Лето в Российской империи - Женя Гравис

– Это еще кто? – продолжал горячиться князь.

– Алексей Федорович Эйлер, – представилась фигура, снимая капюшон, под которым оказались взъерошенные волосы и вымазанное белой краской лицо. Веревочная коса соскользнула на пол.

– Если вы приглядитесь, то сразу вспомните молодого врача, который оказал на лекции помощь вашему приятелю, господину Такопуло. Зачем, кстати, вам понадобилось это представление? Ведь не сам же он его придумал. Предполагаю, это был первый шаг сближения с Лидией Тимофеевной. Хотя выглядело странно…

Князь сердито проворчал:

– Конечно, странно! Всего-то надо было пошуметь и дать мне утешить расстроенную хозяйку! А этот идиот так старался, что чуть не помер.

Тихон продолжил, загибая пальцы:

– Банкир Рафаилович, юрист Зарудный, карточный шулер Поклевский и винодел Такопуло – подходящая компания для открытия игорного дома! Деньги, право, карты и вино, чтобы одурманивать игроков. И вы, князь, как центральная фигура. Для чего? Видимо, для статуса. Не хватает только помещения. Идеально бы в центре, на набережной.

– О чем вы?

Тихон поморщился и произнес казенным тоном:

– Не юлите, князь! В ялтинском полицейском отделении уже лежат показания господина Поклевского о том, что вы намеревались открыть казино на ялтинском курорте. Для этой цели вы преследовали госпожу Тихомирову, уж больно привлекательно ее имущество для ваших целей.

– Вы ничего не докажете! С господином Поклевским я делился своими мечтаниями, с гибелью госпожи Тихомировой никак не связанными.

Алексей наконец нашел империал, отдал его Тихону и после сел рядом. Будто машинально, Тихон Петрович начал крутить монету меж пальцами. Князь смотрел на него, как завороженный.

– Вы совершили большую ошибку, князь, когда наняли меня следить за вашими компаньонами. «Коллекционирую личности» – красивая фраза, но неправдивая. Вы собирали информацию о своих будущих партнерах, чтобы при необходимости суметь надавить на них. Ведь так?

– Вы правы. Я действительно совершил ошибку, что нанял вас.

– Рад, что вы со мной согласны. А понимаете ли вы, что теперь я смогу свидетельствовать против вас?

– И в чем же?

– Например, в том, как вы передали эту монету господину Зарудному, а он впоследствии подкупил ею матроса, утопившего Лидию Тимофеевну.

Князь дернулся, но ответил дерзко:

– Я подарил империал адвокату в утешение за карточный проигрыш. За его дальнейшие действия я не в ответе! Не провоцируйте меня, господин Пересветов, вам не в чем меня обвинить!

Тихон нехотя признал:

– Вы, князь, оказались довольно ловким, чтобы отвести от себя подозрения. Однако вам придется остановиться. Ваш замысел известен полиции. За вами уже наблюдают. Думаю, благоразумие подскажет вам свернуть дела и как можно быстрее покинуть Ялту. Вы проиграли, князь, потому что Лидия Тимофеевна жива. Вы убили не того человека.

– Что?

– Торгов не будет. «Вилла Елена» и остальные здания по-прежнему принадлежат госпоже Тихомировой. Кстати, зачем такой путь? Не проще ли было жениться, раз уж вам так необходимо имущество вдовы?

– Жениться? – Князь расхохотался. – Князю Гагарину-Стурдза на купчихе татарских кровей? Нет уж, увольте. Такой мезальянс ничем не перекрыть! Я планировал держать ее в любовницах.

Обидевшись за Лидию Тимофеевну, Тихон пробурчал:

– Но Лидия Тимофеевна вполне хороша собой, и вы ухаживали…

Князь презрительно скривился:

– Ухаживал… Нет ничего проще, чем влюбить в себя женщину. Она превращается в глупую безвольную куклу и своими руками отдает то, что мне надо. И довольна этим!

