Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

личные активы. После процедуры банкротства Гун Ямэй распродала акции и ликвидировала компанию, чтобы погасить долги. Что касается ее личного состояния, изначально оно составляло около шестисот миллионов. После развода муж получил – или, точнее, отжал – больше трехсот миллионов. Осталось как раз примерно двести пятьдесят.

– О-го-го… «Худой верблюд все равно больше лошади». Мы столько времени общались с сестрицей Ямэй, а она вела себя так скромно, ни разу не обмолвилась о таких деньгах! – изумленно воскликнула Хань Лэй.

– И при этом играла с нами в маджонг на жалкие монетки… – покачала головой Шэнь Фэнся. – Вот это действительно умела хранить секреты.

– К тому же она играла весьма серьезно. Видно, ее заботили вовсе не победа или поражение, а удовольствие от самого процесса, – заключила Фань Линь.

– Но сестрица Ямэй вовсе не была скрягой, в некоторых вещах она проявляла щедрость. Знаете, на наших общих ужинах алкоголь почти всегда спонсировала она. Мне даже было неловко, и я предлагала повысить ежемесячные взносы, раз все так любят выпить. Но сестрица Ямэй отказывалась: «Не надо, пусть за напитки плачу я». – Ли Сюэли отыскала в памяти эту деталь. – Теперь, когда я вспомнила, то поняла: те напитки и правда были дорогими. Она явно зарабатывала больше нас…

– Господа, пожалуйста, обсудите это позже. Я еще не дочитал завещание, – прервал их Фэн Чжэн.

– Хорошо, продолжайте, – сказал Тань Юн.

– Наследство составляет огромную сумму, и способ его получения довольно необычный. Пожалуйста, слушайте внимательно: доля каждого выплачивается не единовременно.

– Что? – спросил Ван Синсин. – То есть частями?

– Да. Выплаты растянуты на двадцать лет равными долями.

– Так долго? – удивилась Фань Линь. – Почему?

Не дожидаясь ответа Фэн Чжэна, нетерпеливый Ван Синсин уже подсчитал на калькуляторе:

– Если разделить названную сумму на двадцать, получится один миллион триста восемьдесят тысяч в год.

– Да, примерно так, – сказал Фэн Чжэн. – Что касается причины… Гун Ямэй объяснила ее мне.

– И в чем же она состоит? – спросила Фань Линь.

– Вернее будет сказать «они», потому что причины две. Первая – Гун Ямэй учитывала налог на наследство. Если получить сразу более двадцати миллионов, придется заплатить огромный налог. Но если растянуть выплаты на двадцать лет, сумма налога значительно уменьшится. Вторая причина и главная… – Фэн Чжэн сделал паузу, – Гун Ямэй при жизни говорила мне, что ей безумно нравилась теплая, оживленная атмосфера вашей «Большой семьи». Она хотела, чтобы даже после ее смерти вы продолжали жить так же. Тогда, глядя на вас с небес, она будет счастлива. Другими словами, она не желала, чтобы после получения денег вы разбежались кто куда. Поэтому наследство выплачивается в течение двадцати лет с одним условием.

– Каким условием? – спросила Фань Линь.

– Начиная с момента вступления в наследство и все последующие двадцать лет вы обязаны проживать в жилом комплексе «Юэхайвань». Тот, кто съедет раньше срока, автоматически лишится прав на наследство. Следующую выплату распределят между оставшимися.

– Погодите, а как же путешествия? – В голосе Фань Линь прозвучало недоверие. – Или если кому-то нужно навестить родных? Неужели ради наследства мы обязаны двадцать лет не выходить за пределы района?

– Все не настолько строго. В завещании четко указано: достаточно проводить подавляющее большинство времени в году на территории комплекса. Под «подавляющим большинством» подразумевается девяносто процентов.

– Десять процентов от трехсот шестидесяти пяти… – Ван Синсин щелкнул калькулятором. – То есть в год у нас есть тридцать шесть дней на поездки или визиты к родным. Неплохо. Почти как летние каникулы.

– Неужели, чтоб посчитать десять процентов от трехсот шестидесяти пяти, тебе нужен калькулятор? – фыркнул Юань Дун. – Это же тридцать шесть с половиной дней.

– Хе-хе, привык считать на нем.

– А как же я? – спросил Тань Юн. – Я даже не житель «Юэхайваня».

– Верно. Поэтому в завещании особо оговорено: вы, Тань Юн, исключение. Единственный, кто получает наследство без каких-либо условий.

Тань Юн остолбенел, охваченный сложными чувствами.

Тут Юань Дун поднял другой вопрос:

– Если выплаты растянуты на двадцать лет… Что, если кто-то не доживет? В моем случае, увы, это вполне реально. Я не уверен, что БАС подарит мне еще двадцать лет жизни.

– Учитель Юань, не говори так! – взволнованно воскликнула Шэнь Фэнся. – С тобой все будет хорошо.

Он сжал ее руку:

– Я лишь рассматриваю все варианты. Конечно, я надеюсь провести с тобой как можно больше времени. Но если уйду раньше… Можно ли передать мою долю тебе?

– Нет, – твердо ответил Фэн Чжэн. – В такой ситуации доля будет распределена между остальными наследниками – как и при добровольном отказе.

– Значит, мы не можем распоряжаться этими деньгами по своему усмотрению, – произнес Юань Дун.

– Учитель Юань, хватит уже. Вы с Фэнся и так получили по отдельной доле! – вмешалась Хань Лэй. – Су Сяотун и Гу Лэй делят одну на двоих. Чего вам еще надо?

– Для нас и одна доля на двоих – большая удача, – мягко сказала Су Сяотун. – Мы ведь переехали сюда недавно, да и к тому же женаты. А вы с учителем Юанем не расписаны. Думаю, сестрица Ямэй учла это.

– Уже само то, что мы попали в число наследников, неожиданно. – Гу Лэй старался скрыть довольную ухмылку. – Да и одна доля – это немало.

– И правда, даже первая выплата в полтора миллиона – целое состояние. Мои родители в горах за всю жизнь столько не заработали бы, – вздохнула Шэнь Фэнся.

Юань Дун молча кивнул.

– Вот и все основное содержание завещания. – Фэн Чжэн раздал распечатанные копии. – Кстати, даже если со мной что-то случится за эти двадцать лет, исполнение завещания не прервется – наша юридическая фирма продолжит выполнять все обязательства перед вами.

– Адвокат Фэн, раз вы были другом Гун Ямэй, почему она не оставила долю и вам? – поинтересовался Тань Юн.

– Вообще-то, она предлагала, но я отказался. Когда я работал в компании Гун Ямэй, она и так хорошо ко мне относилась. Потом, как частный консультант, я получал щедрые гонорары. Совесть не позволила бы мне принять наследство. Да и включать себя в завещание, будучи юристом, – сомнительно. К тому же за двадцать лет ведения наследственного дела я получу вознаграждение – оно предусмотрено в завещании и будет вычтено из общей суммы, – улыбнулся Фэн Чжэн.

Тань Юн кивнул.

После того как завещание обошло всех по кругу и вернулось к Фэн Чжэну, он сказал:

– Полагаю, никто не собирается отказываться от наследства? Тогда я приступаю к дальнейшим процедурам – нужно провести аудит и конвертацию всех активов Гун Ямэй, как упоминалось ранее. Это займет около месяца, но я постараюсь ускорить процесс. Как только все будет готово, мы переведем первую выплату