Тайны клуба верховой езды - Грета Фогель

«Я должна выяснить, кто именно был автором записки. Мне нужно будет изучить почерки всех, кто учился с Ланой колледже. А потом мы сможем проследить за ним и узнать, что за свидание состоялось у девушки. Вряд ли после того опыта она будет выходить на контакт с автором записки, поэтому слежка за самой Ланой нам ничего не даст. Я еду домой к Линде», – сообщение уплыло моему напарнику следом за другими.

Ответ не заставил себя ждать.

«Ок. Зачем тебе Линда?»

«Мне нужно незаметно подобраться к студентам колледжа. Мы не сможем затребовать письменные работы учеников через полицию, не привлекая внимания. Поднимется шум, и тот, кто втянут в историю с тайными встречами, поймет, что мы раскрыли его. Лучше я попрошу у Линды какую-нибудь символическую должность в совете колледжа – вроде организатора мероприятий или декоратора. Она в попечительском совете – ради того, чтобы потом Лана прошла в Колумбийский университет. Еду к их семейному особняку». Текст получился длинный, но звонить при водителе я не решилась. Меня тем временем повезли вдоль шоссе и леса, в сторону загородного особняка.

«Теперь и ты хочешь устроиться на вторую работу? Какие у нас с тобой странные совместные увлечения! И разворачивайся, Линда сейчас в конном клубе. Это мой последний день в качестве конюха под прикрытием. Начальство закрывает дело, мы не нашли ни одной улики, общественность давит, и все хотят услышать, что в Блю-Лейк произошел несчастный случай. Но я думаю, мы и правда что-то нащупали – что-то большее, чем капризы впечатлительных богачей».

– Маршрут поменялся, мне нужно в «Белую лошадь». – Я посмотрела на дорогу с пассажирского сиденья и вернулась к набору смс. На экране появилось уведомление о новом сообщении от Мэттью.

«Расследование закрывают, потому что в другом штате нашлась похожая пропавшая. Проблемная семья, попытки самоубийства… Я и сам знаю, что люди, которые хотят свести счеты с жизнью, как правило, в другой город для этого не едут. Но от меня уже ничего не зависит, решение принято руководством».

Я убрала телефон и подумала, как мне напроситься к матери мэра в попечительский совет, чтобы оказаться среди однокурсников Ланы. На вечеринке Линда говорила о коллективном пожертвовании в пользу улучшений экологии Блю-Лейк. В этот момент мне в голову пришла гениальная в своей простоте идея. Я могла бы, кончено, снова рискнуть быть пойманной, пробраться в учительскую колледжа и покопаться среди сданных работ, выискивая одну-единственную, с похожим почерком. Я представила, как пытаюсь взломать сначала дверь кабинета, а потом – шкафа с документами или как бесконечно долго подбираю пароль к электронной почте учебного заведения и ищу все прикрепленные к документам поступивших сканы мотивационных писем.

Но можно было обойтись и без этого. Все так удачно совпало – мне достаточно было предложить Линде организовать благотворительную ярмарку для сбора части средств. Так я помогу и родному городу, и семье мэра. Ну а раз мероприятие посвящено экологии, можно предложить провести накануне конкурс студенческих проектов. Работы победителей и лауреатов будут проспонсированы из собранных на ярмарке средств. Свои предложения учащиеся по традиции напишут от руки, а я буду оценивать их, как один из членов жюри. Ноль процентов быть заподозренной в каком-то умысле. Сто процентов пользы и доступ ко всем почеркам, если только мне удастся договориться с Линдой и заменить одно занятие у всех студентов экоинициативой. Сгорая от нетерпения и понимая, что не смогу потерпеть до личной встречи, я снова достала телефон и отправила Линде сообщение: «Надо организовать благотворительный сбор средств в поддержку экоинициативы. Есть классная идея формата!»

В частный клуб я приехала невероятно воодушевленной, с горящими глазами. Помчалась через поле, к конюшням, но нашла там только Мэттью, который чистил круп рыжей лошади все в той же широкополой шляпе, скрывающей его лицо, и рабочем комбинезоне. Я сразу же узнала Мармеладку, которую объезжал Клифф.

– Линды здесь нет. Она ушла.

Как же это мы разминулись? По моим подсчетам, мы должны были как минимум столкнуться с ней в холле. Впрочем, может, она куда-то сильно торопилась… Я залюбовалась точными, уверенными движениями Брока и захотела продлить и остановить это мгновение, когда мы оказались наедине.

– Не знаю, что бы я без тебя делала.

Эта фраза была в моем духе, а не в Аннином. Сестра бы никогда не призналась, что обязана кому-то многим. Наверно, глубоко в душе она считала это проявлением слабости. Для меня же подобная линия поведения означала силу – ведь настоящая мощь проявлялась в том, чтобы не бояться быть уязвимым.

– Это я тебе многим обязан. Так весело мне не было никогда в жизни. А столь увлекательно – тем более.

Напарник отложил щетку и вышел из стойла, засыпанного сеном.

Я замерла, не зная, как реагировать. Мэттью уверен, что я – это не я, так нельзя…

– Подожди, я все-таки должна кое-что рассказать.

Брок обнял мое лицо ладонями, от него пахло сухим лошадиным шампунем с ланолином и репейником и чем-то неуловимо приятным. Я вдохнула побольше воздуха в легкие и тихо, почти с отчаянием выпалила:

– Я – не Анна.

Я не могла позволить ему поцеловать другую девушку, когда он был уверен, что привязан к своей бесстрашной напарнице. Напарнице, чьи смешные фотографии, запечатлевшие самые дурацкие моменты карьеры, с теплотой хранил в бардачке машины. Над которой подшучивал и с которой соревновался – но всегда понарошку. Но я – это не она. Я – мягкая, не претендующая на роль лидера. Не в моей натуре было играть в соперничество, я всегда выступала за партнерство, охотно, впрочем, принимая и роль ведомой. Но захочет ли Мэттью быть именно со мной?

– Ты думаешь, я не догадался, кто передо мной? Ты на нее совсем не похожа.

Я отстранилась, ожидая резких слов и осуждения. Мэттью тем не менее сделал шаг навстречу, повесил шляпу на гвоздь рядом с воротами и продолжил:

– И мне чертовски нравится, что ты на нее не похожа. Другой вопрос, где тогда Анна? Но если бы ты знала, то вряд ли изображала бы сестру.

Напарник немного наклонился и нежно поцеловал меня, проведя тыльной стороной ладони по щеке, касаясь только тонких волосков на ней, а не самой кожи. У меня по спине побежали мурашки, и я перестала думать вообще обо всем, растворяясь в этом чистом чувстве.

– Я понимаю, почему ты решила изображать ее. И я догадался почти сразу. Даже думал рассказать шефу, но ты