Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

В студии атмосфера становилась невыносимой. В большом зале временами повисала тишина. У нескольких человек начиналась истерика. Никто не жаловался открыто, в основном из уважения к Белль, которая с удивительной стойкостью и всегдашним здравомыслием оставалась на своем месте, зная, что только ее присутствие предотвращает открытое возмущение.

Мистер Кэмпион вошел так незаметно, что на его появление никто не обратил внимания, и ему удалось в течение нескольких мгновений украдкой поговорить с Белль.

– Я связался с инспектором Оутсом из Скотленд-Ярда, – шепнул он. – Всё в порядке. Он сказал, что сейчас же приедет, а пока нет смысла держать здесь толпу. В конце концов, все пришли по приглашению, и тот, кто особенно торопился сбежать после того… ну… после того как снова включили свет, мог легко это сделать. Я сам видел, как ушли двадцать или тридцать человек.

Кэмпион не смотрел на нее, пока говорил. Он не мог заставить себя встретиться взглядом с ее теплыми карими глазами, наполненными слезами.

– Я скажу им, – взяв его за руку и поднявшись, сказала миссис Лафкадио.

Она двинулась к двери, такая отважная и такая одинокая, и остановилась под портретом своего улыбающегося супруга.

Постепенно воцарилась тишина, и все взгляды вопросительно обратились к ней. Она открыла рот, чтобы заговорить, но слова ускользнули от нее, и, шагнув к двери и распахнув ее, Белль в ожидании встала, держась за ручку.

Возобновился ровный поток гостей, продвигавшийся чуть быстрее, чем раньше.

Старушка стояла прямо, машинально пожимая руки и слабо кивая на слова сочувствия и сожаления, произносимые едва различимым шепотом, и выглядела именно такой, какой и была, – удивительно галантной старой дамой.

Мистер Кэмпион поборол желание остаться рядом с ней. У него были другие дела. Он исчез за дверью под галереей, выскользнул в сад через черный ход и, нырнув в кухонную дверь, избежал столкновения с разъезжавшимися гостями.

Догадавшись, что здесь должна быть черная лестница, Кэмпион нашел ее и поднялся на площадку перед студией Линды, не встретив ни души. Встав под дверью, он прислушался. Внутри было тихо.

Кэмпион был не дурак. Линда в тот вечер находилась в неуравновешенном, нервном состоянии, и он не питал иллюзий относительно ее вероятного душевного настроя в данный момент. Он был готов к встрече с сумасшедшей.

Постучав и не получив ответа, Кэмпион тихонько открыл дверь и шагнул в темноту.

– Линда, – позвал он шепотом.

Ответа не последовало, и он нащупал за дверью выключатель. Когда комната осветилась, он понял, что, кроме него, здесь никого нет. Он уже собирался уйти, когда дверь на другом конце комнаты отворилась, и из нее вышла девушка. Она была все еще бледна, но выглядела удивительно спокойной.

Увидев Кэмпиона, она приложила палец к губам и прошептала:

– Тише. Роза-Роза здесь, спит в моей спальне. Я дала ей большую дозу брома. Она еще долго не проснется.

Мистер Кэмпион был готов к худшему, но от этих слов его бросило в дрожь.

– Боже правый, Линда! Что вы наделали?!

Слова вырвались сами по себе, и он бросился мимо девушки в маленькую спальню.

Роза-Роза с красным, опухшим от слез лицом лежала на кровати и спала вполне естественно. Кэмпион подошел к ней, внимательно осмотрел ее лицо и проверил пульс. Когда он наконец выпрямился и обернулся, Линда стояла в дверях и смотрела на него с озадаченным выражением лица, сменившимся недоумением.

Когда он вышел в маленькую студию, девушка последовала за ним и коснулась его руки.

– Что вы имели в виду? – спросила она, тяжело дыша.

Кэмпион взглянул на нее с тревогой в глазах.

– Что вы имели в виду? – настойчиво повторила она.

Он провел рукой по лбу:

– Сам не знаю, Линда.

Она ухватилась за дверцу шкафа, чтобы удержать равновесие:

– Альберт, вы же не думаете, что это я убила Томми, правда?!

Он не ответил, и она отшатнулась от него с глазами, округлившимися от ужаса:

– Альберт, вы же не считаете меня сумасшедшей?!

Когда он промолчал и на этот раз, она зажала рукой рот, словно подавляя крик.

– Что же мне делать?.. – через секунду хрипло выдавила она. – Что мне делать?

Внезапно шагнув вперед, она схватила его за плечи:

– Я любила Томми; по крайней мере, мне так казалось. И я злилась на него. Но не настолько, не до безумия. Когда погас свет, я стояла с другой стороны стола. Я слышала, как кто-то двигался в темноте, и слышала, как он упал, хотя, конечно, не поняла, что произошло. О Альберт, вы же верите мне, правда? Скажите, что верите мне!

Кэмпион смотрел на нее сверху вниз. Голова шла кругом. Он никак не ожидал и не был готов к такому повороту событий. Заглянув девушке в лицо и увидев отчаянную мольбу в ее глазах, Кэмпион искренне произнес:

– Я верю, дорогая. Да поможет мне Бог! Я верю.

Глава 5

Инспектор Оутс

Инспектор Оутс сидел за столом в библиотеке Маленькой Венеции с блокнотом для записей и мрачным выражением, застывшем на его холодном, усталом лице. Он провел три мучительных часа. Возможно, есть детективы в Скотленд-Ярде, которым нравится поздними воскресными вечерами выпытывать секреты у невольных свидетелей преступления и безошибочно указывать на наиболее вероятного подозреваемого, но Станислаус Оутс не принадлежал к их числу. Он находил все это весьма утомительным, тягостным и, по всей видимости, предвещающим множество неприятностей.

Последний свидетель как раз направлялся к нему из гостиной, где собралась семья, и мистеру Оутсу не терпелось увидеться с ним. Когда дверь библиотеки открылась, и констебль, просунув голову, доложил, что мистер Кэмпион уже здесь и ждет встречи, инспектор отложил блокнот и с интересом поднял взгляд.

Альберт Кэмпион вошел в комнату со своим всегдашним рассеянным и приветливым видом. Если в его глазах и был намек на беспокойство, то его скрывали очки.

Инспектор строго взглянул на него, и Кэмпиону вспомнилась очень похожая сцена в кабинете школьного директора много лет назад. Было то же дурное предчувствие, такое же ощущение надвигающейся беды.

– Итак, как вы умудрились впутаться в данное дело? – спросил Оутс, используя совершенно ту же интонацию, что и старина Багги, и практически те же слова. – У вас, похоже, нюх на преступления. Сядьте, пожалуйста.

Тот факт, что Кэмпион и инспектор Оутс были давними и близкими друзьями, никак не влиял на их профессиональные отношения. Первые две-три минуты беседа носила подчеркнуто официальный характер, и тревога Кэмпиона усилилась.

– Оутс, вы ведете себя так, словно все уже кончено, не считая ареста, – сказал он. – Я