Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер [litres] - Роберт Кеппел

тот способен, но его рассказ сразу вызвал у меня ассоциацию: одна из выживших девушек с озера Саммамиш упоминала, что Тед, который к ней обращался, говорил вроде бы с британским акцентом. Именно на этих показаниях и был составлен фоторобот – тот самый, что позже стал одной из важнейших улик в деле «Теда № 7».

Взявшись за эту ниточку и разматывая ее шаг за шагом, мы запросили бы в университетском деканате списки всех курсов, которые посещал Тед № 7, и сравнили их с расписанием жертв-студенток Вашингтонского университета. К моему удивлению, выяснилось бы, что Банди и Линда Хили учились вместе – несколько курсов психологии у них совпадали. Жертва и подозреваемый из списка «ста главных Тедов» – в одной аудитории. Именно там, вероятно, их пути и пересеклись впервые. Этого совпадения было бы достаточно, чтобы Тед стал для меня главным подозреваемым.

Дальнейшая проверка подтвердила бы связь: имена Банди и Хили повторялись в других университетских списках. И тут вступала в силу базовая истина любого расследования: людей чаще всего убивает кто-то, кого они знают. Мы уже рассматривали убийство Линды Хили как отдельное дело и считали его первым в серии. Так что факт их учебного пересечения дал бы нам ключ к разгадке – к Теду мы пришли бы через Линду, а не через случайную папку в архиве.

Третий источник сведений о Банди – его подруга Лиз Кендалл. Именно ее звонок и настойчивость побудили Рэнди Хергесхаймера уведомить власти Юты: Лиз знала, что Тед переехал в Солт-Лейк-Сити учиться в юридической школе именно в тот период, когда в соседних районах началась серия убийств женщин. Она чувствовала, что это те же преступления, что и в округе Кинг. Она не знала, что мы уже обменивались данными с детективами из Юты и Колорадо и следили за делом Кэрин Кэмпбелл, убитой в Аспене 12 января 1975 года.

Следующим шагом стало бы изучение финансов. Мы использовали данные по кредитным картам, чтобы исключать подозреваемых, – логично было проверить и счета Банди. Лиз рассказала бы о его картах «Шеврон» и «Нордстром», и мы получили бы выписки. Из них следовало, что Тед заправлялся почти ежедневно, будто боялся остаться без бензина. Даты многих транзакций совпадали с датами исчезновений и убийств. Особенно выделялась заправка в Гленвуд-Спрингс, Колорадо, 12 января 1975 года – в тот самый день и в нескольких милях от места убийства Кэмпбелл. А позже – запись вблизи Вейла, 15 марта, когда пропала Джули Каннингем. Совпадений не бывает.

Проверка кредитной истории прошла бы тихо: Банди ничего бы не заподозрил, а Лиз, конечно, не сказала бы ему, что передала данные полиции. Детективы Юты, сопоставив эти сведения с их делами, поняли бы, что Тед – не просто фигура в нашем списке, а человек, чье присутствие совпадает с серией убийств сразу в трех штатах. И, вероятно, вместо ареста они предпочли бы установить за ним наблюдение, не спугнув подозреваемого.

Банковские записи добавили бы еще один штрих. Из выписок стало бы ясно, что в день исчезновения Линды Хили Тед обналичил чек в магазине «Сейфуэй» на углу 47-й и Бруклин-стрит – всего в восьми кварталах от ее дома. Проверив чеки самой Линды, мы увидели бы: она сделала то же самое, в том же магазине и почти в то же время. Кассирша, чьи инициалы стояли на обоих чеках, рассказала, что отработала всего четыре часа. Их встреча в магазине почти неизбежна.

Мог ли Тед стоять за ней в очереди, наблюдая за ней между стеллажами, следить за ней потом по улицам студенческого района? Мы понимали: эти двое не просто пересекались – между ними существовала связь. Линда и Тед ходили на одни лекции, сидели на одних семинарах, бывали на одних вечеринках. Она, конечно, не знала, что этот знакомый с мягкой улыбкой сталкерит ее неделями.

Мы до сих пор не знаем, как долго он вынашивал план. В ту ночь он вошел в ее квартиру, оглушил ее возле кровати, снял с нее одежду, аккуратно повесил ночнушку в шкаф, вымыл ей волосы, одел в лыжный костюм и унес тело с собой.

Даже если бы у нас не было других совпадений, одного этого было бы достаточно: Тед Банди стал бы очевидным главным подозреваемым. Мы бы продолжили расследование, позволив Юте и Колорадо наблюдать за ним. Сети начали бы смыкаться.

Зацепки, которые дала Лиз Кендалл, потребовали бы повторного разговора. Она подробно описала бы утро 14 июля 1974 года – день, когда Дженис Отт и Дениз Насланд исчезли с озера Саммамиш. Утром они ссорились, Тед ушел, но вечером вернулся и первым делом переставил лыжный багажник со своего «Фольксвагена» на ее машину. Ранее он делал обратное – снимал багажник с ее авто, чтобы перевозить велосипед. Это совпадение внезапно обрело новый смысл: убийца на озере Саммамиш тоже использовал велосипед.

Лиз рассказала бы, что в тот вечер Тед был раздражен и вспыльчив, хотя пытался держать себя в руках. Она вспомнила бы и о костылях, и о гипсе, и о медицинских принадлежностях, которые он приносил с работы: он доставлял протезы клиентам. Все это совпадало с образом преступника, пользовавшегося такими предметами для маскировки.

И, наконец, тот самый мешок с женским бельем, найденный ею еще в 1973 году. Тогда полиция Сиэтла не занималась делами о пропавших женщинах, а оперативная группа еще не существовала. Чьи это были вещи? Сувениры от безымянных жертв, которых Тед похитил за пределами Сиэтла? Следы других, неучтенных преступлений? Возможно, где-то по всей стране уже лежали десятки нераскрытых дел о пропавших, в которых фигурировал тот же безымянный Тед.

Если Тед уже был серийным убийцей в 1973 году, тот мешок с женским бельем, найденный Лиз, мог быть его «мешком трофеев», собранных с тел жертв. Она не понимала, что именно обнаружила, но к тому моменту, когда сообщила об этом оперативной группе, этих сведений было бы достаточно, чтобы выстроить полноценное дело против Теда Банди.

Лиз предоставила еще одну важную деталь, связав поездки Теда с исчезновением Сьюзан Ранкур из Центрального вашингтонского колледжа. Она рассказала, что у Теда был друг, учившийся там. Мы быстро вышли на этого человека, и он подтвердил, что примерно за неделю до исчезновения Ранкур Банди гостил у него в Элленсбурге. В тот же период произошел первый известный случай, когда женщина столкнулась с подозрительным мужчиной у библиотеки колледжа и убежала, увидев, что «Тед», которому она помогала, уронил ключи возле своего «Фольксвагена».

Проверив информацию Лиз Кендалл, мы с энтузиазмом продолжили бы расследование. Было очевидно, что Тед бывал