себя в руки, вернулась в палату. Только села, как заметила, что Гу Хао открыл глаза и смотрит в потолок.

– Проснулся? – Цзян Юйшу сделала вид, что всё в порядке. – Пить хочешь? Или яблоко почищу?

Потерявший волосы Гу Хао сильно похудел и выглядел на два размера меньше, чем месяц назад. Больничная койка казалась огромной. Он ничего не сказал, лишь перевел взгляд на пакет, соединенный с капельницей. Вдруг приподнялся и потянулся выдернуть иглу из тыльной стороны руки. Цзян Юйшу в ужасе поспешила придержать его руку:

– Что ты делаешь?

– Сяо Цзян, девятнадцать лет назад я упустил того ребенка… – Казалось, это простое действие отняло у Гу Хао бо́льшую часть сил, он говорил прерывисто. – Мое «не успел» заставило ее одну скитаться девятнадцать лет. В этот раз… – Гу Хао перевел дыхание, глаза его вдруг засверкали. – В этот раз я ни в коем случае не могу снова упустить ее.

Цзян Юйшу уставилась на него, беспомощно отпустив его руку.

Женщина, поднесшая ко рту кусок хлеба, тупо смотрела на внезапно увеличившееся количество врачей и медсестер у дверей палаты интенсивной терапии. По внешнему коридору катили несколько больших реанимационных аппаратов. В окружении нескольких молодых врачей спешно прибыл и заведующий кардиохирургическим отделением. Один врач на ходу докладывал ему о состоянии пациента:

– Давление резко падает… отказ… койка семнадцать…

Кусок хлеба упал на пол. Руки и ноги женщины вдруг стали мягкими, как лапша. Она из последних сил поднялась с места и поползла к двери палаты интенсивной терапии. Еще не успела коснуться дверной ручки, как железная дверь плотно закрылась. Женщина, запаниковав, бросилась на дверь, непрерывно стуча.

– Что с койкой семнадцать? Что с Пань Сяо? – кричала она, срывая голос. – Впустите меня! Откройте!

Охранник потоптался, но остался стоять на месте. Посмотрел на железную дверь, словно тоже надеялась, что она внезапно распахнется.

Подошла медсестра в маске, помогла женщине подняться.

– Сестрица, вы только мешаете врачам реанимировать. – Крепкая медсестра оттащила женщину от двери. – И Пань Сяо, и врачи стараются.

Она усадила женщину на скамейку. Та вся дрожала, слезы заполняли каждую морщинку на ее лице. Она закусила тыльную сторону руки, беззвучно рыдая. Медсестра мягко гладила ее по спине, время от времени поглядывая на наручные часы. Когда эмоции женщины немного улеглись, медсестра тихо спросила:

– Сестрица, можно посоветоваться с вами об одном деле?

Женщина остолбенела:

– О чем?

– Если – я говорю «если»… – Медсестра, казалось, хотела что-то сказать, но не решалась. – Если с Пань Сяо случится несчастье, согласитесь ли вы пожертвовать его органы?

Удивление. Ужас. Отчаяние. Ярость. Сложные выражения на лице женщины мгновенно сменяли друг друга. Она внезапно вскочила и силой оттолкнула медсестру.

– Не согласна! Не согласна! – закричала женщина. – Вы обязаны его спасти! Обязаны! Иначе никто не останется в живых!

Медсестра тут же встала.

– Хорошо, не волнуйтесь. Больше не побеспокою.

Затем она быстрым шагом направилась к выходу из вестибюля. Через несколько секунд оглянулась на женщину и увидела, что та достала телефон и лихорадочно набирает номер. Медсестра повернулась, ускорив шаг. В то же время она тоже достала телефон и открыла приложение. На экране появилось четкое изображение. Оказалось, это видео с камеры наблюдения, установленной на высоком подоконнике. Освещенный особняк. Трое человек сидят за обеденным столом. Мужчина протянул руку, чтобы взять вибрирующий на столе телефон.

– Алло, диспетчерская