Отдел по борьбе с милицией 3 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

— Про задержание Вершинина знали. И что удерживают того партизанским макаром, неофициально, тоже в курсе. Лёня, не представляю, что и думать. Трушкин, конечно, мог им наврать, что это оперативная комбинация, но как бы выкручивался, когда отпустил взяткодательницу, а деньги не сдал в финотдел УВД, не могу вообразить, — армянин яростно растёр окурок ногой.

— Если Клава врёт… То она не предполагала, что майор решит отказаться от столь заметной суммы и сыграет в реализацию взятки, поэтому появление двух «лишних» оперов стало для неё сюрпризом. Её задумка с подставой Трушкина затрещала по швам.

— Лёня, не делай поспешных выводов. Кто-то из них врёт. Запросто получится, что оба. Надо дождаться показаний Вершинина. И взять за задницу начальника УВД, тот, чует мой разум возмущённый, достаточно скользкий тип, о нём в КГБ предупреждали.

Карапетян несколько раз затянулся второй сигаретой и тоже затоптал, закашлявшись.

— Идём. Айварс как раз прессует майора. Хочу, чтоб ты составил своё мнение.

В коридоре Леонид обратил внимание, что оба опера, схваченные вместе с Трушкиным, спокойно сидят в коридоре и не под охраной.

— Неужели Ловкнис их уже отпустил?

— Обещал отпустить. Только протоколы допроса оформит. После первого допроса Трушкина.

Если на улице было довольно холодно, внутри прокуратуры — заметно теплее, в следственном кабинете температура, по крайней мере — психологическая, взлетела до точки кипения.

— Не виноват! Сколько можно говорить — не виноват! — майор практически кричал, лупил себя ладонями по коленям, даже по лицу, тряс головой. В его лице было что-то среднеазиатское, или от смешанного брака кого-то из родителей с выходцем из братской восточной республики, или взыграли гены монгольских кочевников, приехавших за данью для великого хана, заодно порезвившиеся со славянскими бабами. Во всяком случае, темперамент бурлил.

— Разберёмся, — пообещал Айварс. — Но один факт установлен точно. Вы, Глеб Викторович, удерживали гражданина Вершинина силой практически трое суток. Без оформления задержания. Даже без административного протокола. А если это не задержание по уголовному делу… ведь дела ник-какого нет, верно? И не за административное правонарушение, то ваши действия подпадают под похищение человека и принудительное незаконное лишение свободы. Статья пустяшная по сравнению с получением взятки в особо крупных размерах, но даёт право задержать вас и поместить в изолятор. Прокурор Громов вернётся от Вершининой и подпишет санкцию на арест. Дальнейшее очень сильно зависит от вашей откровенности. Подпишите протокол, и на этом пока всё. Я допрошу начальника УВД. Если у него действительно обнаружу ваш рапорт на реализацию взятки, вам повезло. Если нет, вы сегодня себе отмеряли… Если не расстрел, то пятнаху строго режима — точно.

Леонид, видевший задержанного сзади-справа, внутренне напрягся. Этот горячий кабан запросто мог наброситься на Айварса, который выдал последнюю довольно рискованную тираду явно в надежде, что коллега не даст в обиду.

Приёмов рукопашного боя не потребовалось. Подозреваемый вдруг осел, распустился на стуле, обмяк. Больше не шумел. По бугристой коже лица вдруг прочертила дорожку слеза.

— Это — всё. Мне конец. Даже если останется эта статья, и отделаюсь условным… Из милиции попрут. Хоть утопись в унитазе.

Расписался в протоколе. Леонид накинул ему наручники на запястья и отвёл в коридор — под надзор оперов Карапетяна.

Зазвонил телефон. Это был Громов.

— Лёня! Аркадия дома нет. И, похоже, не приходил. Приезжай за мной, это недалеко, сориентируешься. Айварсу скажи, пусть срочно выдёргивает Пахомова в прокуратуру. Сегодня, да хоть в час ночи. Дома, на службе, где угодно. У начальника УВД машина должна быть с рацией. Карапетяна попроси, пусть организует гостиницу в городе нам всем. В Красное Село не поедем.

Леонид записал адрес, передал распоряжения босса и снова двинул к «волге». Как только она перешла в его ведение, так и ездить стал на ней больше.

«Двадцать четвёртая» в 1970 году была предметом зависти для большинства. В личную собственность продавались единицы — за особые заслуги и блатным в высокой должности. Круче были только «чайки» и ЗиЛы, выпускавшиеся штучно и доступные только членам Политбюро, первым секретарям ЦК союзных республик и приравненной к ним особой публике. «Рядовой» союзный министр довольствовался той же ГАЗ-24.

Вращая туговатый руль, Леонид ехал по тёмной вечерней Костроме, сличая маршрут по атласу, и ничуть не таял от восторга, что заполучил столь крутое для этой эпохи авто. Машины 2020-х годов он хорошо помнил. Даже сверхаскетичная «Лада-Гранта» была несравнимо комфортнее «волги», только меньше по размеру.

В те годы ходил анекдот. У человека в 90-х годах угнали «мерседес», и товарищи пригнали ему на подменку отечественную машину. Или что-то очень похожее на машину, рождённое в Тольятти. Человек поблагодарил, посмотрел на это чудо, изумился… Говорит: да, я слышал, что в России продолжают клепать нечто из наследия СССР, наверно, они не тонут.

«Волга», кроме вместимости, плюсов не имела. Руль тугой, педали тоже. Удержание дороги такое, что лучше сотку не давать, а в поворотах скидывать до 20 километров в час. Тем более передач всего четыре, и на четвёртой мотор ревёт на сотне как раненый слон, жрёт бензин и выгоняет масло через сальниковую набивку. Подвеска жёсткая, мост вообще висит на рессорах. Звукоизоляция… А зачем? Если её поставить, не насладишься пронзительным воем шестерён, когда сдаёшь на задней передаче. И это только начало списка прелестей.

Может, Гагарину удастся невероятное — развернуть чудо-автопром СССР лицом к потребителю? Не верится…

Адрес, продиктованный Громовым, соответствовал приличному по областным меркам пятиэтажному дому, шеф уже ждал у подъезда.

— Вершинина или врёт начисто, или не договаривает, — начал он, опустившись на сиденье. — В любом случае, останавливаться у неё больше не стоит. И опасно, и возможны провокации. Этот Пахомов тоже запросто подложит свинью… Что мне просто на полковничьей пенсии не сиделось?

— Вы вольны соскочить на пенсию в любой момент. Как и я — в юрисконсульты райпотребсоюза или колхоза «Рассвет». Но мы же так не сделаем?

— Точно — не сегодня, — заверил Громов.

Примечание к главе 5-й: революция в автопроме СССР в мире Гагарина описана в законченном цикле «Гений автопрома» https://author.today/work/432360

Глава 6

6.

Прокурор области, с вечера не выбравшийся в свою обитель при известии о налёте московской бригады, видать, был тем вечером занят чем-то важнее, утром заступил на боевой пост, где торжественно пожал руки прокурорским коллегам и неколлегам-операм. Начальника УВД Пахомова вызвался пригласить лично, что ему удалось сразу. Накануне вечером полковник «вышел