Тихон вздернул бровь. Даже если самомнение князя имеет основания, с Лидией Тимофеевной такой фокус вряд ли бы прошел. Во всяком случае, хотелось надеяться.

– И что же заставило вас поменять планы?

Князь откинулся на диванные подушки и произнес с насмешкой:

– Вот вы и расскажите, раз все знаете!

– Полагаю, дело во внезапной смерти Рафаиловича. Сразу после вы оставили ухаживания и стали готовить покушение на Лидию Тимофеевну. Но, признаюсь, мотивы этой перемены мне непонятны. Ну же, князь, не таитесь, вы сами сказали, все недоказуемо!

– Открою вам великую тайну, господин Пересветов. Для всего нужны деньги, в том числе и на ухаживания. Очень это недешевое удовольствие очаровать даму, должен вам сказать. Рафаилович обеспечивал меня, а после удачи дела его банк кредитовал бы проигравшихся, снова и снова возвращая их в игру. Бесконечно вращающееся колесо! И без моих личных вложений, заметьте! Но госпожа Тихомирова оказалась своенравнее, чем я предполагал, дело бы затянулось. После смерти Рафаиловича рассчитывать на дальнейшие вложения было невозможно, а я не дурак тратить капитал без гарантии успеха. Ну и зачем идти длинным затратным путем, если есть простой и короткий? Несколько правильных взяток, и слоты с торгов уходят задарма. Очень экономит время, силы и средства.

– Полагаю, эту информацию вам раздобыл Зарудный? Это вы обсуждали наутро после смерти Рафаиловича?

– Ну… – неопределенно протянул князь.

– Вы богатый человек, князь, почему бы вам просто не выкупить необходимые помещения?

– Купить половину самого дорогого курортного города в России? Вы шутите? Боюсь, моего капитала может не хватить.

Тихон промолчал, а князь, глядя на него, продолжил насмешливо:

– Боюсь, господин Пересветов, хоть вы и влезли в это дело, но до сих пор не поняли, что стоит на кону. Теряете хватку! Красота госпожи Тихомировой – лишь приятный бонус, которым, впрочем, не жаль и пожертвовать. А вот то, что волею судеб она оказалась владелицей золотой жилы, другое дело. Только на месте ее лавок должно быть казино! Очень глупо держать такое место, как Ялта, за лечебницу, когда люди готовы платить богине удачи!

Тихон встал и, мрачно глядя в пол, произнес:

– Послушайте меня, князь. Если с головы госпожи Тихомировой упадет хотя бы волос, я приложу все усилия, чтобы вы отправились на каторгу!

Князь снисходительно улыбнулся, протянул руку и открыл стоявшую тут же коробку с сигарами.

– Не горячитесь, Пересветов, я вам не по зубам! – заметил он и принялся выбирать сигару, всем видом показывая, что разговор ему больше неинтересен.

Не прощаясь, Тихон вышел из дворца. Алексей проследовал за ним.

Только на улице, глядя в темное беззвездное небо, Тихон смог выдохнуть. Алексей встал рядом и негромко заметил:

– Пока вы беседовали, я немного усовершенствовал сигары князя…

В это время из дворца раздался сильнейший хлопок, а потом дикий вопль князя, переходящий в вой.

Тихон очередной раз с уважением взглянул на юношу.

– Благодарю вас, Алексей Федорович.

– Думаю, с этого дня князю будет несколько сложнее соблазнять дам. Опаленные лица не столь привлекательны… Хотя, к сожалению, мои действия противоречат врачебной этике.

– Зато вполне совпадают с человеческой.

– Я тоже так подумал!

Возвращение Лидии Тимофеевны в ряды живых должно было ознаменоваться большим праздником. Тихон призывал ее поостеречься, но Лидия Тимофеевна, покачав головой, отказалась и заявила, что она не может упустить