Отражение тени - Алексей Белый

Закончил Тим свою серию ударом в лицо Насти, нокаутировав ее. Теперь тело девушки болталось на крюке как тряпка. Парень, не обращая внимания на ее бессознательное состояние, сделал еще несколько ударов, пока не раздался хруст ребер. Он снял одну перчатку и попытался нащупать пульс, после того как не смог найти его, другой рукой в перчатке сильно ударил Насте в лицо так, что ее голова откинулась назад и, отпружинив от поднятых рук, повисла лицом вниз. Подняв тело вверх, Тим снял Настю с крюка и бросил на пол. Теперь ему предстояло упаковать тело в пластиковый мешок и вывезти на оборудованное им кладбище в лесу, где уже были захоронены десять человек. Для начала он решил принять душ и сменить одежду.

Сердце Насти действительно остановилось, не выдержав избиений, вот только когда Тим бросил девушку на пол, случайно запустил сердце вновь.

Анастасия очнулась на холодном полу, голова жутко гудела и кружилась, глаза опухли, и через маленькие щелки, залитые слезами, было тяжело рассмотреть, что творится вокруг. Вдыхать воздух стало трудно и больно из-за сломанных ребер, а опухший нос забился засохшей кровью. Она чувствовала, что внутри живота происходит что-то страшное, будто ее внутренние органы перемолоты в фарш, где каждый маленький кусочек болел своей отдельной болью.

Настя попыталась встать на ноги и оглядеться, она была в том же подвале, переделанном в тренажерный зал. Кроме нее, здесь никого не было, но она знала, что Тим скоро вернется. Она сорвала пластырь с губ и вдохнула воздух, который вместо облегчения принес резкую боль в грудной клетке.

Заметив подставку с гантелями, штангами и гирями, Настя осторожно сняла с нее тяжелый гриф. Взяв его двумя руками за один край, как бейсбольную биту, она встала у двери, приготовившись с размаху врезать Тиму, когда тот вернется. Второй край грифа она опустила на пол, ожидая в боевой стойке своего обидчика.

Тим, приняв душ и надев спортивный костюм, достал из шкафа пластиковый пакет для трупов, пачку которых приобрел на маркетплейсе, и стал спускаться в свой тренажерный зал. Ему нужно было убрать остатки боксерской груши, которая в этот раз оказалась совсем хлипкой и подохла в течение короткой десятиминутной тренировки.

Удар грифом по лицу стал для Тима полной неожиданностью. Удар вышел сильным: ноги парня подлетели вверх, обе кроссовки, соскочив с ног, врезались в потолок. Сам Тим отлетел в коридор, ведущий в зал. Настя взяла с подставки пятикилограммовую чугунную гантель и, выйдя в коридор, приступила к своему мщению, забрызгивая коридор кровью и мозгами Тима. Когда ее руки от усталости уже не могли поднимать снаряд, от головы парня осталась жижа, похожая на пролитый борщ.

Настя попыталась вытереть за собой отпечатки пальцев с тех предметов, к которым прикасалась, но только истоптала весь дом кровавыми следами босых ног. Бросив бесполезное занятие по уничтожению своих следов, девушка смыла кровь в душе и нацепила одежду Тима, сложив свою, окровавленную, в пакет.

Насте было плохо и больно, ее дважды стошнило кровью в доме Тима, голова сильно кружилась, она понимала, что, помимо сломанных ребер, есть и повреждения внутренних органов. Ей срочно нужно в больницу, или смерть.

Ключей от наручников она так и не нашла, поэтому ходила закованная, зато ключ от машины лежал в прихожей на полке. Забравшись в тачку, девушка завела ее. Настя смогла добраться до ближайшего пункта скорой помощи, где, бросив машину на стоянке, из последних сил дошла до приемного отделения и упала там на пол без сознания.

* * *

Телефон разбудил меня в шесть утра, это был Семенов.

– Алло? – спросила я.

– Гала, у нас еще один труп, очень похоже, что это твоя подопечная, – произнес Семенов.

– Здравствуй, Виктор, заедешь за мной? – уточнила я.

– Я уже внизу, – спокойно ответил он.

– Поднимайся, я без кофе все равно никуда не поеду, – сказала я и положила трубку.

Пока мы пили кофе, Семенов вкратце ввел меня в суть дела. Друзья мажора заехали к нему в гости и обнаружили его тело без головы, вернее с головой, но размазанной по полу. Эксперты работают на месте и уже нашли кровь, не принадлежащую убитому.

Мы прибыли к шикарному дому в подмосковной деревне, где уже стояло несколько машин полиции и Следственного комитета.

– А где автомобиль хозяина? В такой глуши богатый человек просто не может обойтись без машины, – спросила я Семенова.

Выйдя из своего внедорожника, он тут же связался с майором Павловым и попросил узнать о машине хозяина и объявить ее в розыск.

Внутри дома весь пол был истоптан уже засохшими кровавыми женскими следами. Эксперты показали нам найденную в шкафу полупустую упаковку с пакетами для трупов. Мы спустились в подвал, труп уже увезли на вскрытие и перед входом в спортивный зал был обрисован только его силуэт. В зале работал эксперт, собирая мазки с пола. Он обратился к нам, когда мы вошли:

– Здесь весь пол залит кровью, причем кровью разных людей.

– Чувствую, убитый тоже был психопатом, – поделилась я с Семеновым.

Моя левая рука ныла тупой болью.

– Ты хочешь сказать, что один маньяк напал на другого, а другой маньяк убил напавшего на него маньяка? – закончил мою мысль Семенов.

Его формулировка насмешила меня, и я улыбнулась майору.

– Именно так: два охотника в азарте поймали друг друга, – подтвердила я.

Мы осмотрели дом и вернулись в управление Следственного комитета ждать результатов экспертизы и розыска автомобиля убитого.

Только после обеда Семенову позвонил майор Павлов. Они нашли машину на стоянке больницы у отделения скорой помощи. Услышав эту новость, я поняла, что нашей девочке сильно досталось, и, сказав Семенову, что меня срочно вызывают в университет, села в такси и отправилась в больницу, рядом с которой обнаружили автомобиль погибшего садиста.

Для облегчения работы по делу мне выдали корочку следователя Следственного комитета, где в графе «звание» было написано «лейтенант», и это была правда – мое высшее медицинское образование автоматически давало звание младшего офицера.

Предъявив свои документы, я прошла к заведующему отделением скорой помощи, который подтвердил мои предположения. Вчера действительно пришла сильно избитая девушка. Врачи сообщили об этом в полицию и прооперировали ее. Как сказал один из хирургов, на ней не было живого места, как будто ее переехал грузовик. После операции они ввели девушку в искусственную кому, чтобы обездвижить и не дать навредить себе еще больше. Сломанные ребра могли повредить органы. Я попросила показать мне пациентку, и мы с заведующим спустились на второй этаж, где находилась реанимация. В