Каждое надгробие будет перевернуто - Джена Шоуолтер

Уголки его губ чуть дрогнули.

— На крыльце никого нет, Джейн. Но, честно говоря, ты продержалась гораздо дольше, чем я ожидал. И призналась в большем, чем я рассчитывал.

У неё не было времени на ответ. Она уже распахнула дверь и шагнула в теплоту ночи. Конрад не отставал. Он догнал Джейн у катафалка и положил руку ей на поясницу. Его тепло, просочившись сквозь ткань платья, ласкало кожу.

— Не переживай, — тихо сказал Конрад. — На сегодня я закончил с расспросами. Я буду давать тебе столько пространства, сколько нужно, пока ты не будешь готова к большему.

Её дрожь постепенно утихла. Но, чёрт возьми, он говорил так нежно, что у Джейн защипало в глазах от подступивших слёз. Скрип дверной ручки и шорох москитной сетки прервали их разговор, избавив Джейн от необходимости подбирать слова в ответ.

Фиона распахнула сетчатую дверь и протянула небольшую коробку, не дав Джейн даже коснуться ручки:

— Это доставили, пока нас не было.

Кофе Аны!

Конрад, должно быть, прочёл этикетку и уловил связь, потому что застонал:

— Не может быть.

— Ну… — замялась Джейн, перекатываясь с пятки на носок.

— Где вы вообще пропадали? — требовательно спросила её удивительная подруга, спасая Джейн от объяснений. — Мы уже просмотрели половину постов Аны в «Хедлайнере». Подождите, пока не увидите, кого и в чём она обвинила!

Глава 7

«Экспресс-разбор в очереди!»

«Добудь свой золотой роман», Дарлинг, Миннесота

(восемь пар образовано)

Разум официально взорван. Ошеломлённая Джейн вместе с остальными членами «Команды Правды» сидела за длинным прямоугольным столом в столовой, заваленным бумагами. За их спинами виднелись облупившаяся жёлтая ламинированная столешница и два деревянных стула с бочкообразными спинками, отделявшие обеденную зону от кухни.

Вчетвером они разбирали каждый пост, который Ана опубликовала в «Хедлайнере» под своим секретным никнеймом. Эти посты содержали то, о чём журналистка не упоминала в других своих записях (по крайней мере, не в тех, которые фотографировала Джейн).

Похоже, в окрестностях Аврелиан-Хиллз бродил поджигатель.

Кто-то мог попытаться отравить всех прихожан Первой общественной церкви мясным рулетом на воскресном обеде.

Контрабандисты, перевозившие сыр, использовали старые шахтные фонари для связи друг с другом.

В подвале пекарни Холта тайно работало подпольное казино.

А самое главное, Джейн опознала более половины из шестнадцати участников быстрых свиданий по их прозвищам. EDTKTT никогда не стеснялась в выражениях и не скупилась на свои клеветнические обвинения.

Большую часть своей желчи она выливала на «Грабителя» — того, кто якобы украл наличные и другие вещи у множества участников быстрых свиданий.

Грабитель… Робби… Совпадение[5]? Джейн так не думала.

Конрад, Бо и Фиона засиделись в коттедже далеко за полночь. Все устроились на кухне, уплетая поднос куриных начос с домашним сырным соусом и вчитываясь в каждое слово на экранах своих гаджетов. Время от времени кто-нибудь зачитывал отрывки вслух для всей группы. Джейн даже осмелилась показать личный архив фотографий с места преступления своему… парню.

Возможно, если бы она повторяла это слово снова и снова, его было бы легче принять.

Парень, парень, парень…

Её… парень то и дело переводил взгляд с фотографий на её лицо и обратно.

Нет, легче не стало.

— Я хочу знать, как ты умудрилась сфотографировать содержимое сумочки мёртвой женщины? — пробормотал Конрад и покосился в сторону Бо. — Кстати, зум на Ролекса — отличный ход. Я просмотрю всю запись целиком, прежде чем уеду сегодня.

— Не уверена, что это хорошая идея, — начала Джейн. Ей не хотелось подставлять Бо.

— Смирись. Это произойдёт.

Она тяжело вздохнула:

— Ладно.

Бо покачал головой, словно опечаленный:

— Ты худшая преступница на свете.

— Хочешь сказать, что я так же плоха в совершении преступлений, как ты во флирте? — спросила Джейн своим самым ехидным тоном, вызвав смешок у Фионы. — Если да, то я, пожалуй, даже обижусь.

В глазах Бо заискрилось веселье.

— Ладно, двигаемся дальше. Думаю, мы все согласны, что брата и сестру Уэйнсов нужно допросить?

— Этим займётся агент Хайтауэр, — тут же вставил Конрад. — И думаю, мы также можем согласиться, что Джейн не должна проводить никаких допросов.

— А я считаю, должна, — возразила Фиона, бросив на него полный снисходительного сочувствия взгляд. — Учитывая, что мы с ней со-капитаны нашей команды, ваше мнение, мальчики, не учитывается.

Джейн послала воздушный поцелуй своей лучшей во всём мире подруге, но тут же испортила весь эффект, зевнув так широко, что едва не вывихнула челюсть. Вот это да. Усталость брала своё.

— Ладно, нам пора, — поднимаясь с места, сказал Конрад.

Друзья помогли ей прибраться и вскоре разошлись; последним из передней двери вышел агент. Он задержался на пороге, окинул Джейн долгим взглядом и легонько провёл пальцами по её руке.

— Я худший повар на свете, — заявил Конрад. — Однажды я приготовлю тебе ужин, и ты навсегда перестанешь беспокоиться о том, что влюбишься в меня.

— Ты уверен? По-моему, фартук только подчеркнёт твои эффектные мышцы. Как я смогу устоять?

Он усмехнулся своей фирменной кривой улыбкой и направился к пикапу Бо. Джейн вздохнула — глубоко, печально и мечтательно.

В ту ночь она, как обычно, прижалась к Ролексу, но впервые не могла уснуть. Мысли не давали покоя. Каждый раз, стоило ей подумать о Конраде (а это случалось часто), она усилием воли заставляла себя переключиться и начать строить планы. Планы, которые и воплотила на следующее утро, предварительно заварив чашку кофе Аны.

Этот холодный фирменный бленд требовал длительного времени настаивания, почти как чай. Поэтому Джейн оставила его завариваться в большой дорожной кружке, пока ехала в Музей золотой лихорадки — второй поход туда менее чем за два месяца. Конрад и Бо наверняка подняли бы шум, если бы узнали, но что с того? Они были слишком грозными, чтобы провернуть такое дело. Кто бы им доверился? К тому же Джейн в каком-то смысле не терпелось ткнуть их носом в свой успех. Но лишь в каком-то смысле, так что всё было в порядке.

Порыв прохладного воздуха взъерошил её чёлку и поля шляпы, когда она шагнула через тяжёлые дубовые двери музея, спасаясь от слепящего солнца и палящего зноя. Здание, когда-то служившее судом, призванным внушать трепет, теперь стало домом для самых ценных городских реликвий. Каждый год экскурсоводы подбивали школьников разглядывать красные кирпичные стены в поисках крупинок золота, которые, по слухам, были вкраплены в глину.

Джейн заплатила за вход и расстроилась, не увидев за стойкой регистрации ни Эбигейл, ни Робби. Во время прошлого визита она заметила ещё одну