Дом с синими ставнями - Ирина Грин

Утренний свет, безжалостно пробивавшийся сквозь неплотно задернутые шторы, выхватывал из полумрака пыльные полки с книгами и полупустую чашку от вчерашнего чая. Именно в этот момент его накрыло с новой, обжигающей силой: он не просто поссорился с женой. Он ушел. Сам. Добровольно. Это было глупо, бессмысленно и по-детски.

Иван сжал телефон так, что стекло затрещало под пальцами. На самом деле он не собирался уходить. Он был больше чем уверен, что Ася побежит за ним, догонит на лестничной клетке, обнимет сзади, прижмется щекой к его спине, и все встанет на свои места. Он даже — вот же придурок! — постоял немного на лестнице, ожидая: вот-вот хлопнет дверь и раздадутся легкие быстрые шаги. А она не побежала.

Она осталась. Осталась с их дочерью и со своим упрямым, яростным долгом. Теперь он сидел здесь один, в горьком одиночестве и в полной тишине.

Да и куда бежать? Бросить Алису? Эта мысль добила его окончательно. Он не просто ушел от жены. Он убежал от отцовства, от ответственности, от маленького человечка, что безраздельно доверял ему. И это осознание было самым тяжелым. Нет, оставаться здесь, в этом пыльном забвении, было невозможно. Но и пути назад, простого и ясного, не существовало.

Мысль о возвращении с повинной казалась унизительной и бесполезной. Просто прийти и сказать «прости»? Это ничего не изменит. Ася не простит. Ее упрямство, одержимость поисками чужого ребенка были частью Асиной натуры, той самой силой, что когда-то привлекла его. Он вздумал сражаться не с ее принципами, а с самой ее сутью. И проиграл.

Единственный возможный путь к примирению — найти Артема. Не для Аси, не для Громова, а для себя. Доказать ей: он не то чтобы пытался остановить ее, нет. Он предлагал другой, более эффективный путь. Пусть сапоги тачает сапожник, а ищет пропавшего ребенка опытный оперативник. Он найдет Артема и вернет себе право обнять ее и Алису. С этой мыслью Рыбак быстро собрался и поехал на работу.

В офисе «Кайроса», как обычно, пахло кофе. Вся команда: Кристина, Тимур Молчанов и Федор Лебедев — уже сидела на своих рабочих местах.

— Здравствуйте, Иван Станиславович, — ухмыльнулся Федор, стоило ему переступить порог. Его взгляд прилип к лиловому синяку под глазом Рыбака, красноречивому сувениру от стычки с Громовым. — Это у вас аванс от нового клиента?

Лебедев ехидно подмигнул. При других обстоятельствах Рыбак, не задумываясь, поставил бы наглеца на место. Но сейчас он сжал зубы, пропуская колкость мимо ушей.

На помощь пришла Кристина — окинула болтуна суровым взглядом. Федор тут же смолк, поняв, что перешел грань, и поспешил спрятаться за своим монитором.

— Кофе? — как обычно, предложил Тимур и, не дожидаясь ответа, направился к кофемашине.

— В общем, ситуация такая, — без предисловий начал Иван. — Мне нужно найти мальчика, Артема Громова. Ася влипла в эту историю по уши, и теперь… Теперь я тоже влип. Поможете?

— Конечно, — сказал Молчанов, ставя перед ним большую чашку ароматного напитка.

— Как будто у нас есть выбор, — усмехнулась Кристина. — Предлагаю начать со стандартного алгоритма: мотивы, связи, деньги. Отец — предприниматель Илья Громов, основатель фирмы «Громов-Холдинг». Производство, госзаказы. Конкуренты? Неудовлетворенные партнеры? Обиженные сотрудники? Могли похитить ребенка как рычаг давления. Классическая схема.

Иван мрачно покачал головой.

— Непохоже. Все было как-то слишком лично. Мальчика увели из-под носа у бабушки, не оставили следов, выкуп потребовали какой-то странный — восемьсот пятьдесят тысяч. Это не почерк наемников. К тому же мальчик не простой, у него какая-то фобия, Аська точно знает, как называется. Он с чужим не пойдет. Это кто-то свой.

— Принято, — кивнула Кристина, делая пометку в планшете. — Но бредовые идеи тоже надо проверять. Федор, займись «Громов-Холдингом». Вытащи все, что сможешь: текущие контракты, судебные иски, служебную переписку за последний год. Даже если дело личное, деньги всегда оставляют самый жирный след.

Федор, не говоря ни слова, забарабанил по клавиатуре так яростно, что казалось, пластик не выдержит. На его мониторе замелькали окна с кодом, а затем — какие-то таблицы.

Кристина, подключившись с помощью Лебедева к бухгалтерским программам, загружала данные в аналитический модуль «Кайроса».

— Громов не врал, — наконец нарушила она молчание. — Он действительно отдал бывшей жене Нине контрольный пакет акций «Громов-Холдинга» и два завода-смежника. После этого он едва удержался на плаву, перезаложив личное имущество и взяв кредиты под залог оставшихся активов. Сейчас он рассчитался с частью кредиторов, погасил долги по налогам и по заработной плате.

— Я пообщался с бывшими коллегами, — сказал Тимур, — Громов, конечно, не без греха, но кто из нас свят? Во всяком случае, в крупных неприятностях он не засветился. Мелочи бывают у всех, но ничего серьезного за «Громов-Холдингом» не водится.

До работы в «Кайросе» Тимур был генеральным директором «Аверс-банка» [2], и мнению его бывших коллег доверять можно было безоговорочно.

— Интересно, — Кристина оторвалась от монитора, и в ее глазах вспыхнул охотничий азарт, — с августа прошлого года Илья ежемесячно переводил крупную сумму в швейцарских франках на счет Institut de la Vallée.

— Это еще кто такой? — переспросил Иван, сдвинув брови.

Пальцы Федора уже мчались по клавиатуре. Через мгновение он выдал результат:

— «Институт Долины» — частная школа-пансион в Швейцарии. Девиз такой же, как и цены: «Традиции, уединенность и элитарность». Пятнадцать тысяч швейцарских франков в месяц. Или, если на наши, полтора лимона с хвостиком.

— Так это же за дочкину учебу, — хрипло выдавил Иван, тут же представив себе суммы. — Так, стоп. Папаша дом закладывал, чтобы с долгами рассчитаться, а для родной кровиночки каждый месяц отстегивал такие суммы? Или он к тому моменту уже отполз от края пропасти?

— Кстати, — снова вступила Кристина, вернув всех к сути, — тут не все чисто. В Швейцарию ушло шесть платежей. Седьмой вернулся с пометкой «Отчислен».

В офисе повисла гробовая тишина.

— Стоп. — Иван подошел, вглядываясь в экран. — То есть либо Громов врет всем, что его дочь учится в Швейцарии, либо… сам не в курсе, что ее отчислили полгода назад?

Кристина пожала плечами и попросила:

— Федор, будь добр, узнай, числится ли Громова Полина Ильинична в списках студентов «Института Долины».

— Парсек, Кристина Сергеевна, — буркнул Федор, что на его языке означало «пара секунд».

На деле, конечно, ушло минут двадцать, в течение которых Лебедев пробивал закрытые базы и студенческие реестры. Наконец он оторвал взгляд от монитора, с торжествующим видом заявил:

— Нет. Не числится. И, судя по всему, уже полгода как.

— То есть, — плавно подхватила Кристина, —