Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

конце концов не превратился в маменькиного сынка. Возьмем другой пример — твоего лучшего друга. Ему также никогда не приходилось ныть. От него требовалось успевать удовлетворить всех женщин, жаждавших его, в этом состояла его проблема.

— Я тебя услышал, — буркнул Юханссон. — Но если говорить о том, что случилось с Жасмин, в подобную ситуацию тебе никогда не приходилось попадать?

— Извращенцы? — Матильда пожала плечами. — Таких пруд пруди. Мужики, которые трутся о тебя в толпе, сопляки, мастурбирующие на автобусной остановке. В первый раз это произошло в детском саду, когда мне было пять. Такой цирк начался. Воспитательницы, родители, полицейские. Казалось, представление никогда не кончится. Для меня и моей подруги это было ужасно неприятно. И чертовски интересно.

— Ага, — буркнул Юханссон. «О чем, черт возьми, она говорит?»

— Что касается Жасмин… — продолжила Матильда. — И это действительно должно остаться между нами…

— Само собой, — заверил ее Юханссон. — Тебе не о чем беспокоиться.

— Хорошо, — сказала Матильда. — Я верю тебе. Моя матушка всегда была немного чокнутой, постоянно приводила новых мужиков. Наша семья, когда я росла, состояла из моей старшей сестры, родившейся на три года раньше меня, матери и всех ее новых мужчин, появлявшихся в нашем доме и исчезавших.

— Хорошего мало, — проворчал Юханссон.

— Да, так себе. — Матильда пожала плечами. — Они все вроде были вполне нормальные, а матушка чувствовала себя хорошо. Она постоянно безумно влюблялась, а когда все заканчивалось, впадала в глубокую депрессию, и приходило время для нового парня. Однажды она чуть с ума не сошла, когда один из них переспал с моей сестрой.

— Сколько тебе было тогда?

— Наверное, десять, сестре тринадцать. Все случилось летом. Мы отдыхали на каникулах, мать трудилась хожалочкой, ее новый мужчина сидел без работы и жил у нас дома.

— Хожалочкой? Что это такое?

— Санитаркой, — объяснила Матильда. — Много дежурств и так далее. Короче, тем летом, значит, матушкин мужик переспал с сестрицей. Ей было тринадцать, ему, наверное, под тридцать. Мы с ней делили одну комнату, поэтому приходилось притворяться спящей.

— Ей было тринадцать, — повторил Юханссон.

«Развращение несовершеннолетней, — подумал он. — Хотя какое это имеет отношение к делу?»

— Да, но у нее уже выросла растительность между ног и налились груди, настоящие, упругие. Немного трудно поверить, пожалуй, глядя на меня, но так оно и было. Кроме того, она влюбилась в мамашиного парня. Я его не интересовала. Обрати он на меня внимание, сестрица не простила бы, убила, пожалуй. Однажды он стащил одеяло, посмотрел на меня. Сказал, что сначала я должна подрасти. По-моему, он был вполне порядочный. Никакого насилия и тому подобного. Выпивал, покуривал иногда, но и мухи не обидел.

— И что было дальше? — спросил Юханссон.

— Мать застала их на месте преступления. Голыми. Взбесилась, хуже не придумаешь, выгнала мужика, выкинула его вещи с балкона, набросилась на сестру и на меня тоже. Почему, мол, я ничего ей не сказала.

— Она заявила на него?

— Нет. — Матильда покачала головой. — Она купила горящие путевки. Мы поехали в Грецию. Там матушка встретила нового парня. Сестрица тоже. Мать и сестра снова стали подругами. Прошла всего неделя. Они очень похожи, по отношению к мужикам, я имею в виду.

— А чем ты занималась? — спросил Юханссон. — В то лето в Греции?

— Не помню, — сказала Матильда. — Никаких парней в любом случае. Я ведь была маленькой. Плескалась, наверное, в бассейне с другими детьми.

— И подобное обычно среди молодежи твоего поколения?

— Шеф, тебе самое время прозреть. Дети окраин, поколение восьмидесятых, какие к черту счастливые семьи. Когда я заканчивала среднюю школу, у нас в классе из тридцати с лишним учеников только трое жили с обоими родителями. Уж точно никаких двухэтажных квартир в центре города и полных карманов денег. Мы, шеф, люди с разных планет.

— Я тебя услышал, — сказал Юханссон и вспомнил о своих собственных детях и внуках.

«Это их не касается, — подумал он. — Они живут на той же планете, что и я».

73

Вторая половина понедельника 9 августа 2010 года

После обеда появился Ярнебринг и доложил о своих успехах. А для начала передал Юханссону пачку свежих снимков Стаффана Леандера Нильссона.

— Где ты их взял? — спросил Юханссон с подозрением.

— Не беспокойся. — Ярнебринг ухмыльнулся. — Я сделал их сам. Воспользовался случаем и вчера проследил за этим идиотом. Сначала утром, а потом еще и вечером. Есть там одна пиццерия через улицу от дома, где он живет. Похоже, его любимое заведение. Я поболтал немного с владельцем. Нильссон явно имеет привычку бывать там несколько раз в неделю.

— Ты, значит, немного поболтал с владельцем. Всего чуть-чуть, — проворчал Юханссон, перебирая фотографии.

Стаффан Леандер Нильссон выглядел совершенно обычным мужчиной. Даже приятным. И моложе своих пятидесяти лет. Ростом немного ниже среднего, нормального телосложения, ни худой и ни полный, коротко подстриженные светлые волосы с сединой на висках, правильные черты лица. Хорошо, но просто одет, джинсы, красная рубашка поло, синий летний пиджак.

«А что ты, собственно, ожидал увидеть, — подумал он. — Черную накидку и клыки, как у вампира?»

— Всего лишь самую малость, — сказал Ярнебринг. — У меня голова еще работает, если это тебя интересует. Хозяин заведения — добрый и приличный турок. Когда Нильссон выходил, я входил. Подумал, дай попробую стащить бокал, из которого он пил, но не успел. Мне кажется, он не курит и не жует табак. Двум пенсионерам, пожалуй, понадобится время, чтобы получить ДНК этого господина. Поэтому я воспользовался случаем и перебросился парой слов с владельцем. Впихнул в себя кружку пива. Утверждал, что никак не могу вспомнить его гостя, попавшегося мне навстречу. Вроде бы мы работали вместе в транспортной фирме.

— И что поведал турок? — поинтересовался Юханссон.

— Немного. Мужчину зовут Стаффан Нильссон, он постоянный посетитель, хороший парень, всегда спокоен и опрятен. Сказал, что я наверняка ошибся относительно грузоперевозок. Если верить ему, Нильссон трудится агентом по недвижимости. Квартиры, дома, отели в Таиланде. У него похожий туристский проект на севере в Оре. Есть связи. Помог его младшему брату приобрести жилье в Сольне. Не бесплатно, как я понял, но не наглел. Короче, хороший человек.

— Совершенно обычный приличный швед, — констатировал Юханссон. — Никак не слюнявый взрослый ребенок, уж точно не любитель сесть за руль в нетрезвом виде и склонный к насилию сексуальный извращенец, даже не жирный лысый и туповатый шофер-дальнобойщик, говорящий на диалекте Даларны.

— Точно, — согласился Ярнебринг. — Самый обычный швед среднего возраста.

— У тебя есть еще что-нибудь?

— Само собой, — ответил Ярнебринг и протянул значительно более толстую пачку, чем та, которая содержала только фотографии.

— Ты