Отражение тени - Алексей Белый

Этой ночью Семенов получил желаемое после второго свидания, и мне тоже было хорошо. Рука не болела, а ночь с умелым мужчиной позволила ненадолго забыть об ужасах и получить удовольствие. На следующий день мы отпросились у генерала и провели весь день в кровати.

* * *

Когда я уехала домой, Семенов напросился на аудиенцию к генералу.

– Товарищ генерал, вы пригласили ее именно за этим? – Я показал фотографию трупа изувеченного Моисея.

– Тебе что-то не нравится, капитан? – ответил вопросом на вопрос генерал.

– Ну это немного незаконно, – произнес Семенов.

– А ты бы хотел содержать этого ублюдка в сытости и тепле за свои налоги? – спросил генерал.

– Никак нет! – отозвался Семенов.

– Да, она маньяк, но она маньяк, который жаждет убивать маньяков. Она находит их, как собака зарытую кость, такой талант мы не могли не использовать, поэтому закрываем глаза на ее проделки. Мы приглашаем ее туда, где нам требуется помощь, и она отлично справляется, – улыбаясь, сказал генерал.

– Товарищ генерал, переведите меня, пожалуйста, в Москву или Московскую область, – обратился Семенов к генералу.

– Что, так сильно влюбился? – смеясь, полюбопытствовал генерал.

– Сильно, товарищ генерал, очень сильно, – признался Семенов.

– Свободен, капитан, – произнес генерал, обозначив конец разговора.

* * *

Кто-то постучался ко мне в дверь. Учитывая, что у меня нет друзей и знакомых тоже нет, я очень удивилась.

Я открыла дверь, за ней стоял капитан Виктор Семенов с большим букетом белых роз.

– Семенов? – воскликнула я.

– Теперь я работаю в Москве, и мы можем видеться или встречаться. У тебя же никого нет, даже кошки? Заведи, пожалуйста, меня, Галактика, – попросил Семенов.

– Вон коврик свободный, заводись! – сказала я и поцеловала его в губы.

Я была рада его видеть. В моем мире он оказался самым близким человеком, к тому же хорошим любовником.

Часть вторая. Принцесса, мажор и барон

Настя сидела в популярном ночном клубе, выискивая очередного ухажера из развлекающихся вокруг золотых мальчиков. На ней был парик с прямыми черными волосами, навевающий мысли о египетских царицах, и большие зеркальные очки. Все золотые мальчики одинаково раздражали ее. Сегодня девушка планировала сократить эту свору никчемных людишек еще на одного паразита. Именно паразиты – они прожигали деньги своих родителей, которые те, в большинстве своем, получали незаконным путем: откатами и взятками, – а совсем не честным трудом.

Анастасия работала моделью в одном из многочисленных агентств Москвы, ей не нравилось изображать вешалку для одежды, и мысль о смене работы раньше постоянно посещала ее. Сейчас, когда у Насти появилось новое увлечение, поиски другой работы потеряли актуальность.

Как и следовало ожидать, девушка с таким ярким образом и внешностью не осталась незамеченной, и уже через пятнадцать минут к ней подсел парень в обтягивающей розовой футболке и таких же обтягивающих белых джинсах.

– Как зовут скучающую красавицу? – спросил молодой человек, поглядывая на нее через дорогие и слишком темные для помещения солнцезащитные очки.

– Анжелика, – представилась она только что придуманным именем и протянула ему руку для поцелуя.

Мальчик поцеловал ее ладонь и предложил провести сегодняшний вечер вместе. Анжелика не стала себе отказывать в этом удовольствии и попросила угостить ее чем-нибудь.

Ночью, изрядно подпив, они на дорогом американском спортивном автомобиле поехали в центр города, в квартиру мальчика, которую ему подарили родители, чтобы было где развлечься.

Квартира оказалась шикарной, с дорогим ремонтом, мебелью и аппаратурой. Мажор разлил виски по квадратным стаканам и вышел в туалет.

Настя, она же сегодня Анжелика, не теряла времени и накапала в стакан парня сильное снотворное. Вернувшись, мальчик отпил несколько глотков виски и, сам того не заметив, отключился.

Анжелика, достав платок из сумочки, аккуратно стерла свои отпечатки пальцев со всех вещей, к которым прикасалась, и надела на руки тонкие резиновые медицинские перчатки. Сняв одежду и аккуратно сложив, девушка убрала ее в пластиковый пакет с зип-застежкой, после чего взяла в руки чугунную полуметровую статуэтку Венеры Милосской, на которую давно смотрела, и, подойдя к спящему мальчику, двумя руками обхватила металлическую статую, подняла ее над собой и с размаху опустила на голову парню. Его череп не выдержал и уже с первого удара проломился, оставив глубокую вмятину на голове. Анжелика опять занесла статуэтку над головой и с силой ударила второй раз; голова золотого мальчика лопнула, как перезревший арбуз, забрызгав все кровью, мозговой жидкостью и самими мозгами. Нагое тело Анжелики покрылось множеством красных и черных капелек, брызнувших из головы жертвы. Она ударила снова, разлетавшиеся капли стали крупнее и теперь стекали с нее, оставляя следы. Она ударила еще несколько раз, прежде чем пойти отмываться в душ, после чего оделась и покинула квартиру.

* * *

Я уже неделю отдыхала в Крыму, когда позвонил Семенов. Мы сделали перерыв в отношениях и не встречались уже три месяца. Его звонок удивил меня.

– Привет, неужто соскучился? – спросила я.

– Привет, не хочу тебя расстраивать, но, похоже, нам придется работать вместе, – ответил он.

– Ну хоть капельку скучал? – продолжила допытываться я.

– Гала, прилетай в Москву, для тебя есть работа, – произнес он и положил трубку.

В том, что мы не встречаемся, вина была только моя. Когда я готовилась к защите докторской диссертации, выгнала Семенова и перестала отвечать на его звонки, отправив сообщение, что хочу сделать перерыв в отношениях. Я никак не пыталась связаться с ним все это время. Теперь я имела ученую степень, преподавала психологию в университете и была одним из самых дорогих практикующих психологов Москвы. В свободное время писала научные статьи в академические журналы, стремясь получить звание профессора. На личную жизнь у меня совсем не оставалось времени.

Работа со Следственным комитетом стала для меня хорошей практикой, я никогда не отказывалась от их предложений, к тому же они дорого платили за мои услуги.

Спустившись в холл гостиницы, я попросила администратора заказать мне билеты в Москву, а сама отправилась понежиться на солнце крымского пляжа.

На следующий день я уже была в Москве. Августовская жара в каменных джунглях заставляла минимизировать количество одежды. Надев открытые туфли, короткую юбку и рубашку, на которой не застегнула две верхние пуговицы, я прибыла в Следственный комитет на оперативное совещание.

Ночью я ознакомилась с уголовными делами, которых за неполные две недели было открыто уже пять. Кто-то охотился на представителей так называемой золотой молодежи, детей-бездельников богатых и влиятельных