Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— И больше ничего? — спросил Юханссон.

— Как я уже говорил, на мой взгляд, Стаффан Леандер Нильссон явно нечист на руку. Он числится владельцем трех небольших предприятий. «Холдинга Стаффана Леандера», который, в свою очередь, владеет фирмами «Леандер Таи-инвест» и «Недвижимость и отели Стаффана Нильссона».

— За ними стоят какие-то реальные деньги?

— Нет, если верить Гунсан. Никаких настоящих денег, главным образом воздух. У твоего брата Эверта вряд ли слюни потекли бы при мысли о них. Все они зарегистрированы по домашнему адресу Нильссона, и он же указан в качестве адреса офисов. Помимо Нильссона, единственного имеющего право подписи, в правление фирм входят еще два человека. По мнению Гунсан, речь, скорее всего, идет о представителях бухгалтерских фирм, кому он доверяет. Это вызывает определенные вопросы, но едва ли незаконно.

— У него самого есть какие-то деньги? Сколько он зарабатывает?

— Меньше, чем ты, Ларс. Значительно меньше, — сказал Ярнебринг и ухмыльнулся. — По сравнению с тобой, не говоря уже о твоем брате, он беден как церковная крыса. Несколько сотен тысяч в год, если верить его декларациям. Источником части его доходов вообще является пенсионная страховка, которую его мамочка оформила пятьдесят лет назад. Ее сын значится там в качестве единственного получателя.

«Она оформила страховку, когда умер ее отец, торговец мясом, — подумал Юханссон. — Вера Нильссон, порядочная, трудолюбивая, честная, добрая женщина, чей сын стал детоубийцей».

— Благодаря процентам за все время набежала приличная сумма. Он получает больше пятидесяти тысяч в год только по страховке. И так будет продолжаться до его смерти, если я правильно понял.

— Но подожди, — прервал его Юханссон. — Такие выплаты начинаются только после пятидесяти пяти.

— В его случае причина, возможно, в том, что в прошлом году он вышел на пенсию по инвалидности. Хлыстовая травма. Попал под машину на перекрестке на площади Гуллмарсплан. Страховщикам виновника наезда пришлось прилично раскошелиться.

— Это все? — спросил Юханссон.

«Хлыстовая травма… Хорошего мало. Интересно, сколько он снял со страховой фирмы?»

— Да, по большому счету. Возможно, я что-то забыл. В таком случае ты найдешь это в папке Гунсан.

— Я тебя услышал, — сказал Юханссон. — Педофил, сексуальный садист, детоубийца, все еще активен…

При мысли о том, что сам Юханссон всю свою жизнь охотился и стрелял невинных животных, наверное, не случилось бы ничего страшного, если бы он лишний раз немного испачкал руки кровью.

«Сейчас он снова выглядит таким образом, словно находится в другом измерении», — подумал Ярнебринг.

— Что скажешь, Ларс? — спросил он. — Может, прокатимся вечерком и последим за этим типом?

— Да, давай прокатимся, — согласился Юханссон.

«Сначала мне надо взглянуть на него, потом поговорить с ним. Затем я должен что-то предпринять», — подумал он.

74

Вечер понедельника 9 августа 2010 года

Когда Пия пришла домой из банка, ее муж, его лучший друг и их новый помощник Макс стояли в прихожей. Уже готовые к отъезду.

— Мальчики собрались прогуляться и немного пошалить, — констатировала она. — Не забудьте пакеты с едой и термосы. Надеюсь, вы тепло оделись. На улице всего тринадцать градусов, и я не хочу, чтобы Ларс простудился.

— Береги себя, любимая, — улыбнулся ей Юханссон. — Не волнуйся за меня.

Ярнебринг принялся отдавать приказы, как только они вышли из подъезда и еще не успели сесть в автомобиль.

