Отдел по борьбе с милицией 3 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

— Не видел её. Уважаемые! Готов выступить в суде и подтвердить, это же подтвердит весь наряд дежурной части: Вершинин уходил измученный, но очень довольный, что законность восторжествовала. Ни малейшего намёка, что наложит на себя руки. Допускаю — мог сбежать из опасений, что у Трушкина имеются доказательства его противоправной деятельности, но не вешаться же. Теперь знаю, что майор выбил из него признание, заставил написать повинную на моё имя. А потом посадил человека наблюдать — как пройдёт вручение денег, которые он вымогал. Уверен, сообщник, а он точно из областной или районной милиции, сам бы выпустил Вершинина, чтоб пустить в расход. Я вмешался чуть раньше и спутал карты, убийство вышло плохо подготовленным… Картина вырисовывается… Чёрт! — он стянул с головы папаху и промокнул влажные волосы. — Я хотел от Трушкина избавиться, но не успел. Теперь отвечай за его художества.

В голове Леонида словно зазвенел звоночек тревожной сигнализации. Майор сказал о месте удержания Вершинина примерно в 18−05, что тот — в Ленинском… Если бы сразу на одной машине кто-то кинулся в райотдел освобождать заложника, ювелир остался бы жив! Что ломает версию Пахомова. Предположим, Трушкин подготовил механизм ликвидации Вершинина на случай, если с передачей денег не срастётся. Зачем так быстро было сдавать местонахождение? Тем самым ставить под угрозу операцию по ликвидации.

— Стоило тебя скорее отправить в Ленинский — привезти ювелира в прокуратуру, Аркадий остался бы жив, и мы многое узнали бы из первых уст, — в унисон мыслям Леонида прокомментировал ситуацию Громов. — Его смерть — не только наказание за то, что не состоялась передача денег. Неизвестный нам субъект очень хотел, чтоб Вершинин замолк навсегда.

Он повёл полковника в кабинет, оккупированный им вместе с Айварсом, а когда вышел, Леонид в него вцепился:

— Я метнусь кабанчиком в ГАИ. Те наверняка оставили у себя копию донесения о выявленном преступлении. Наверняка сообщили в УГАИ МВД СССР — какие они молодцы. Такие преступления ГАИшниками очень редко вскрываются, «герои дня» молчать не будут. Хорошо?

— Валяй. А Карапетян…

— Пусть его люди прошвырнутся по хозмагам — отсюда и до места повешения. Вряд ли магазинов и хозяйственных отделов много. Где-то Вершинин (или его убийца) надыбал новенькую бельевую верёвку. Вопрос: он ли её покупал? И где? При более чем скудном ассортименте областных хозмагов продавщицы могли и запомнить. Тем более — мужчину, товар-то скорее из женских интересов. Фото Вершинина…

— У Клавдии лежит в сумке. Она показывала. Хорошо. Дуй в ГАИ. Я распоряжусь. Саму верёвку заберём из Ленинской прокуратуры.

Из-за улицы Ленина и названия района партийное погоняло вождя мирового пролетариата звучало даже чаще, чем при поисках его тела, тогда слово «Ленин» старались не произносить, соблюдая конспирацию.

Леонид сделал шаг к выходу, но остановился, словно споткнувшись.

— Сергей Михайлович, почему полковник был недоступен по любым средствам связи в момент смерти Вершинина?

— Спросил. Тот ответил уклончиво. Я пока не прессовал. Понимаю, к чему ты клонишь: у Трушкина алиби есть. Считаем, что у начальника УВД оно отсутствует. Но в Костроме найдутся десятки знакомых нашей ювелирной четы, не имеющих алиби. Продолжаем копать. Двое оперов отправились на поквартирный обход около аллеи, где найден труп. Правда, сейчас день, придётся вечером повторять, народ вернётся с работы. Вершинин повешен или повесился в интервале от 18–30 и до… Чёрт его знает — во сколько. Я ехал с Клавдией в Иже, потом ты меня забирал. Темно, фонарей мало, но уж висельника точно бы разглядели, я помню ту аллею.

Вдова сидела в коридоре, сложив руки на этой самой сумке. Громов уже сказал ей? Если нет, ему виднее, сам Леонид отнюдь не рвался приносить людям подобные новости. Горе — оно и есть горе.

Напротив, визит в областное ГАИ состоялся в мажорной тональности, даже триумфально. Начальник отдела говорил о подчинённых не иначе как «мои орлы», моментально соорудил копию рапортов начальнику УВД и в Москву, а также помог отыскать обоих рыцарей полосатого жезла, как раз сегодня пасущихся на улицах Костромы — в тулупах и на мотоцикле, ужасном транспортном средстве для холодного времени года. Поставить бы их «уралы» и «днепры» на прикол до весны… Но человеколюбие и ГАИ не сочетаются в одной строке.

Пока оба сосульчатых милиционера отогревались в тёплой «волге» с урчащим двигателем, Воронов допросил обоих об обстоятельствах задержания курьера. Мужичок получил в плечи ГАИшный протокол за негорящую фару, после чего был сдан на руки заместителю начальника УВД вместе с золотым уловом, товарищ майор ради такого дела не поленился лично прилететь к гайцам.

— Родина вас не забудет! По линии прокуратуры обещаю содействие в получении достойного поощрения, — заверил их Леонид, уверенный, что в случае чего оба дадут в суде показания, не отличающиеся от сегодняшних.

Вернулся на Ленина, узнал последние новости. Громов шлёпнул печать на постановлении о взятии Трушкина под стражу, обвинение предъявлено только в незаконном лишении свободы. Клавдия Вершинина пребывает в истерике, её повезли в морг, хочет глянуть на тело мужа. А вообще-то пришло время обеда, который по расписанию, даже когда война войной.

Тройка Громова по рекомендации секретарши областного прокурора проехалась в заводские кварталы ради так называемой диетической столовой. Жареные котлеты с запахом свинины принадлежали к неизвестной советской науке диете, но голод утоляли хорошо, и вышло не накладно. Поскольку у рабочего класса обеденное время закончилось, зал практически пустовал, ничто не мешало обсудить события.

— Айварс, ты допрашивал всех участников дела. Включи Жавнеровича: кто из них виноват? — Леонид, как часто бывало, начал с подколки.

— Сейчас. А ты ходил в детский сад? В младшей группе любимое развлечение было — набрать ложку каши, прицелиться и пстрикнуть в соседа, — он показал способ кашеметания, но пулять ей в Леонида не стал. — Ещё раз об-бзовёшь Жавнеровичем, получишь кашей в глаз.

— Отставить детсад, — пресёк их впадение в младенчество Громов. — Айварс, излагай.

— У нас две противоположные позиции. Вдовья, как бы исходная: Трушкин вымогал, подстраховался на случай нежданчика при передаче денег, кто-то из сообщников мочканул Вершинина. За эту версию говорит многое: вспыльчивый и беспредельный характер нашего гер-роя, подтверждённый факт, что он получил от гаишников курьера и золото, курьера отпустил неожиданно легко, золото хрен знает где, а там много, примерно на 10 или даже на 20 тысяч рублей, не знаю