Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го - Ксения Чернова

— Я не просилась в снайперы.

— Пока.

— И не собираюсь.

— Тогда зачем говорила, что умеешь стрелять?

— Чтобы ты не решила, будто рядом с тобой бесполезная девчонка.

— Я не решила.

Надя посмотрела с подозрением.

— Правда?

— Пока нет.

Они двинулись дальше.

Ефрейтор Зорин ждал возле старого погреба на окраине разрушенного хутора. От построек остались две печные трубы, каменный фундамент и заросший снегом колодец. Наблюдательная точка располагалась на склоне за погребом. В земле выкопали неглубокую ячейку, сверху прикрыли ветками и белой тканью.

Зорин оказался крепким мужчиной с чёрной бородой, которая делала его старше. Он посмотрел документы Нади, потом на Александру.

— Ветрова?

— Она, — ответила Надя раньше Александры.

— Говорят, немца на мельнице подстрелила.

— Говорят.

— Хорошо. Значит, сюда тоже не зря прислали.

Он показал сектор. Внизу проходила дорога. Справа она скрывалась за лесом, слева выходила к открытому участку возле небольшого моста. За мостом начинался подъём, часть которого могла просматриваться с немецкой стороны.

— Вчера там два раза движение заметили, — объяснил Зорин. — Один раз вроде каска мелькнула, второй — ветки шевелились. Может, разведка. Может, наши. Проверить не успели. Повозки сегодня пойдут после полудня.

— Сколько? — спросила Александра.

— Три или четыре.

— Охрана?

— По одному бойцу. Лошадей мало.

— Немцы знают маршрут?

Зорин пожал плечами.

— Если наблюдают, узнают.

Он оставил им флягу, указал условный путь отхода и ушёл к соседней позиции.

Александра легла у края ячейки и осмотрела сектор через прицел. Надя устроилась рядом с биноклем. Некоторое время они молчали.

— Запомни всё, что видишь, — сказала Александра.

— Я и так смотрю.

— Не смотри. Запоминай. Три минуты, потом закроешь глаза и перечислишь.

— Зачем закрывать?

— Чтобы понять, что осталось в голове, а не перед глазами.

Надя усмехнулась.

— Решила устроить мне экзамен?

— Да.

— А если не хочу?

— Тогда можешь просто сидеть рядом и ждать, когда я побегу к немцам.

Девушка поднесла бинокль к глазам.

— Три минуты.

Александра следила за часами на руке Лидии. Небольшие, потёртые, со стеклом, пересечённым трещиной. Механизм пока работал.

Через три минуты она коснулась плеча Нади.

— Закрой глаза.

— Закрыла.

— Сколько печных труб у дороги?

— Две. Одна целая, вторая сломана сверху.

— Телеграфные столбы?

— Пять видимых. У второго от моста провод оборван.

— Возле колодца?

— Ведро на боку и санный полоз.

— Деревья у подъёма?

Надя перечислила: две сосны, берёза с раздвоенным стволом, низкий куст, поваленное дерево. Ошиблась только в положении одного камня.

— Хорошая память, — признала Александра.

Надя открыла глаза.

— Я же говорила.

— Люди много чего говорят.

— Например, что они из будущего?

Александра посмотрела в прицел.

— Например.

Следующее упражнение оказалось сложнее. Александра заставила Надю оценивать расстояние до выбранных ориентиров, сравнивать размеры предметов и учитывать склон. Ошибки оставались, но девушка быстро исправлялась. Она не пыталась защищать неправильный ответ, если понимала причину.

— До моста двести восемьдесят, — сказала Надя.

— Двести шестьдесят пять.

— Ты не можешь знать точно.

— Не могу. Но у нас есть карта, ширина дороги и столбы. Расстояние между столбами примерно известно.

— А если их поставили неровно?

— Тогда сверяем по другому ориентиру. Один способ ошибается. Два дают диапазон.

Надя задумалась.

— Капитан так же делает?

— Не знаю.

— Ты с ним вчера долго разговаривала.

— Он в основном объяснял, когда меня застрелит.

— Значит, понравилась.

Александра повернула к ней голову.

Надя впервые усмехнулась не враждебно.