— Макс, ты поведешь, — сказал он. — Ты, Ларс, сядешь спереди, а я на заднее сиденье. Так будет легче, если мне понадобится фотографировать в разных ракурсах. Вопросы есть?

— Никак нет! — отчеканил Макс.

— Никак нет! — повторил за ним Юханссон.

— По местам, — скомандовал Ярнебринг с суровой миной. — И побыстрее, черт побери.

— И как ты все это себе представляешь? — спросил Юханссон.

«Интересно, можно ли получить бутерброд? У меня уже сосет под ложечкой».

— Мы начинаем как обычно, — сказал Ярнебринг и ухмыльнулся. — Позвоним домой этому идиоту.

— Ты или я? — спросил Юханссон.

«Бутерброда явно не дождешься».

Ярнебринг покачал головой, взял мобильник и набрал номер Стаффана Леандера Нильссона, проживавшего на бульваре Густава Третьего во Фрёсунде.

Стаффан Леандер Нильссон ответил на третьем сигнале. Затем последовал бестолковый двухминутный разговор, который он прервал, положив трубку.

— Слушаю, — сказал Стаффан Нильссон. Спокойным голосом, как и ожидалось от него.

— Эй, привет, Стаффан, — произнес Ярнебринг на сконский манер. — Это Ларри. Как дела, Стаффан? Надеюсь, у тебя все нормально.

— Извини, кто ты? — спросил Нильссон, на сей раз уже настороженно.

— Ларри, Ларри Йёнссон. Мы виделись, когда ты был в нашем отделении Лантманнена в Энгельхольме. Я обещал позвонить, если буду в твоих краях. Сейчас мы с женой оказались в Стокгольме, вот я и подумал…

— Боюсь, ты позвонил не туда, — произнес Нильссон спокойно. — Просто ошибся номером.

— Ошибся номером? Я разве попал не к Стаффану Нильссону из Сольны? Ты же работаешь в сервисном центре? В Билиа Нага Норра, разве не так? Я — Ларри, Ларри Йёнссон. Мы виделись у меня весной…

— Ты ошибся номером, — повторил Стаффан Нильссон. — Меня зовут Стаффан Леандер Нильссон. И боюсь, мы никогда не встречались, — добавил он, судя по тону, уже считая Ларри Йёнссона полным идиотом.

— Ничего себе. Но я вот что хотел спросить…

— Прошу меня извинить, — перебил его Стаффан Нильссон, — но я спешу. Должен поужинать с одним знакомым, надеюсь, ты понимаешь.

И он положил трубку.

— Черт, — буркнул Макс и улыбнулся восторженно.

— Ларри — это старая классика, — объяснил Ярнебринг. — Когда мы с Ларсом работали по проституткам в семидесятые, меня обычно просили позвонить девицам и узнать их цены и какие услуги они могут предложить.

— И это работало, — сказал Макс и покачал головой.

— Во всяком случае, сейчас уж точно сработало, — констатировал Ярнебринг и показал на Стаффана Нильссона, который вышел из подъезда своего дома, находившегося в ста метрах от них вверх по улице, и взял курс на близлежащую пиццерию. — И он не соврал, — добавил Ярнебринг, когда Нильссон полминуты спустя вошел в свое любимое заведение, поздоровался с владельцем и сел на стул у барной стойки. — Сейчас мы ждем. Слежка состоит главным образом в том, чтобы сидеть и ждать.

«Точно как на охоте, — подумал Юханссон. — Охота — по сути дела ожидание. Ожидание того, что почти никогда не случается, но все равно теоретически может произойти».

— Точно как на охоте, — произнес Макс.

«Ничего себе! Этому он в любом случае научился не в детском доме».

— Так, значит, тебе это известно, — сказал он. — Эверт научил тебя?

— У меня это в крови. — Макс пожал плечами. — Хотя Эверт обычно берет меня с собой, если говорить о лосе, зайце и тому подобном. Лесной птице.

— И ты хорош? В