Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

совпадением в моей жизни. Отец понятия не имел о моих проблемах. Он сам страдал по той же причине. Но ни один из нас не знал, что мы вместе несем один крест.

— Какие мысли появились у тебя, когда ты встретила меня? — спросил Юханссон.

— Это был спонтанный порыв, — ответила Ульрика Стенхольм. — Я же слышала от моей сестры множество историй о тебе. Не могу сказать, что верила в них. Анна имеет привычку приукрашивать события. И вот ты внезапно оказался у нас… Я почувствовала, будто отец подтолкнул меня обратиться к тебе, хотя он был мертв. Видимо, пути Господни и в самом деле неисповедимы.

Это происходит снова, — подумала я. — Мы причастны к этой трагической истории. Сначала я сама, потом папа. И вот неожиданно появляешься ты…

— Я тебя услышал, — сказал Юханссон.

— Я никогда не лгала тебе, — продолжала Ульрика Стенхольм. — Я и понятия не имела, что речь идет о Маргарете Сагерлиед. Даже не догадывалась, что она жила на одной улице с Йозефом, пусть сама и была там в тот вечер, когда исчезла Жасмин, прежде чем мы поехали за город. Я на такси приехала к нему домой прямо с работы. Потом мы взяли машину Йозефа и отправились в шхеры. Относительно заколки для волос… Да, теперь я поняла, что она принадлежала Жасмин. О том же, что она была на девочке в тот вечер, когда ее убили, я тоже понятия не имела. Если бы не ты, то никогда бы не нашла ее.

— Вот как, — проворчал Юханссон.

«Я верю тебе», — подумал он.

— Клянусь, это чистая правда.

— Но ты ведь позвонила своему бывшему другу Йозефу Саймону? — спросил Юханссон. — Когда это было?

— В тот самый день, когда ты сказал, что знаешь, кто убил Жасмин. Тогда я впервые за двадцать пять лет поговорила с ним.

— Это было глупо с твоей стороны, очень глупо. Лучше бы ты поговорила со мной.

— Извини, — сказала Ульрика Стенхольм. — Извини, я не подумала.

— Позвони ему снова, — приказал Юханссон. — Скажи, пусть он приедет сюда как можно быстрее, я готов поговорить с ним. Сам я не могу никуда поехать в моем нынешнем состоянии.

«У Йозефа Саймона наверняка есть личный самолет», — подумал он.

— Я правильно тебя поняла? — спросила Ульрика Стенхольм. — Ты обещаешь поговорить с ним?

— В понедельник, — сказал Юханссон. — Если он приедет сюда в понедельник, я обещаю с ним встретиться.

Сев в автомобиль, он сразу же позвонил Маттей. Со своего мобильного на ее, и, верная себе, Лиза ответила после первого сигнала.

— Мне необходимо встретиться с тобой. Немедленно, — сообщил Юханссон. — У нас проблема.

— Тогда я предлагаю тебе заехать ко мне на работу, — сказала Маттей. — Я еще здесь.

90

Вечер четверга 19 августа 2010 года

«Только двуглавого орла не хватает над входом», — подумал Ларс Мартин Юханссон, войдя в штаб-квартиру Главного полицейского управления на Кунгсхольмене в Стокгольме. Просторный, выложенный мрамором вестибюль, вооруженная охрана в боксе из пуленепробиваемого стекла, тамбур-шлюз из матовой стали. Охранник, разговаривавший с ним через систему громкой связи, скорее всего, работал здесь еще в его время.

— Я позвонил им, — сказал он. — Они сейчас спустятся и заберут шефа. Надеюсь, у вас все хорошо.

— Просто замечательно, — ответил Юханссон и показал большим пальцем назад, в сторону большой черной «ауди», стоявшей на улице. — Это мой автомобиль и мой водитель, тебе не о чем беспокоиться, — добавил он.

Охранник прикрыл рукой микрофон, открыл стеклянное окошко и обратился к Юханссону напрямую:

— Я же понимаю, так же как все в этом здании, что шеф продолжает работать в безопасности.

* * *

Не прошло и пяти минут, как он опустился на стул для посетителей перед письменным столом Лизы Маттей. Почти таким же большим, как и тот, за которым он сам сидел три года назад.

— Разве ты и малышка не должны уже видеть сны в такое время? — спросил Юханссон и кивнул на ее живот.

— Мы с ней живем по одному графику, — ответила Маттей и улыбнулась. — Как раз сейчас она играет в футбол в маме. А через час мы будем спать.

— Как я уже известил тебя по телефону, боюсь, у нас проблема, — сказал Юханссон. — И, как ни прискорбно, в этом моя вина.

Потом он рассказал всю историю, начиная с того момента, когда Ульрика Стенхольм обратилась к нему. Ничего не утаил, только не назвал имя того, кто убил Жасмин. Даже раскрыл Маттей свой источник информации, о котором не сказал даже лучшему другу. Все, начиная с первого разговора с Ульрикой Стенхольм вплоть до звонка комиссара Херманссона несколько часов назад.

— Поэтому сейчас они захотели получить назад бумаги, — подвел итог Юханссон.

— Ерунда, — сказала Лиза Маттей. — Об этом они могут просто забыть.

— И как мы поступим теперь? — спросил Юханссон.

— Положись на меня, — ответила Маттей. — Тебе ни о чем не надо беспокоиться, Ларс. Я позвоню, как только со всем разберусь.

— Охранник на входе решил, что ты работаешь в СЭПО, — сказал Юханссон, сев в автомобиль.

— Ничего странного, — ответил Макс и пожал плечами. — Мой отец выглядел точно как я, а дед всегда утверждал, что работал на КГБ.

— И чем он там занимался? — поинтересовался Юханссон.

— Был профессиональным убийцей, — сказал Макс. — По словам деда, он был профессиональным убийцей.

— И что ты думал об этом тогда? — поинтересовался Юханссон.

— По мне, это звучало здорово, — ответил Макс. — Хотя понятно, я был мальчишкой.

Когда Юханссон и Макс вошли в квартиру, Пия и Матильда сидели на кухне. Пили белое вино, как он и предложил им.

И как привыкли все девушки, несмотря на разницу в возрасте и доходах.

— По-моему, ты говорил о двух часах. Во всяком случае, так Матильда передала мне, — заметила его супруга Пия и кивнула на часы, висящие на стене.

— Еще и трех не прошло, — сказал Юханссон с виноватой миной и на всякий случай бросил взгляд на свой ручной хронометр.

— Добро пожаловать домой, — сказала Пия. — Ты получишь теплый салат с жареным куриным мясом, авокадо, бобами, помидорами и красным луком. Если верить Тильде, ты вдобавок был умным мальчиком и приберег красное вино с обеда.

— Я люблю тебя, — сказал Юханссон.

— Лишь бы ты остался живым потом, — сказала Пия.

— Само собой, — буркнул Юханссон.

«О какой жизни идет речь? Я не живу больше. Мне надо поговорить с ней», — подумал он.

После ужина он забрал свой кофе и пошел к себе в кабинет, чтобы посидеть в тишине и покое. Пия, Макс и Матильда остались на