— Шутка.

— Очень тонкая.

— Учусь у тебя.

Они продолжили наблюдение.

Через час Александра изменила задачу. Надя должна была смотреть на участок двадцать секунд, затем отворачиваться, а Александра незаметно меняла что-то рядом: передвигала гильзу, убирала ветку, переворачивала кусок ткани. Девушка замечала почти всё.

— Теперь не предметы, — сказала Александра. — Местность.

— Как ты её изменишь?

— Не я.

Она указала на склон.

— Смотри на него минуту. Потом закрой глаза. Если при следующем взгляде что-то изменилось, говори сразу.

Первые десять минут ничего не происходило. Затем Надя заметила, что возле поваленного дерева исчезло тёмное пятно.

— Птица, — предположила она.

— Или человек.

Они наблюдали ещё несколько минут. Пятно появилось снова, но левее. Александра навела прицел. Между ветвями мелькнул заячий бок.

— Заяц, — сказала она.

— Я почти донесение отправила.

— Лучше проверить лишний раз, чем не заметить настоящего человека.

Надя хотела ответить, но вдалеке раздался артиллерийский выстрел.

Звук пришёл глухо, через лес. Обычный дальний удар, к которому люди вокруг штаба почти перестали прислушиваться. Александра заметила, как плечи Нади напряглись.

Второй выстрел прозвучал ближе.

Надя перестала дышать.

Снаряд прошёл над ними и разорвался где-то за дорогой. Земля едва заметно дрогнула. С веток посыпался снег.

— Далеко, — сказала Александра.

Надя не ответила.

Её пальцы сжали бинокль. Костяшки побелели. Дыхание стало быстрым, мелким. Девушка продолжала смотреть вперёд, но взгляд остановился и больше ничего не видел.

Третий разрыв лёг ближе к мосту. По склону прокатился тяжёлый звук.

Надя резко пригнулась, почти ударившись подбородком о край ячейки.

— Крылова, — позвала Александра.

Ответа не было.

— Надя, смотри на меня.

Девушка повернула голову. Глаза были широко раскрыты, лицо побледнело.

— Они пристреливаются, — прошептала она. — Сейчас сюда.

— Не сюда. Огонь идёт за мостом.

— Перенесут.

— Возможно. Поэтому будешь считать.

— Что?

— Секунды между разрывами.

Надя смотрела, не понимая.

— Считай, — повторила Александра жёстче. — От звука выстрела до разрыва. Потом направление переноса. Мне нужны числа.

— Я не…

— Начинай с нового выстрела.

Где-то вдали снова ударило орудие.

— Один, — сказала Александра. — Два. Три.

Надя подхватила на четвёртой секунде. Голос дрожал, но она продолжала считать. На двенадцатой секунде снаряд разорвался левее моста.

— Направление? — спросила Александра.

— Левее.

— Насколько?

— Метров… тридцать.

— Ещё раз.

Следующий разрыв лёг дальше от них. Надя снова сосчитала время, назвала направление и примерное расстояние.

Постепенно дыхание стало ровнее. Пальцы всё ещё сжимали бинокль, но взгляд вернулся к местности.

— Огонь уходит к югу, — сказала она после пятого разрыва.

— Верно.

— Они не по нам.

— Пока нет.

Надя сглотнула.

— Ты заметила?

— Что?

— Что я…

Она не договорила.

— Заметила, что ты перестала работать, — ответила Александра. — Потом начала снова.

— Капитану скажешь?

— Если это будет мешать выходам — да.

Надя резко повернулась.

— Не смей.

— Тогда научись справляться.

— Я справилась.

— На этот раз.

Девушка смотрела на неё с ненавистью, но под ней уже скрывался страх другого рода. Не перед артиллерией — перед тем, что Громов отстранит её от разведки и вернёт в тыловую связь или санитарную часть.

— Почему не спросишь, что случилось? — произнесла Надя.

— Потому что сейчас это не поможет. Когда захочешь, расскажешь сама.

— А если не захочу?

— Тогда будем считать разрывы, пока тело не поймёт, что у него есть работа.

Надя отвернулась. Через несколько минут она снова наблюдала за дорогой.

Александра не