Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

четверти семь миссис Лафкадио всегда спускается… спускалась… в студию, чтобы пригласить мою жену и меня на ужин. Я знал, что бесполезно пытаться разбудить бедную Клэр, но я подумал, что если миссис Лафкадио не увидит стакан, то причина состояния моей жены не будет столь очевидна. Поэтому я сполоснул его и поставил на место. Затем, поскольку ничего другого я сделать не мог, то поспешил выйти, надеясь, что меня никто не видел. Теперь я понимаю, как это глупо. Мои действия не имели никакого смысла.

Инспектор, который перед этим достал свой блокнот, сидел со странным выражением лица и карандашом, замершим в воздухе. Кэмпион уловил его мысль, и воспоминания о любопытной сцене в столовой после приема нахлынули на него.

Он увидел светлый интерьер, прямые коричневые ноги в удобной обуви, торчащие в раме дверного проема, и взволнованные попытки мистера Поттера помешать им с инспектором войти. Вся тайна, связанная с ранним появлением Поттера в студии, внезапно открылась.

Инспектор собрался с духом. Для представителя власти факты есть факты, и к ним следует относиться соответствующим образом.

– Когда вы увидели миссис Поттер, как она выглядела? Где она была?

– Она лежала на диване, уткнувшись лицом в подушки. – Мистер Поттер говорил задумчиво, словно его мысли были заняты гораздо более важными вопросами, далекими от тривиальных событий, о которых он рассказывал.

– Вы не удивились, обнаружив ее в таком виде?

Мистер Поттер с усилием поднял голову.

– Я не мог сказать вам об этом вчера, – произнес он, – потому что вчера это казалось серьезным делом, а сейчас оно кажется таким незначительным. У моей жены была привычка выпивать одним залпом столько алкоголя, что на некоторое время она теряла сознание. Думаю, он действовал на нее моментально. Своего рода наркотик, я полагаю. Если она слишком сильно расстраивалась… Я хочу сказать, если она чувствовала, что не в состоянии больше терпеть… она это делала. Я помню, как беспокоился за нее. Я был напуган и… прости меня, Господи… шокирован. Сейчас все это кажется таким смехотворным. Почему бы ей и не пить?

– Значит, когда вы увидели миссис Поттер, лежащую на диване, вы решили, что она… Вы решили, что случилось именно это, и не встревожились?

Оутс говорил с неожиданной мягкостью, и Кэмпиону пришло в голову, что он, должно быть, разделяет его собственное странное ощущение: мистер Поттер теперь живет в новом суровом мире, в котором очень мало знакомых ориентиров.

– Да, – кивнул мистер Поттер. – Я решил, что она пьяна.

– И вы убрали стакан, чтобы миссис Лафкадио не увидела его, не стала рассматривать и не догадалась, в чем дело?

Мужчина на кровати рассмеялся. Это был странный звук, напрочь лишенный мелодраматизма, но полный явной насмешки.

– Да. Бредовая мысль.

– Зачем вы помыли стакан?

– Я… – Мистер Поттер посмотрел на своего мучителя, и неожиданно его глаза наполнились слезами. – У нас была договоренность по поводу мелкой работы по дому. Каждый из нас мыл посуду и наводил порядок по мере необходимости. Я ополоснул стакан машинально и поставил его на полку. Я не мог убрать его в буфет грязным.

– Понятно, – быстро проговорил инспектор и занялся своим блокнотом. – Что ж, – сказал он наконец, – а где бутылка?

– Я не знаю.

– Ну же, мистер Поттер, где она обычно хранилась?

– Я не знаю. – Жертва инспектора имела вид человека, пришедшего в замешательство оттого, что говорит чистую правду о совершенно не интересующем его предмете. – Я так и не узнал. Раньше меня это беспокоило. Боже милостивый, сколько всего беспокоило меня раньше! Я сходил с ума. Я принимался искать бутылку, когда жены не было дома. Все было так прибрано и аккуратно – найти ее должно было быть легко. Но я так ничего и не находил. Но всякий раз, когда Клэр хотела выпить, я заставал ее в таком виде. Это продолжалось годами.

– Годами? – хором переспросили Кэмпион и инспектор, почувствовав, будто прикасаются к чужой тайне.

Образ злополучного, никчемного мужа, оберегающего свою талантливую жену в беспомощной, встревоженной манере, казался непристойным, печальным и не предназначенным для посторонних глаз.

– Сначала, конечно, не так сильно, но в последнее время довольно часто.

– Она делала это только тогда, когда бывала расстроена? – спросил мистер Оутс.

– О да. Клэр была очень сильной. Она никогда не позволяла пагубному пристрастию овладеть собой. Это случалось, только когда ей становилось слишком тяжко.

– Понятно. – Инспектор поднялся. – Спасибо за очень ценную информацию, мистер Поттер. Я постараюсь не беспокоить вас чаще, чем необходимо. Кстати, ваша жена когда-нибудь обращалась к врачу по поводу этой э-э-э… своей привычки?

– К врачу? – Мистер Поттер казался слегка удивленным. – Нет, вряд ли. Думаю, об этом знали только мы с ней, хотя остальные, наверное, догадывались, но она не придавала этому никакого значения. А я беспокоился.

– Что она пила? – поинтересовался Оутс. – Виски?

– Не знаю, я ни разу не видел. Я же сказал вам.

– Удивительно, – пожал плечами инспектор. – А где она покупала алкоголь?

– Не думаю, что она покупала. – Мистер Поттер сделал это неожиданное заявление с тем же отстраненным видом, какой не покидал его на протяжении всей беседы.

– Тогда где же она его брала? – Инспектор Оутс остановился на полпути к двери.

– Я же сказал вам, не знаю, – ответил мистер Поттер с терпеливым безразличием. – В последнее время, когда моя жена чувствовала подавленность, я находил ее в бессознательном состоянии, обычно со стаканом подле, но, хотя я искал повсюду, я так ни разу и не нашел ни одну бутылку. Однажды я обнаружил Клэр здесь, в столовой, – вы были там, я помню, – но это был единственный случай. За исключением его, это всегда происходило в нашей студии. Не думаю, что она покупала алкоголь, потому что это дорого, знаете ли, а наши средства были настолько ограничены, что она не смогла бы потратить даже несколько шиллингов без моего ведома. Мы были невообразимо бедны. И это тоже тревожило меня когда-то. Ох, боже милостивый, как я устал… – Он лег на спину и закрыл глаза.

Кэмпион и инспектор вышли. Молодой человек вытер лоб и расправил плечи, словно одежда стала ему тесна.

Инспектор вздохнул.

– Именно подобные случаи заставляют меня верить в необходимость смертной казни, – мрачно заявил он. – Мы поймаем этого негодяя, Кэмпион, и вздернем его.

Глава 16

Это случилось в воскресенье

– Никотин, – подчеркнул мистер Оутс, показывая копию аналитического отчета, – один из самых капризных ядов в мире, несомненно специально созданный Провидением для того, чтобы помешать полицейским в исполнении их обязанностей.

Кэмпион и инспектор находились в библиотеке