Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

Тут голос Тань Яли дрогнул, на лице ее отразилась грусть. Тань Юн обнял дочь за плечи:

– Теперь я понял. Давай сообщи учителю, что поедешь в Гарвард вместе с Сунь Хуэем.

– Но ведь еще нужно сдать экзамены, это не так просто… Правда? – Тань Яли вспыхнула от радости, но тут же вспомнила о практической стороне. – Но как же деньги?

– Я что-нибудь придумаю. Не переживай об этом.

Тань Яли, растроганная, обняла отца. В этот момент из комнаты вышла Доу Хуэй. Она подслушала разговор дочери с отцом, пока переодевалась. Немного помедлив, она предостерегла мужа:

– Лао Тань, хорошенько подумай. Взять кредит больше чем на миллион – это не шутки.

– Не нужно брать сразу всю сумму. Соберем на первый год, а там видно будет.

– Ты прав, но все же…

Тань Яли была уже достаточно взрослой, чтобы заметить беспокойство родителей, поэтому она осторожно предложила:

– Может, пока отложим принятие решения? В конце концов, у нас есть целый месяц, чтобы дать ответ учителю.

– Яли… – Тань Юн открыл рот, но слова застряли в горле.

– Пап, мам, я правда очень хочу поехать в Гарвард, но не позволю, чтобы вы из-за этого погрязли в долгах. Я не могу быть такой эгоисткой.

Тань Юн посмотрел на свою рассудительную дочь, и у него выступили слезы.

– Давайте действительно позже об этом подумаем, – перевела тему Доу Хуэй. – Куда пойдем ужинать?

– В тайский ресторан! – Тань Юн встал, крепко сжимая руку дочери. – Пошли!

Глава шестая. Завещание

1

Траурная церемония была обречена стать мрачной и необычной. Причин тому имелось несколько: Гун Ямэй умерла насильственной смертью, а не естественной; среди присутствующих не было ни одного родственника, набралось меньше тридцати человек (включая сотрудников дома престарелых и нескольких пожилых постояльцев). Вдобавок – среди этих людей мог находиться ее убийца…

Присутствовали все члены «Большой семьи». Облачившись в черную или просто неброскую одежду, они пришли проводить Гун Ямэй в последний путь. Церемонию максимально упростили и назначили на десять утра. К девяти сорока собрались почти все – кроме одного человека: адвоката Фэн Чжэна, который, по словам Ли Биня, обещал посетить похороны.

– Лао Тань, – спросила Ли Сюэли, – а этот адвокат Фэн так и не объявился?

– Ли Бинь дал мне его номер, но все мои звонки переключаются на автоответчик, – ответил Тань Юн.

– Будем ждать?

Тань Юн задумался.

– Максимум до половины одиннадцатого. Если он не появится или не выйдет на связь – начнем без него.

Ближе к половине одиннадцатого Тань Юн в последний раз попытался дозвониться Фэн Чжэну, но телефон по-прежнему был выключен. Он сообщил распорядителю церемонии, что можно начинать.

Под руководством ведущего собравшиеся провели ряд траурных ритуалов: звучала погребальная музыка, объявлялась минута молчания, возлагались венки. Для произнесения прощальной речи единогласно выбрали Ли Сюэли – создательницу «Большой семьи».

С заранее подготовленным текстом в руках она обратилась к присутствующим. Голосом, полным неподдельных эмоций, она поведала историю знакомства с Гун Ямэй и вспомнила светлые моменты, проведенные вместе с ней за прошедший год. Когда дошло до самых трогательных воспоминаний, Ли Сюэли не смогла сдержаться и заплакала. Остальные тоже прослезились.

После завершения последнего ритуала тело Гун Ямэй отправили в крематорий.

Собравшиеся остались ждать в зале. В двадцать минут двенадцатого в помещение поспешно вошел средних лет мужчина в черном костюме, с чемоданом на колесиках. Когда он узнал, что опоздал на церемонию, то неподдельно расстроился.

Тань Юн подошел к нему:

– Вы тот самый адвокат Фэн Чжэн, с которым говорил Ли Бинь? Друг Гун Ямэй?

– Да, это я.

– Я Тань Юн, следователь из уголовного отдела полиции города Лиши.

– Здравствуйте, следователь Тань, – пожал ему руку Фэн Чжэн; его голос звучал подавленно. – У меня был билет на шесть утра, я должен был прилететь к восьми. Но самолет задержали, и я упустил возможность попрощаться с сестрицей Ямэй.

Тань Юн ободряюще похлопал его по плечу:

– Знаете, вы единственный из старых знакомых, чей номер был в телефоне Гун Ямэй.

Фэн Чжэн замер, но затем кивнул без особого удивления. Он явно знал о прошлом Гун Ямэй.

Именно это хотел выяснить Тань Юн.

– Вы знаете, почему Гун Ямэй сменила номер и оборвала все связи с прежними друзьями и родственниками?

– В общих чертах – да. Вы ведь слышали, что сестрица Ямэй раньше была предпринимательницей? Пока у нее водились деньги, все родственники и друзья крутились вокруг, льстили и заискивали. Некоторые даже вложились в ее компанию, надеясь получить свою долю. Но когда у компании возникли трудности, они тут же переметнулись. Вместо поддержки стали требовать назад свои вложения, что только усугубило кризис и ускорило крах бизнеса. Думаю, потому сестрица Ямэй ожесточилась и разорвала все отношения с этими людьми.

– А ее семья? Я имею в виду ближайших родственников – мужа, сына. Неужели и они поступили так же?

– Насколько я знаю, муж, точнее, бывший муж был первым, кто добил Гун Ямэй, когда она оказалась в беде.

– Что? Как так?

– Говорят, у него давно была любовница. Он не подавал на развод только потому, что сестрица Ямэй была богата. Когда у компании начались проблемы, ее муж показал свое истинное лицо. Подробностей я не знаю, но в итоге они развелись, и он ушел к той женщине, забрав больше половины совместно нажитого имущества.

– А сын Гун Ямэй?

Фэн Чжэн покачал головой:

– Яблоко от яблони… Видимо, сестрица Ямэй допустила ошибки в его воспитании. Ее сын вырос беспринципным и меркантильным. Когда мальчик понял, что мать лишилась всего, то бросил ее и выбрал жить с более состоятельным отцом – хотя прекрасно знал, что тот приложил к случившемуся свою руку. Представьте: сестрица Ямэй потеряла бизнес, а почти все близкие люди от нее отвернулись. Такой удар выдержит не каждый.

Зал ожидания в морге был небольшим и очень тихим. Су Сяотун, Ли Сюэли и остальные прекрасно слышали слова Фэн Чжэна. Только сейчас они узнали, какие трагические события пришлось пережить Гун Ямэй. Невольно вырвались сочувственные вздохи.

Ли Сюэли не выдержала:

– Но… почему так получилось? Сестрица Ямэй была мягкой, доброжелательной… Такой человек не заслуживает предательства со стороны близких.

Фэн Чжэн задумался.

– Мне не следовало бы говорить такое на ее похоронах… Но вы, наверное, знаете Гун Ямэй уже другой. Раньше она была совершенно иным человеком.

– Правда? Неужели?

– Да, сестрица Ямэй была классической