Черный жемчуг - Захар Бюзил оглы Абрамов

я все понимаю. Знаю, ты ничего не забыла. Виноват я, допустил хамство. Не умел, не способен был по-людски выражать чувство. Ну, посадили меня. Ведь казненного вновь не казнят. Кто старое помянет, тому глаз вон. Столько лет прошло… Ты — добрая, знаю не выгонишь, потому и пришел. — Он поднял голову, глянул исподлобья. — Ты же любила меня…

Эра слушала Яшку и постепенно восстанавливала в памяти тот злополучный день. Она понимала, что не от хорошей жизни Яков к ней явился и неспроста такой он словоохотливый. Искренностью старается расположить. В уголках рта что-то жалкое. А можно ли ему верить?

Она устало опустилась на диван. Настроение было испорчено. Яшка уселся напротив, на стуле.

— Я сейчас живу в Ростове, — заговорил он уже бодрее, — десятником на стройке работаю. Обеспечен. Квартирка есть. А срок мой пересмотрели, вкалывал за троих. Освободили досрочно. Все время тебя помнил, все время. Хочу, чтобы ты уехала со мной.

— Для чего?

— Как для чего? Разве у тебя здесь жизнь? Так себе, существование. Факт. Сама виновата. Не надо было собственное счастье ломать.

— Счастье? Жизнь с тобой — счастье?

— Ладно. Дураком я был. Теперь другое будет, увидишь!

Мысль о том, что осужденный на восемь лет Яшка через три года преспокойненько обосновался в Ростове, встревожила ее. Она невольно вспомнила об Акперове. Как ему сообщить? Может быть, этот человек снова что-то замышляет. Как же дать знать майору? «Султан», она в этом уверена, никогда еще не говорил правды, никогда!

— Давай-а, Эрочка, выпьем за дружбу. Пусть эта сделка будет без убытка. Сама понимаешь, человек человеку должен быть другом. Я не пришел с камнем за пазухой. Я за мир. Факт.

«Ого, каких слов набрался. Мягко стелешь, Яша», — подумала она.

— Ну что ж, мир так мир! — ответила, наконец, она без особого энтузиазма. — Возможно, ты прав. Может и вправду понял, какую гадость со мной сотворил…

— Спасибо, дорогая. Спасибочки.

Простота и незлобивость Эры усыпили его бдительность. Яшка успокоился. «Есть где бросить якорь, а потом видно будет», — размышлял он про себя.

Эра встала, подошла к шифоньеру и велела ему отвернуться. Одела халатик, накрыла на стол, сели друг против друга. Яшка наполнил стопки.

— За добрую встречу! — поднял он стопку. — Пусть все всегда будет в ажуре. Поверь, глупостей я не повторю. Перерос. Уже тридцать два стукнуло мне. Надоело бродяжить. Бабка Ануш сказала мне, что в жизни твоей перемен нету.

— Перемен нет, а неприятностей полно.

— Что такое?

— Три дня назад у нашего дома убили офицера милиции.

— Фу, черт! Чья ж это работа? Мерзавцы! — проговорил он гневно. — Постой, а ты здесь причем, а?

— Он был… Такой человек… Махмудова помнишь?

— Н-нет. Кто это?

— Уполномоченный, который…

— Ах, вот ты о ком? Тот самый, что меня тогда… Все равно, жаль человека. Ну, царство ему небесное этому… Махмудову, — качая головой, сказал он.

Эра пристально смотрела на него. Не поймешь, то ли действительно жалеет, то ли притворяется.

— Выпьем, Эра?

— Что ж, выпьем. Будь здоров, Яков.

Он залпом осушил бокал и тут же, видимо, для храбрости налил снова. Эра только пригубила свою рюмку.

— Знаешь, когда шел к тебе, слова подбирал. Думал, зачем иду? Знаю, радости тебе мало. А вот пришел. Факт. Там… Далеко… Как прижмет меня, все о тебе думаю. Вроде сдвигается что-то внутри. Может попробуем вместе, а?

