Лето в Российской империи - Женя Гравис

Внезапно под нос ему сунули что-то дурнопахнущее. Тихон дернулся, зато в голове прояснилось.

– Вам лучше?

Алексей Федорович, внимательно на него глядя, прятал в карман флакончик с нашатырным спиртом.

– Я ничего не понял, – пожаловался Тихон, – при чем здесь эта чертова яхта и Лидия Тимофеевна?

– «Счастливая» принадлежит Лидии Тимофеевне, вы не знали? Ах да, вы же у нас не проживаете… Лидия Тимофеевна сдает ее в аренду своим постояльцам для морских прогулок. Там, за мысом, есть чудесный дикий пляж, туда и катают. А сегодня она собралась туда сама. Мы все слышали…

Тем временем с яхты спустили трап, и двое матросов понесли на носилках тело, укрытое рогожей. По бокам носилок свисали края мокрого зеленого платья.

В толпе заахали.

У самой подводы носилки покачнулись, и с них свесилась женская рука. Елена Сергеевна вздрогнула и уткнулась в плечо сына. Тихон, стиснув зубы, заставил себя стоять ровно.

Городовые погрузили тело на подводу и повезли прочь от набережной.

Зрители тоже потихоньку стали расходиться, обсуждая увиденное. Ведущей версией случившегося была, по мнению Тихона, самая нелепая: не выдержав позора, брошенная князем Лидия Тимофеевна предпочла покончить с жизнью. Однако публике нравились логичность, очевидность версии и достаточность страстей.

Пока Тихон Петрович собирался с силами, чтобы покинуть набережную, его осторожно тронули за локоть. К удивлению Тихона, это оказался доктор Сосновский.

– Тихон Петрович, уважаемый, вы давеча навещали меня. Простите, не мог вас принять. Готов уделить вам время сегодня. Если желаете, пройдемте в мой кабинет, он недалеко.

Тихон в изумлении уставился на пожилого доктора. Собрав остатки любезности, произнес:

– Спасибо за приглашение! Но, боюсь, мой вопрос уже не важен, не стоит вашего времени.

Но доктор в ответ лишь сильнее сжал его локоть и уверенно повлек за собой:

– И все же я настаиваю, идемте. Нам найдется что обсудить.

Совершенно обескураженный, Тихон позволил себя увести.

Шли они недолго, и всю дорогу доктор болтал о том, как хороша Ялта летом и сколько пользы приносит человеческому здоровью пребывание здесь. Сначала Тихон пытался не слушать, потом начал злиться. Но, когда он уже собирался дать доктору отпор, они подошли к дому доктора, где он жил и принимал пациентов. Буквально втолкнув Тихона внутрь, доктор Сосновский плотно закрыл дверь и сказал совсем другим, деловым голосом:

– Придержите себя! Ваш гнев сейчас неуместен. Я привел вас по просьбе одного важного для меня человека. Будьте терпеливы, и вы все узнаете.

Тихон проглотил все, что собирался сказать, и последовал за доктором в глубину коридора.

В дальней комнате, служившей, по всей видимости, смотровой, на кушетке сидела Лидия Тимофеевна. Завидев мужчин, она встала.

– Благодарю вас, доктор!

Сосновский кивнул и сел на свое привычное место, к столу.

Лидия Тимофеевна посмотрела на Тихона. Она была бледна, заплаканна, но в общем и целом в полном порядке. Зеленое платье, абсолютно сухое, прическа уложена по всем правилам. Такой она обычно бывала для гостей.

– Кто же тогда утонул? Нурсулу?

Лидия Тимофеевна нервно кивнула и, не выдержав, заплакала. Глядя на нее, доктор Сосновский взял слово. Говорил он резко, слегка раздраженно, словно отчитывал за провинность:

– Рад, что вы так быстро сообразили, что к чему, молодой человек, а то времени у нас совсем мало! Лидия Тимофеевна уверила меня, что вы профессиональный сыщик…

– Судебный следователь…

– Тем лучше. Нам нужна помощь именно такого толка! Видите ли, смерть девушки была не случайной и совершенно не была самоубийством, как болтают в городе. Это было покушение на Лидию Тимофеевну. И нам необходимо выяснить, кто за ним стоит! Уж не знаю, насколько вам это по силам…

Тихон вдруг почувствовал, что ему стало спокойно-спокойно и даже немного весело. Казалось бы, неподходящие для ситуации чувства, хотя почему нет? Лидия Тимофеевна жива, а от Тихона требуется то, что он умеет делать лучше всего на свете.

– Разумеется, труд ваш будет оплачен в достаточной мере, – ворчливо продолжал доктор, – если добьетесь успеха, конечно.

– Доктор, позвольте мне. – Лидия Тимофеевна вытерла слезы. – Тихон Петрович, простите меня. Я понимаю, вы приехали отдохнуть, и моя просьба… несвоевременна. Но это уже третье покушение за год! Местная полиция не в силах мне помочь. Я подумала, что смогу довериться вам.

Тихон не сдержался:

– Очень опрометчиво с вашей стороны! Вы меня совсем не знаете, три раза видели. А вдруг это я вас преследую?

Лидия Тимофеевна улыбнулась:

– Вы выдали себя в тот момент, когда на лекции доктора бросились помогать Алексею Федоровичу. Я тогда поняла, что вы не несете угрозы. Я убеждена, что человек не может искренне стремиться помочь и вредить единовременно.

Тихон промолчал. Его опыт судебного следователя говорил об обратном, но расстраивать даму еще сильнее он не собирался. Тем более что в разговор включился доктор Сосновский:

– Признаться, я подумал, что покушение началось еще на лекции. Потому и держался в стороне, предпочитая не выпускать из виду Лидию Тимофеевну. Но ваш молодой друг и сам прекрасно справился. Кто ж знал, что этот шумный грек… попросту идиот! Подавиться лечебным виноградом, это ж надо! Нарочно такого не выдумаешь!

Лидия Тимофеевна, глядя на бушующего доктора, произнесла извиняющимся тоном:

– Доктор лечит нашу семью много лет, я выросла на его глазах. Сейчас он единственный человек, который знает, что я жива. Правда, теперь и вы знаете.

– Помнится, вы говорили, что все люди в Ялте – либо ваша семья, либо работают на вас…

– Да, но…

– Подождите, Лидочка! – опять вмешался доктор. – Прежде чем посвящать молодого человека в детали, стоит удостовериться, что он берет заказ и будет относиться к нему с достаточной серьезностью!

Тихон состроил официальное лицо:

– Сделаю все, что в моих силах.

Лидия Тимофеевна, глядя в пол, произнесла:

– Речь идет о моей жизни, я заплачу столько, сколько скажете.

Доктор ворчливо заметил:

– Я это уже сказал ему! Что же за сыщик такой, что приходится дважды повторять?!

Лидия Тимофеевна прошептала:

– Не сердитесь на доктора, он беспокоится за меня…

– Я все слышу!

Тихон подумал мгновение, и думал он не о деньгах. Он даже не мог представить, какой должна быть сумма за его услуги и как он осмелился бы ее назвать. Нет, он думал, как бы так ловко сформулировать, чтобы не было похоже, что он торгуется.

– Как вы верно заметили, я на отдыхе, поэтому волен занимать свое время как хочу. Я с удовольствием помогу вам без всякой оплаты, с благодарностью за то, что избавили меня от курортной скуки.

Доктор вскипел:

– Речь идет о жизни женщины, а не о вашем развлечении!

– Я