Собеседование - Крис Юэн

– Наверное, вы правы…

Но послушаться ее совета было трудно. Труднее, чем она думает. Потому что, как бы Люк ни доверял Анне, объяснить, через какой ад пришлось пройти его сестре, в полной мере не удавалось.

По дороге к сестринскому посту Люк заглянул в окошко палаты мистера Николлса: тот разговаривал сам с собой, старательно артикулируя слова, – видимо, повторял фразы на португальском. Продолжая смотреть, Люк вынул из заднего кармана телефон и проверил, нет ли сообщений.

От Кейт ни слова.

Его беспокойство раскачивалось в нем тяжелым грузом на истертой ниточке.

Головой он понимал, что Анна права. Лучше оставить сестру в покое.

Но ведь он прежде всего был ее старшим братом, и с тех пор, как умерли их родители, он за ней приглядывал. От простого «привет, как дела?» большого вреда ведь не будет?

Он открыл ее номер, поколебался секунду и позвонил.

Понадобилось несколько секунд, чтобы установилось соединение, но потом, спустя несколько гудков, его перевели на автоответчик.

Не похоже на Кейт. Он почувствовал укол беспокойства, но напомнил себе, что пропущенный звонок не говорит о том, что она в беде. Она не услышала. Или отправилась на пробежку, чтобы проветрить голову. Как раз Люк и убедил ее, что для психики полезно заниматься спортом на свежем воздухе. Хотя, если быть честным, его удивило и немного встревожило, с какой страстью она отдалась бегу и как много сил на него тратила. Это напоминало помешательство.

Он подумывал оставить сообщение на автоответчике, но не стал. Она увидит, что он ей звонил, когда возьмет телефон. А перезванивать или нет – пусть сама решает.

31

Пятница, 18:58

Ну какая же ты дура.

Это ультрасовременная высотка. Конечно, я видела аварийный выход там, в вестибюле, но очевидно, что пожарных лестниц должно быть больше одной.

Я взглянула на потолок, думая о скрытых камерах, почувствовала покалывающую тревогу и бросилась вперед.

До двери было далеко. Пересекая пустоту, я ждала, что Джоэль вот-вот появится из ниоткуда и закричит на меня. Попытается остановить. Но он не показался, и я добежала до двери, схватила поручень и надавила. Он подался вниз, и я толкнула дверь обеими руками.

Нет.

Она не открылась.

Я попробовала снова. Всем весом повисла на поручне. Ладони горели, голова стала пустой и легкой, я поджала пальцы на ногах, уперлась каблуками в пол, кряхтя от напряжения, но дверь все равно не поддалась, и тогда я с криком ударила по ней ладонью.

Бросившись влево, я рванула ручку соседней двери, ожидая, что она точно так же будет заперта или перегорожена, но, к моему удивлению, ручка опустилась, и дверь открылась.

С той стороны царил полумрак.

Я подошла ближе, боясь, что там меня поджидает Джоэль или припасенный им сюрприз. Тронула дверь.

Никакого сопротивления.

Она открылась нараспашку.

Я аккуратно протянула руку и включила свет. Из сумрака материализовалась небольшая подсобка, заставленная рядами стеллажей, забитых офисными принадлежностями. Запасы на случай опустошения шкафчиков, которые я нашла до этого за приемной.

Я оглянулась еще раз – проверить, не крадется ли ко мне Джоэль, – потом бочком зашла внутрь и оглядела как следует каждую полку. Все было аккуратно разложено. Безумное количество коробок офисной бумаги, все до одной перевязанные пластиковыми стяжками. Запасные конверты, конверты на пупырчатой защитной подкладке, дыроколы, скрепки, коробки с банковскими резинками и несколько запасных настольных ламп.

Все, кроме пропусков или того, что помогло бы мне отсюда выбраться.

Стало горько.

Я не выключила свет, вышла потерянно из подсобки, глядя вперед.

Как эта история могла произойти со мной? Непостижимо.

Несколько секунд спустя я поняла, что смотрю на принтер, стоявший посреди офиса. В мозгу защекотало. Я метнулась вперед к нему. Он был внушительный. Высокий, широкий, бежевый, размером со стол, подключенный к розетке на полу, он стоял на пластиковых колесах.

Он тихо, сонно жужжал. Я выдернула вилку из розетки на полу, и он резко затих.

Закинув провод на бумагоприемник, я пинком сняла колесики с тормозов, прежде чем оттащить принтер от колонны, у которой он стоял, будто нагруженная продуктовая тележка.

«Какой же тяжелый», – подумала я.

Я протиснулась между ним и колонной, уперлась руками в бока принтера и стала толкать.

Принтер лязгнул и подался вперед. Металлические части изогнулись, разбрасывая блики. Колесики сначала то катились, то буксовали, пытаясь разъехаться в разные стороны, но потом набрали скорость, и принтер затарахтел в нужном направлении.

Он ехал зигзагами, трясся и дребезжал. Ящик для бумаги то вылетал, то захлопывался обратно. Я не останавливалась. Все толкала. Быстрее. Сильнее. Упираясь ногами в пол, почти бежала по бетону, держа курс на железную дверь пожарного выхода. Она приближалась. Я пригнула голову.

Я взяла дверь на таран с оскаленными зубами и боевым кличем.

Угол принтера с ужасным треском врезался в дверь.

Но она не поддалась.

Принтер подняло в воздух на долю секунды, а потом я врезалась в противоположный угол, и металл обшивки глубоко впился мне в живот.

Я сложилась пополам, распластавшись по крышке и больно стукнувшись коленями.

– Черт.

Я отошла, пошатываясь и держась за живот, борясь с подступающей дурнотой и яростью. Выправив блузку из юбки и приподняв ее, я увидела красную полосу поперек бока, кожа была содрана и болела при касании.

Принтер продолжал щелкать, как остывающий автомобильный мотор.

В двери осталась вмятина, но ни с замком, ни с петлями, ни с дверной рамой ничего не случилось. Бросив на раму сокрушенный взгляд, я оттолкнулась от принтера и упрямо зашагала через весь офис.

32

Пятница, 19:03

Я зашла в тренажерный зал. Рукой держалась за бок. Пыталась подавить боль.

Стены и окна заклеили защитной пленкой, и она же, скомканная, валялась у меня под ногами. Офис казался отсюда размытым и смутным.

Я поискала взглядом, не осталось ли от ремонта каких-то инструментов, но не увидела ничего, кроме малярных кистей, валиков и банок. На стоявшую тут же стремянку набросили пару замызганных комбинезонов.

Справа от стремянки неровным рядом стояли большие коробки с оборудованием: беговые дорожки, велотренажеры. Одну коробку уже открыли, судя по картинке на боку – эллипс, некоторые запчасти распаковали и разложили на полу.

Я подошла взглянуть поближе. Там лежало большое маховое колесо и две пластиковые педали. Пара длинных, хитрой формы ручек, немного походивших на лыжные палки. И еще две металлические трубки, которые, судя по всему,