— А если не соглашусь? Ну что мы будем делать вместе?

Яшка промолчал, насупился. Беспокойно задвигались под столом руки. Тяжело зашевелились за узковатым лбом непривычные мысли.

Он выпил еще стопку.

— Ладно. Поговорили, значит. Чего-то устал я, отдохнуть бы немного, а потом… Найдем общий язык.

— Пожалуйста. — Эра была рада. Кажется, успокоился, ничего не заметил. Он, Яшка, высокого мнения о себе. Пусть думает, что она забыла, простила… И все «будет в ажуре». Она ему покажет «ажур». Только б добежать до Акперова.

Яков скинул ботинки, развалился на диване.

— Ты никуда не уходи. Я чуток подремлю и мы в киношку сходим. Как раньше. Хорошо?

— Куда мне идти? Вот только со стола уберу.

Она собрала посуду на поднос и вышла из комнаты. Ногой прикрыла дверь. Раковина находилась рядом. Опустив в нее поднос, Эра отвернула кран.

Яков услышал журчанье воды и, думая, что Эра действительно занята хозяйством, прикрыл глаза: его одолела дремота.

Потуже запахнув халатик, Эра, как была в шлепанцах, выскочила на улицу…

Акперов уже собирался пойти домой, как дверь в кабинет распахнулась настежь. Эра, прислонившись к стене, перевела дух и прикрыла глаза. Изумленный Акперов осторожно взял девушку за локоть, повел к дивану и усадил.

— Что случилось?

— Простите… Он здесь, в моей комнате. Умоляю вас, не теряйте времени. Скроется, уйдет. — Она говорила отрывисто, путано.

— Кто? Объясните, в какой комнате?

— Яшка… «Султан»!

— Да вы что? Яшка?

— У меня! — она широко открыла глаза. — Понимаете, у меня! Быстрей! Умоляю вас… — Она судорожно схватила его за руку.

Акперов понял все. Значит, он здесь. Майор бросился к столу, поднял трубку, спросил дежурного — есть ли кто в отделении из оперативников. Дежурный ответил, что никого нет. Акперов приказал подготовить мотоцикл. Дорога была каждая минута. Он достал из сейфа пистолет и, поставив его на предохранитель, опустил в карман пиджака.

Они сбежали вниз. У подъезда уже трещал мотоцикл. Эра забралась в люльку. Акперов вскочил на «козлик» и тронул плечо старшины-водителя.

Мчались так, что Эра дрожала от страха. К ее двору подъехали, сбавив скорость, почти бесшумно. Акперов кинулся к темному провалу ворот вслед за Эрой, но тотчас услышал крик старшины:

— Берегись, начальник!

Все остальное произошло мгновенно. Акперов остановился, выхватил из кармана пистолет и, закрыв собой Эру, выстрелил в высунувшегося из-за угла человека. Но тот на какую-то долю секунды успел опередить его… Заур с трудом сделал несколько шагов. Нога стала неметь, наливаться жгучей тяжестью. Прислонившись к стене, Заур крикнул подбежавшему старшине:

— Тревога! «Султана» взять живьем! Звони в райотдел…

В руках старшины вспыхнул фонарик. Заур заметил, как расширились, наполнились ужасом зрачки Гончаровой.

— Боже, этот бандит ранил вас?

— Чепуха! Где здесь ближайший телефон? Бегом.

Эра стремглав вбежала во двор. Акперов ладонью зажал рану, из которой обильно шла кровь.

Да, дорого обошлась Акперову его опрометчивость. Он явно недооценил быстроту реакции Яшки «Султана» и вот результат. Теперь Акперов понял, что Тер-Теров не зря с самого начала не выходил из его головы. Теперь-то версия об участии Тер-Терова в убийстве Чингиза Махмудова обретала убедительную окраску. Только бы старшина догнал его, только бы он не успел скрыться!

Выстрелы, неожиданно раздавшиеся в городе, привлекли внимание.