Кто написал твою смерть - Алекс Павези

– Сочувствую, – сказал Дин. – Но я не знаю, что еще тебе предложить.

– Почему вы не ответили на телефон пятнадцать минут назад? Я звонила. И прошлой ночью звонила.

– Он был отключен.

– Телефон?

– Да.

– Почему?

– Я не знаю. Я нашел его в таком виде. И снова подключил. Я собирался позвонить Юли. – Дин понизил голос. – Тут сегодня с самого утра бардак, Яника. Мы все вчера слишком много выпили. Я точно до сих пор пьяный. Хочешь, я вызову тебе такси?

Яника услышала тоску в голосе Дина.

– Я пройдусь, – сказала она, решительно наклонилась и вытянула ручку из своего чемодана. Яника знала дорогу до дома Анатоля. Она время от времени бегала по этому маршруту, когда гостила здесь раньше. Но это было давно, когда она была моложе и спортивнее. А теперь ей за тридцать, она устала, и у нее куча багажа.

Дин сочувственно свел брови.

– И сколько это займет?

– Тут пешком пятьдесят минут, – сказала Яника. – Может, час. Час пятнадцать. Я ходила так раньше, просто без багажа.

– Уверена, что справишься?

– У меня особо нет выбора, Дин. Если Анатоль идет сюда, то мне нужно идти ему навстречу, так ведь?

– Извини, что не смог помочь. Но скоро увидимся?

– Через час плюс-минус. – Яника смотрела, как утекают ее деньги. Уже давно прошло то время, когда телефоны выдавали сдачу, так что она хотела отбить каждый пенни. Она слушала терпеливое дыхание Дина. В последнюю секунду Яника проговорила: – Тогда пока.

– Хорошо…

Звонок прервался. Уклончивый голос Дина сменился монотонным, жужжащим гулом незанятой линии.

Дом Анатоля стоял в двадцати метрах от дороги: рыжий, аскетичный и знакомый. Огромный сад был окружен высокой неухоженной живой изгородью, закрывавшей его от глаз немногочисленных соседей. Потратив где-то час на дорогу от станции, Яника осторожно пробралась между кустами боярышника и вытащила свой чемодан на гравий. Но его маленькие колесики не справлялись с наваленными камнями, и внезапно ей показалось, что она тащит якорь. Яника остановилась, повернулась, сложила выдвижную ручку и взялась за кожаные ремни. А потом услышала звук хлопнувшего багажника за спиной.

Серебристый хетчбэк Майи был припаркован на краю подъездной дороги, как раз между Яникой и домом. Майя стояла за ним, прислонившись к багажнику.

– Ты правда шла пешком?

Яника все еще билась со своим свинцовым багажом.

– Да, – ответила она. – А что?

– Дин сказал, что ты пойдешь пешком. Но я думала, он пошутил.

– У меня не было выбора.

– Неправда. Ты могла подождать. Я была в ванной. Но я бы тебя подвезла. Я даже не мылась. Мне просто было скучно. Я бы обрадовалась поводу выбраться из дома.

– Там негде было подождать.

– Пошла бы в Тисбери. Попила бы кофе.

– В воскресенье?

Майя пожала плечами.

– Где-нибудь наверняка открыто. Ты просто любишь все усложнять, Яника. Я тебя слишком хорошо знаю. Пабы открыты.

– Я слишком устала, чтобы об этом думать, Майя. Я слишком устала даже для этого разговора. Мой лучший друг просто бросил меня на станции. Он уже вернулся?

– Нет. Еще нет.

– Я три недели назад сказала ему, на каком поезде приеду. Посмотри на меня.

Кроссовки Яники были испачканы. Штанины джинс охвачены засохшей грязью, словно огнем: языки брызг и капель поднимались от голеней до самых колен. Она шла по тропинке в мокрой траве, пока не начала утопать в жидкой грязи у размытого края поля. Тогда Яника махнула рукой на тропинку и вышла на дорогу. Теперь, когда наконец остановилась, она почувствовала, насколько потная и мокрая у нее футболка под свитером. Она сражалась со своим чемоданом больше часа. У нее все болело. Где-то на полпути ее даже застала легкая морось, оставшаяся после вчерашнего ливня. Яника переждала дождь под большой веткой старого дуба.

– Ты знаешь, куда он ушел?

Майя покачала головой.

– Фиби в доме. Может, она что-то знает. Я просто искала сигареты. Думала, в машине осталась пачка. У тебя же нет сигарет, да? – Майя забарабанила пальцами по крыше машины, опустив ладонь на багажник.

– Нет, – сказала Яника. – Я не курю. Ты же знаешь.

– Надо было попросить тебя захватить в Тисбери. Марсин скурил все мои.

– Попросить ты могла. Только я бы этого не сделала. – Яника посмотрела налево. Машина Марсина исчезла с подъездной дорожки. – Где Марсин?

– Никто не знает. Его уже не было, когда мы встали утром.

– Они с Анатолем не вместе?

– Нет. Анатоль ушел пару часов назад. Тогда я уже не спала. А Марсин уехал за пару часов до этого. И взял с собой все вещи. У него в комнате пусто. Я пробовала позвонить ему на мобильный, но он не отвечает. Загадка! – весело сказала Майя, как будто что-то действительно объяснила. – Ты же любишь загадки?

– Я?

– Ну ты как минимум любишь головоломки.

– Только не когда они мешают мне жить. Он вернется?

Майя пожала плечами.

– Я не удивлюсь, если он уехал в Лондон. Он склонен исчезать, когда кому-то задолжал. Даже если это просто пачка сигарет.

– Значит, нас только четверо? Ты, я, Дин и Фиби? Непонятно, зачем я так напрягалась. Хотя, конечно, я очень рада тебя видеть, Майя. – Яника слегка смягчилась. – Но было не особо удобно досюда добираться. Я могла бы просто поехать в Лондон.

– Да, – сказала Майя. – Я тоже не понимаю, зачем ты так напрягалась. Если бы мне пришлось идти сюда пешком, я бы просто села обратно на поезд и поехала домой.

– Это не очень логично, – подняла Яника свой увесистый чемодан. – Если бы я села обратно на поезд, то поехала бы в противоположном направлении от дома. Ты пойдешь внутрь?

– Нет. Я собиралась съездить в деревню и купить сигарет. Тебя подкинуть до крыльца?

Яника с сомнением посмотрела на подъездную дорожку.

– Не стоит, – сказала она. – Тут десять метров, Майя.

Яника открыла дверь и прошла внутрь, в прихожую, которую короткий коридор соединял с главной лестницей. Слева от Яники коридор поворачивал направо и вел в кабинет, гостиную и столовую, а слева проходил мимо маленького туалета с душем и сквозь арку вел на кухню. Рядом с лестницей на стене виднелся бледный прямоугольник – раньше там висела внушительного размера картина. Яника провела пальцами по его очертаниям.

– Анатоль внес кое-какие изменения, – сказала Фиби, выходя из арки в конце коридора. – Я увидела тебя с кухни. Дин сказал, что ты скоро будешь. Ужасно, что тебе пришлось идти. Мы думали,