Качели смерти - Котаро Исака

Я слежу за ритмом дыхания мужчины. Он постепенно учащается. Очевидно, что противник не любитель. Он превосходит меня по силе, но я вполне могу одержать победу хитростью.

Главный вопрос в том, как сделать это, серьезно не навредив моему дому. Хоть стены коридора уже и исцарапаны ножом, я не хочу, чтобы дому был нанесен другой ущерб.

«Мияко-сан, ты хочешь разнести этот дом в клочья?»

Вспомнив о ненавистной свекрови, я начинаю ощущать, как внутри меня закипает раскаленная магма, источающая отвратительный гнилостный запах. Я не позволю этой женщине одержать верх!

В чем причина этого чувства? Почему я теряю спокойствие и самообладание, когда речь заходит о моей свекрови?

Мужчина в костюме почтальона приходит в движение. Выбросив вперед левую руку, он делает свой ход. Я предвидела этот шаг: ведь в правой руке противника зажат нож. Сделав шаг назад, я пригибаюсь, и следом за его левой рукой идет удар правой. Лезвие ножа снова ударяется о стену узкого коридора.

Я отпрыгиваю назад. Сделав несколько небольших шагов, продолжаю выжидать, глядя прямо на противника. Выжидаю момент, когда мужчина бросится на меня, и, потянув за ручку двери в туалет, резко открываю ее. Открытая дверь служит отличным щитом – мужчина врезается прямо в нее на полной скорости.

Я прилагаю усилие, чтобы оттолкнуть дверь в противоположную от себя сторону. Слышу, как мужчина теряет равновесие и падает на пол.

Скользнув в ванную комнату, я быстро снимаю с вешалки банное полотенце. Вернувшись в коридор, вижу, что мужчина уже стоит на коленях и готов подняться. Не могу не заметить, что ему определенно стоило быть немного проворнее.

Шатаясь, мужчина выбрасывает вперед руку с зажатым в нее лезвием. Я ловлю ее в расправленное обеими руками полотенце, быстро оборачиваю и, крепко сжав, тяну на себя. Лезвие падает на пол.

Обезоружив противника, я заламываю его руку за спину. Сбив мужчину с ног, укладываю его лицом на пол в коридоре. Забравшись на него сверху, наконец спрашиваю:

– Чего ты хотел? Какова твоя цель? Тебя наверняка кто-то нанял?

10

Организм господина Ватануки, вероятно, прекрасно переносит алкоголь – сколько бы он ни выпил, цвет его лица не меняется, а мысли остаются ясными и незамутненными. Я же, наоборот, краснею после первого же глотка алкоголя, напрочь лишаясь уверенности в себе.

– Как сейчас дела в семье Китаяма? Что с отношениями между свекровью и невесткой?

С одной стороны, я польщен тем, что господин Ватануки вспомнил об этом, с другой – смущен из-за того, что он завел этот разговор в присутствии молодого директора. Сам директор клиники О., недавно принявший полномочия по управлению семейным бизнесом от отца, не выглядит обеспокоенным. Кажется, он уже знает о моей проблеме от Ватануки.

– У нас похожая ситуация. Трудно оказаться между двух огней!

Мы занимаем отдельную комнату в ресторане, известном своими сукияки[24] и сябу-сябу[25]. С тех пор как около месяца назад о нем написали в популярном журнале как о месте, которое точно придется по вкусу девяти женщинам из десяти, он всегда переполнен, но также отлично подходит для того, чтобы расположить к себе клиента или партнера по бизнесу и получить от него желаемое. Господин Ватануки, благодаря своим навыкам общения, легко договорился с руководством ресторана о встрече с молодым директором и пригласил меня.

– Неужели ваши жена и мать тоже не ладят? Не могу себе этого представить! – удивленно переспрашиваю я.

– Жена директора, по совместительству его заместитель, очень упрямая женщина, – кивает Ватануки.

Я напрягаюсь, ведь для меня слово «упрямая» обладает довольно негативным оценочным значением, но молодой директор, кажется, не придает этому особого значения. Видимо, для него привычно и простительно плохо отзываться о своей супруге в присутствии других мужчин.

– Директор держится из последних сил.

– Видите ли, мой отец – тоже не подарок, так что, можно сказать, я зажат между двух огней и порохом, окружен со всех сторон. Только Ватануки-тян меня и понимает!

– Директор действительно держится. Хочу, чтобы он немного снял стресс, по крайней мере сегодня, так что давайте после тяжелого рабочего дня поедим чего-нибудь вкусного!

– А еще пациенты, которые приходят в больницу… Я изнемогаю от всей этой негативной энергии! Дома – такая же жена, а отец вообще бестолковый человек. Ну как так! – Директор указывает на меня: – А вы, кажется, ладите с моим отцом?

Вероятно, он имеет в виду партию в гольф, которую мы сыграли на днях. Я честно объясняю ему, что мой отец был одноклассником доктора О.

– Он выглядел таким счастливым после вашей игры, – вздохнув, отвечает молодой директор. – Хорошо. Ты справился! Прошел строгий экзамен моего отца.

– Ну что вы…

– Наш Китаяма знает, как найти подход к каждому!

Я впервые слышу подобное мнение о себе. Хочется спросить, почему Ватануки сделал подобный вывод, но я сдерживаюсь. Наверное, эти слова просто пришлись по случаю.

– Но не стоит забывать, что директор теперь я, так что неважно, нравитесь ли вы моему отцу.

– Да, конечно, – отвечаю я.

Мышцы вокруг глаз молодого директора напрягаются. Эта небольшая шутка, по всей видимости, была очень важна для поддержания его самооценки.

Растерявшись, я переспрашиваю:

– Но вам же недостаточно управлять только больницей?

Я тут же понимаю, что мне не стоило этого говорить. Молодой директор приподнимает брови:

– В каком смысле?

К счастью, господин Ватануки отвлекает внимание молодого директора, предложив ему новую порцию мяса.

Сябу-сябу действительно оказывается очень вкусным, и я некоторое время увлеченно опускаю мясо в горячий бульон. Нет, я притворяюсь, что увлечен. Молодой директор и господин Ватануки ведут на удивление откровенные разговоры о работе, делятся личными жалобами, и я боюсь отвлечь их своим присутствием. Я активно работаю палочками, чтобы подчеркнуть, что не слушаю их.

– Ну что, Ватануки, у тебя есть для меня что-то поинтереснее? Что-то, что заставит меня вложиться?.. Нет, это не то, чего я хочу. Не буду продлевать членство в гольф-клубе. Не понимаю я тех, кто покупает картины Ван Гога. Конечно, я могу себе это позволить, но не понимаю, зачем покупать то, что заставит всех обратить на тебя внимание!

– Кажется, это стоило больше пяти миллиардов йен? – говорит Ватануки. – Сейчас в Японии нет ничего, что вам не по карману!

– Japanese money power![26] Как же все-таки приятно…

Похоже, господин Ватануки уже не в первый раз слышит этот разговор, но предпочел дать собеседнику то, что ему требуется.

– Даже большая страна