Кто написал твою смерть - Алекс Павези

– Я подумал, – сказал он.

Марсин почувствовал две сильные руки у себя на плечах. А потом – толчок. Он упал лицом вперед. Лестнице нравилось сжевывать свою добычу медленно, чтобы по ступеньке попало на каждый зуб.

Марсин приземлился в самом низу со сломанной шеей.

НАЙДЕННАЯ ЗАПИСКА, ПОРВАННАЯ НА НЕСКОЛЬКО ЧАСТЕЙ (продолжение)

Повторяю: я не убийца.

Я не убивал своего отца, и я не стрелял в Янику по пути на станцию после того, как она въехала на моей машине в каштан. Всего этого на самом деле не было. Это просто истории. Одна была написана во время игры, а вторая разлетелась благодаря клевете и сплетням.

Но обе они – вымышлены.

Часть третья

Шантаж

Воскресенье 30 мая 1999 года

Странник в странном поезде

Яника повернулась на шум двигателя. Жирный пластик таксофонной трубки соскользнул с уха, съехал по щеке и задел губу. Но это был просто шум дороги в тридцати метрах от нее. И тут ей в рот заговорил металлический, далекий голос:

– Алло? Дом Анатоля.

Но Яника определила по тону, что это не Анатоль. Она сделала два шага назад, чтобы еще раз проверить боковую часть съезда, на которой располагалась небольшая парковка при станции и участок дороги, параллельный ей. Но обе были пусты: ни одной машины не проехало мимо, пока она набирала номер Анатоля и ждала ответных гудков. Она снова прижала трубку к уху.

– Кто это? Дин?

– Да, это я. Ты где?

– Я на станции. Где Анатоль?

Было утро воскресенья – день рождения Анатоля. Яника приехала в маленькую деревеньку Тисбери в Уилтшире, откуда накануне Анатоль забрал Фиби.

– Анатоль… – медленно проговорил Дин с ноткой сомнения в голосе. – А разве он не с тобой?

– Нет, – сказала Яника. – Он должен быть здесь, но его нет.

– Здесь его тоже нет. Он куда-то делся. Мы думали, он пошел встречать тебя.

– Значит, он в пути?

– Наверное. Он сказал, что ты приезжаешь сегодня.

Яника почувствовала, как ее мышцы расслабляются, а плечи растапливает облегчение. Она повернулась спиной к стене и сползла вниз, положив голову на высокий чемодан, стоявший рядом. Провод таксофона врезался ей в шею. Все ее утро вплоть до этого момента было сплошным мучением. Всю дорогу на поезде она то засыпала, то просыпалась. При каждом пробуждении она не могла сообразить, не пропустила ли она свою станцию, пока не объявляли следующую. Эти продолжительные периоды паники изматывали ее настолько, что краткие моменты отдыха не помогали. Все путешествие от самой Австралии представляло собой перманентное чередование дикого стресса с вынужденным бездействием. И моменты стресса слишком выматывали, чтобы Яника могла делать что-то продуктивное во время простоя.

– И скоро он будет? – проговорила она в трубку.

– Я знаю не больше тебя, – сказал Дин.

– Сомневаюсь. Я ничего не знаю. Когда он ушел?

– Примерно час назад.

– Час назад? Но тут десять минут езды, Дин!

– Да нет. Я знаю. Но он не взял машину.

– Что? – Янику охватила та же дезориентирующая паника, как и во время пробуждения в поезде. Она поднялась на ноги и снова оглядела станцию.

– Машину, – проговорил Дин, прячась за гудением проводов, скрывающим тишину. Он казался раздражающе незаинтересованным, как будто Яника просила его подсказать ей слово в кроссворде. – Она здесь, на подъездной дорожке. Я смотрю на нее прямо сейчас.

– Значит, он даже еще не отправился?

– Да нет. Он точно ушел. Майя видела, как он выходил из дома. Я слышал, как хлопнула дверь. Его точно здесь нет.

– Пешком?

– Да.

– Значит, он не может прийти сюда, ведь так?

– Я подумал, что он, может, решил до тебя пройтись.

Янике на секунду показалось, что она до сих пор спит и все это сон.

– Но зачем? Мне нужен транспорт, Дин. У меня багаж.

– Ладно. Я не знаю. Не убивайте гонца.

– Тогда пусть гонец не бредит! – Яника взглянула на оливково-зеленый дисплей таксофона. Время, купленное на монетку в один фунт, уже истекало. У нее была еще одна, но Яника приберегала ее для тележек в магазинах и на экстренный случай. Остальную мелочь она раздала в аэропорту. – У меня мало времени, Дин. Можешь сбегать наверх и проверить, не в комнате ли Анатоль?

– Нет смысла, Яника. Я уже там был. – Дин приподнял очки и потер брови большим и указательным пальцами. Яника его не видела, но знала достаточно хорошо, чтобы быть уверенной: сейчас он делает именно это. – Я искал его. Но не думаю, что он в доме. Я уверен, что он вышел.

– Тогда куда он пошел, если не поехал сюда?

– Я не знаю. Но он сказал, что планировал забрать тебя. Сегодня. Прошлой ночью.

Яника вздохнула и пихнула последнюю монетку в таксофон.

– Но он уже должен быть здесь, Дин. Если даже шел пешком. Путь сюда не занял бы у него час. Он точно ушел час назад?

– Не знаю. Плюс-минус.

– Дин. Мне нужно знать.

Дин застонал. Звук был такой, будто привидение просеивают через сито.

– Имей сострадание, Яника. У меня похмелье. Мне больно даже по телефону разговаривать. Я ответил только потому, что от звона было еще хуже. Я не знаю, когда это было. Примерно шестьдесят минут назад.

– Тогда можешь приехать и забрать меня?

– Я?

– Да. У тебя же есть машина?

В голосе Дина послышалась паника.

– Не думаю, что мне безопасно садиться за руль в таком состоянии, Яника. У меня голова раскалывается. Я не могу смотреть на свет. И полная потеря концентрации.

– Это всего десять минут.

– Мне кажется, я еще не протрезвел с прошлой ночи. Слишком много алкоголя в крови. Не хочу нарушать.

Что-то зашевелилось в кустах. Скорее всего, птица.

– Не может быть у тебя слишком много алкоголя в крови. Сейчас полдень.

– Может.

– Можешь тогда пойти попросить Марсина? Он не будет против.

– Я не знаю, где Марсин. Он тоже ушел. Можешь попытать счастья с Майей, но, по-моему, она пошла в ванную.

– Значит, я тут застряла?

Яника еще раз окинула взглядом окружающую местность с ощущением, что нужно было оставаться в Австралии. Станция была в подлинном смысле пустынна. Она увидела детский ботинок, валяющийся у рельсов, в яме между путями и противоположной платформой. Из дырок в щебне торчали горчичные окурки. И никаких других признаков человеческого присутствия. Одинокая сорока вылетела из кустов. Несколько людей, вышедших из поезда вместе с Яникой, давно разошлись.

– Да нет, – сказал Дин. – Ты же можешь вызвать такси?

– И откуда оно приедет? Из Солсбери? Я проторчу