Маленькая красная смерть - А. К. Бенедикт

Лайле всегда нравилось пытаться «победить систему» в тамошнем безлимитном буфете. Но она полагала, что Грейс скорее была на стороне системы; в конце концов, она сама была её частью.

Хотя это и не уберегло её от похищения. Лайла вспомнила грустный взгляд Грейс.

— Было ли что-то необычное в поведении Грейс вчера или в предыдущие дни?

— Кроме того, что она не пришла в «Девон», — сказала Фрэнсис, — ничего не припоминаю.

— «Девон»? — переспросил Джимми, возвращаясь в комнату.

Фрэнсис посмотрела на него так, будто не могла поверить в его невежество:

— Бар в спа-отеле «Уоттлдаун».

«Уоттлдаун» был одним из самых эксклюзивных отелей Нью-Фореста с закрытым клубом. Лайла однажды допрашивала там генерального менеджера после жалобы на сексуальные домогательства. Удобно для менеджера, именно в день инцидента камеры видеонаблюдения в отеле почему-то не работали.

— Я знаю, вы уже рассказывали это другому офицеру, но давайте еще раз пройдемся по хронологии. Когда вы должны были встретиться? — спросила Лайла.

— В пять, на коктейли, а потом ужин. Мы с Грейс, Герти и Робертс собирались планировать костюмы на Хэллоуин — я думала о зомби-версии Spice Girls.

— «Wannabe», которую съели? — съязвил Джимми.

Лайла бросила на него взгляд «сейчас не до шуток».

— Что произошло, когда она не пришла?

— Она обычно немного опаздывает, но когда её не было к восьми, и она не отвечала на звонки и сообщения, я заявила об её исчезновении.

Лайла слушала запись того звонка — голос Фрэнсис был немного невнятным, но девушка явно беспокоилась за подругу. В любой другой ситуации Лайла бы прочитала нотацию о поспешных выводах и трате времени полиции, но в этот раз Фрэнсис оказалась права.

— Нам нужно осмотреть её гардероб, если можно. Мы ищем вторую туфлю. — Лайла показала фотографию золотистой шпильки и сумочки.

Фрэнсис рассмеялась:

— Вы же не хотите сказать, что это вещи Грейс?

— Их нашли на месте предполагаемого похищения. На туфле и на сумке её отпечатки.

— Вы ошибаетесь. Грейс бы мертвой в таком не увидели. — Фрэнсис осеклась, осознав свои слова, но быстро взяла себя в руки. — И эта сумка просто ужасна.

Распахнув самый большой шкаф, она продемонстрировала полки с обувью от пола до потолка, расставленные по оттенкам. Никаких золотых туфель. В другом шкафу были сумки, многие — еще с бирками. Всё дизайнерское, ничего даже отдаленно похожего на вещи, найденные в лесу.

— Грейс могла уехать куда-то, не предупредив вас? — спросил Джимми.

— Исключено! Если бы Грейс решила сбежать, она бы сказала мне. Или позвала бы меня с собой. — Фрэнсис покосилась на дверь. — Это всё? У меня семинар через час.

— Что вы изучаете? — спросила Лайла, когда они пошли обратно к парадной двери.

— Социальную историю и политику.

Лайла подавила смешок, а Джимми покачал головой.

— Что? — спросила Фрэнсис.

— Ничего. Уверена, вы добьетесь больших успехов.

Фрэнсис кивнула с видом «еще бы», но вдруг остановилась у цветочной композиции, нахмурившись.

— Подождите, какой сегодня день?

— Среда, — ответил Джимми.

— Вы спрашивали, было ли что-то необычное? Так вот, это стояло здесь, когда я вернулась из «Девона» вчера вечером. Я тогда не обратила внимания — во-первых, злилась на Грейс за то, что она пропала, а во-вторых, нам привозят цветы каждую неделю.

— Везет же людям, — Лайле не дарили цветов уже сто лет. Каково это — жить как они?

— Но флорист обычно приходит по пятницам, чтобы у нас были свежие цветы к вечеринкам. И вчера утром здесь ничего не было, я точно помню, как клала сумку на стол, пока доставала телефон.

— Вы уверены, что доставку не сделали раньше? — спросила Лайла.

— Если сделали — я им устрою. Я заказываю сезонные композиции, а это тюльпаны. В октябре это никуда не годится. — Фрэнсис заглянула вглубь мха. — Ой, тут записка.

Достав крошечный красный конверт, она эффектным жестом вскрыла его.

Внутри была маленькая открытка с изображением мухомора на лицевой стороне и надписью на обороте:

Найдите Золушку до полуночи, иначе она потеряет гораздо больше, чем туфельку.

Глава 14. Синяя Золушка

«Золушки»

Глава вторая (Черновик 2) [5]

Её похититель был в подвальной кухне — готовил ужин. Запах масляных соусов и жареного мяса заставлял её желудок сжиматься, когда она вспоминала кровь, покрывавшую стены и пол комнаты на чердаке. Она старалась не думать о женщине, в чьих жилах когда-то текла эта кровь. Он может сделать это со мной. Он сделает это со мной. Я знаю, что он за человек. [6] Сколько бы она ни следовала его правилам, в один прекрасный день она сделает что-то, что ему не понравится, и тогда он вывернет её наизнанку — окровавленной стороной наружу.

Побег был единственным вариантом.

Теперь, когда ей разрешили перемещаться по дому, она смогла разведать возможные пути отхода. Передняя и задняя двери были заперты на висячие замки, ключи от которых болтались на тяжелой цепи, неизменно закрепленной у него на поясе. Она проверяла деревянные панели дверей на прочность и пыталась разбить окна. Она даже швырнула лампу в стену оранжереи, но та просто отскочила от закаленного стекла.

В книгах у героини почти всегда есть способ выбраться из скверной ситуации. Всё зависит лишь от того, кто в этой истории главный герой — она или он.

Но затем ей пришла в голову мысль. Что, если та единственная комната, в которую ей запрещено входить, закрыта именно потому, что это её путь к спасению? Она манила её.

Запретная комната находилась на самом верху дома — одна из двух чердачных комнат, расположенных друг напротив друга через коридор, словно стрелки в вестерне. Поднимаясь по лестнице, она старалась не смотреть на красные следы его ног и кровавый отпечаток ладони на перилах. Медно-ржавый смрад запекшейся крови был невыносим, и она уже повернула было назад. «Иди дальше», — казалось, позвал голос из запретной комнаты.

У входа на чердак она услышала, как комната дышит — сердцебиение пульсировало в её стенах.

«Подойди ближе», — сказало оно.

Когда она приложила ладони к двери, дерево показалось теплым, приветливым. Почему-то она знала, что дверь сделана из рябины — как то дерево, под которым была похоронена её мать.

«У тебя есть ключ». Голос комнаты был знакомым, будто она знала его давным-давно, в мире до слов и смыслов.

— Он убьет меня, если я переступлю порог.

«Я знаю. Я видела, на что он способен». Скорбь была вырезана в этом голосе, как узоры на дереве.

— Кто ты?

«Твоя защитница — крестная мать, если хочешь. Голос мудрости, передаваемый