Игра и грани - Марина Серова

Она меня, впрочем, еще не заметила, будучи полностью поглощенной наблюдением за своей собакой. Задача, стоявшая передо мной, была на самом деле не из простых. Во время нашей утренней встречи я обратила внимание, что хозяйка собаки не проявляла ни малейшего интереса к посторонним и явно не горела желанием заводить новые знакомства. Однако она заметно смягчилась, когда увидела, что я легко нахожу общий язык с ее питомицей Риной.

Поэтому сейчас мне нужно было действовать максимально ненавязчиво. Я не могла просто подойти и начать задавать вопросы — это бы насторожило ее или вовсе спугнуло. Мне требовалось сделать так, чтобы инициатива исходила как бы от самой собаки. Я принялась неспешно прохаживаться взад-вперед по аллее, стараясь попасть в поле зрения этой лохматой помеси овчарки с кем-то еще, чью породу с ходу определить было невозможно.

Моя тактика оправдала себя быстрее, чем я ожидала. Рина, видимо, учуяла запах лакомства в моем кармане или просто вспомнила меня, резко подняла свою мохнатую голову, повертела ею из стороны в сторону, отыскивая источник приятного аромата, и, наконец заметив меня, радостно засеменила в мою сторону, потянув за собой поводок.

Хозяйка, молодая девушка, почувствовала рывок, лениво обернулась, но, увидев меня, не стала одергивать собаку. Она по-прежнему выглядела усталой и отрешенной, покорно следуя велению своей питомицы. Мне это было только на руку.

— Привет, Рина! — обратилась я в первую очередь к собаке. Я знала, что у собачников это неписаное правило — сначала уделить внимание животному, а уже потом его владельцу. Чтобы окончательно расположить к себе и ту и другую, я сразу же опустилась на корточки, оказавшись с Риной на одном уровне.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказала я собаке, заглядывая ей в умные глаза.

Я полезла в карман куртки, куда предварительно высыпала содержимое пачки — небольшие кусочки вяленого лакомства. Доставая один из них, я подняла глаза на хозяйку, демонстрируя открытость своих намерений.

— Вы не против, если я угощу ее? — спросила я вежливо. — Это говяжье легкое.

— Ну… — девушка пожала плечами, — если она не откажется, то пожалуйста.

Она произнесла это все с тем же безразличным видом, который, казалось, был ее естественным состоянием.

Рина, к моей радости, не просто не отказалась, а с готовностью приняла угощение, аккуратно взяла кусочек с моей ладони и тут же принялась его с аппетитом жевать.

Я выпрямилась, отряхнув колени. Рина, проглотив деликатес, продолжила смотреть на меня с выражением безмолвной надежды в глазах.

— А что за порода? — поинтересовалась я, поглаживая Рину по загривку.

— Никакая, — после недолгого молчания ответила хозяйка. — Если честно, я уже запарилась придумывать шутки про «смесь бульдога с носорогом» или «дворянку чистокровную дворовую борзевшую», что-то в этом роде. Я взяла ее в приюте.

Я искренне улыбнулась и мысленно восхитилась ее прямотой.

— Это хорошее решение, — сказала я одобрительно.

Я в этот момент совершенно не знала, как плавно перейти к сути нашего разговора. Хозяйка казалась мне человеком приятным, но при этом удивительно холодным и отстраненным. Мне совершенно не хотелось давить на нее или действовать напролом, потому что я боялась ее спугнуть, как осторожную птицу. Впрочем, стопроцентной уверенности в том, что они с Риной вообще могли хоть что-то видеть в тот вечер, у меня тоже не было. С тем же успехом я могла бы методично опрашивать каждого из местных собачников, прикармливая всех этих псов, которые регулярно бродили здесь утром и вечером. Но именно к этой собаке и ее хозяйке меня привело какое-то внутреннее чутье — то самое шестое чувство, которое появляется только с годами практики, когда за спиной уже сотни раскрытых дел. Оно редко подводило меня. Да и то, что собака сама проявила ко мне такой живой интерес, я тоже восприняла как некий знак судьбы.

Все эти мысли и рассуждения пронеслись в моей голове буквально за секунду. И привели к одному выводу — пора переходить к делу.

— Если уж нас с Риночкой свела судьба, — начала я, глядя девушке прямо в глаза, — значит, была не была. Меня зовут Татьяна Иванова. И я частный детектив.

Хозяйка собаки даже бровью не повела, как будто я сообщила ей о прогнозе погоды. Ее лицо осталось совершенно невозмутимым.

— Меня зовут Александра, — спокойно ответила она.

Рина тем временем продолжала внимательно взирать на мой карман, откуда доносился такой соблазнительный для нее аромат. Ее умные глаза выражали безмолвную, но настойчивую просьбу. Я не выдержала этого взгляда и достала оттуда еще немного лакомства, протянув ей на открытой ладони. Она была достаточно рослой собакой, поэтому мне даже не пришлось нагибаться — она аккуратно взяла угощение, слегка щекоча мне ладонь шершавым языком.

— Александра, могу ли я задать вам парочку вопросов? — начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально мягко и не напугал ее. — Извините, что я вот так вот прямо врываюсь в ваш вечер с расспросами, но это действительно очень важно для меня.

— Это связано со вчерашним наездом, — не вопросом, а утверждением заметила Александра, все так же спокойно держа поводок.

— Да, — кивнула я, — но дело не совсем в самом наезде. Ситуация… немножечко странная, если не сказать больше.

Я сделала небольшую паузу, подбирая слова.

— Не знаю, поверите ли вы мне, но я просто доверилась своему чутью и тому, что вы, возможно, что-то видели…

Девушка задумчиво подняла брови так высоко, что ее лоб покрылся морщинками, став похожим на стиральную доску.

— Сложно сказать… — протянула она. — Я не могу назвать себя особенно внимательным человеком, если честно.

Но затем ее выражение лица слегка изменилось, в глазах мелькнула искорка заинтересованности.

— Хотя… Я все же обратила внимание на тот внедорожник, который впоследствии стал частью ДТП.

— Да? — не скрывая интереса, переспросила я.

— Я обратила на него внимание, потому что он был по-мудацки припаркован, — не стесняясь в выражениях, заметила Александра.

Я не смогла сдержать улыбки и честно призналась:

— Знаете, я по точно такой же причине обратила внимание на этот автомобиль.

Рина тем временем терлась мордой о мою ногу, явно намекая на продолжение банкета. Я автоматически протянула ей еще один кусочек.

— Хозяин этого внедорожника — мой клиент, — продолжила я, опуская руку. — И что самое важное, он был со мной в кофейне в тот момент, когда его машина… поехала. Поэтому все это дело приобретает весьма странный оттенок. И мне сейчас интересна каждая деталь, любая мелочь, которая могла бы пролить свет на то, что же на самом деле произошло. Любой шорох,