Кот – агент ФБР - Гордон Гордон

– Я не понимаю вас, мисс Рэндалл. Ей-богу, не понимаю, почему надо было бежать в ФБР, если виноват был ваш кот. Даже во имя спасения собственной жизни я не могу вообразить, какую историю нужно было им рассказать, чтобы они так на меня набросились. Что я угрожал твоей жизни? Или что я шпион и набил утку секретными посланиями?

– Дай мне сказать, Грег. Я пытаюсь объяснить тебе, что ничего не говорила агенту. Он просто хотел узнать…

– Я слышал. Он хотел узнать, где был Чок. ФБР делать больше нечего, только гоняться за кошками. И конкретно за одним громадным, вшивым, вонючим жирным котом. И ты пытаешься меня убедить, что ФБР хочет знать, где он был. Вот так штука! Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы…

Его словоизвержение начало стихать, только когда она пошла прочь. На ее глазах в любое мгновение могли появиться слезы, и будь она проклята, если даст ему возможность их увидеть.

– Пэтти, – слабо позвал он вслед. Он потряс головой, как получивший травму боксер. Он совершенно запутался. Какой-то кот, какая-то утка, ФБР, сердитая женщина – он никак не мог сложить детали головоломки в логической последовательности.

Грег вернулся к машине. Один из мальчиков нерешительно спросил:

– По какому поводу крик?

– Занимайтесь своим делом, – прикрикнул он. – На вас воды больше, чем на машине. Я плачу вам не за то, чтобы вы принимали ванну.

Второй мальчик спросил:

– Что, ФБР собирается арестовать Чока?

– Хорошо бы. Но они не посмеют. Народ этого не допустит, и конгресс, и президент. – Считается, что у котов слишком мало мозгов, чтобы совершить серьезное правонарушение. Не знаю уж, кто занимается их паблисити, но они наверняка имеют самую лучшую прессу за всю историю человечества.

Входя в дом, Пэтти была настолько сердита, что даже браслеты на ее руках звякали от злости. Ингрид удивленно подняла голову от журнала.

– Сестричка, – нерешительно произнесла она, угадывая слишком хорошо знакомый гнев сестры, – что случилось…

– Он разорвал договоренность о свидании.

– Кто, Грег?

– Да, вот именно, твой большой, чудесный, благородный герой думает, что я нажаловалась на него в ФБР. Он не дал мне слова вставить в свое оправдание. Он думает, что все это из-за нашей вчерашней ссоры.

Ингрид обняла Пэтти за плечи.

– Не беспокойся, когда все это закончится, я поговорю с ним. Он меня послушает.

– Тогда ты и назначай ему свидания. С меня хватит.

Она бросилась в спальню в задней части дома и застала там Зика врасплох. Он сидел, закинув одну ногу на ручку кресла.

– Что вы такое сказали мистеру Балтеру? – спросила она без предисловий. – Он в ярости и думает, что я натравила на него ФБР.

Чок, вздрогнув, проснулся и приготовился бежать прочь. Если Пэтти говорит таким тоном, то шутки плохи. Зик в изумлении поднялся.

– Я не понимаю…

– Я тоже. Он опять тыкал мне в лицо своей старой уткой-кряквой. Зачем вам понадобилось впутывать в это дело еще и утку?

– Послушайте, мисс Рэндалл. Я вовсе не впутывал эту утку. Я не имею ни малейшего понятия, откуда взялась эта утка. Я пошел к нему, хотел поговорить. Это рутинная процедура. Он адвокат с хорошей репутацией, человек, которому можно доверять, и я думал, что он может дать какую-то информацию о местопребывании кота – я имею в виду, Чока – прошлой ночью. Он, возможно, дал бы мне ключ, с помощью которого мы могли бы полностью прояснить это дело. Но я не успел даже рта раскрыть, а он уже кричал о какой-то бешеной утке и как он едва не заболел пневмонией. Казалось, этому не будет конца. Как будто я нажал кнопку и запустил извержение вулкана.

– Но почему вы решили, что он может что-то знать про Чока? По-вашему, они каждую ночь бродят по городу вдвоем, как два кота?

– Пожалуйста, тише, мисс Рэндалл. Могут услышать соседи.

Она забралась в ближайшее кресло.

– Простите, я начинаю вести себя так же отвратительно, как этот тип из дома напротив.

Чок успокоился. Никуда не надо бежать: на этот раз гнев обращен не на него.

По крайней мере один из соседей действительно услышал громкие голоса, доносящиеся из дома Рэндаллов. Миссис Макдугалл, мывшая в соседнем доме посуду, вставила мизинец в ухо и как следует прочистила его. Но даже после этого ей не удалось разобрать слова. Она слышала только голоса. Пэтти и какой-то мужчина разговаривали на повышенных тонах.

– У этой девицы, – сказала она мужу, – в спальне мужчина. И это в присутствии младшей сестры и маленького мальчика.

Ее муж, за весь вечер не произнесший ни слова, высунул голову из-за страниц спортивной газеты.

– Что ты говоришь? – Его глаза постепенно приобрели осмысленное выражение. – Да что ты говоришь!

А миссис Макдугалл действительно говорила.

– Чему удивляться, если все это семейство принимает солнечные ванны полуголыми. «Мы не хотим, чтобы дети выросли, испытывая недоумение и любопытство по этому поводу», – говорит их мать, а с виду такая респектабельная. «Здесь нечего стыдиться, это человеческое тело». Вот и результат – мужчина в спальне!

13

По мере приближения часа X напряжение возрастало. Тем временем дюжина агентов веером рассыпалась по окрестностям, останавливая детей всех возрастов и показывая им фотографию Чока. «У меня потерялся кот, – говорил агент. – Не видел ли ты его, случайно, где-нибудь поблизости?»

Дети, особенно мальчики, подолгу изучали фотографию, оживленно обсуждали ее между собой. Однако только один из них вспомнил, что видел как-то кота такого размера. Он припомнил, что заметил, как тот возился у дома напротив, пытаясь лапой открыть дверь, а потом все же открыл и вошел внутрь. Агенты немедленно доложили полученные сведения в штаб по проведению операции.

Другие агенты крадучись пробирались вдоль клумб и газонов, то и дело останавливаясь, чтобы изучить места, где садовые разбрызгиватели сделали почву влажной, и там образовалась грязь. Найдя кошачьи следы, они прикладывали рядом для сравнения фотографию отпечатка лапы Чока. На них рычали собаки, домовладелицы бросали подозрительные взгляды, их преследовали вездесущие мальчишки. «Что это вы делаете, мистер?» – спрашивали они, застав стоящего на коленях и заглядывающего под какой-нибудь куст агента. Они думали, что он что-то потерял (вполне резонное предположение в данных обстоятельствах), и хотели помочь в поисках. Агенты вели себя уклончиво. Услышав раздраженное бормотание, маленькие ищейки делали вывод, что этот взрослый не годится для дружеского общения, и уходили искать чего-нибудь поинтересней.

– Кто-нибудь в конце концов вызовет полицию, – сказал один из агентов, –