Каждое надгробие будет перевернуто - Джена Шоуолтер

Она прошла по теперь уже знакомому коридору, увешанному портретами. Цокот её невысоких каблуков эхом разносился в тишине, привлекая взгляды других посетителей. Одна мать притянула к себе двоих детей, обняв каждого, словно защищая своих детёнышей от свирепого зверя. Пара пожилых людей прижалась друг к другу и зашепталась.

Ясно. Слухи о том, что девушка с кладбища могла быть причастна к очередному убийству, явно успели разлететься по городу.

Джейн это почти не волновало — честное слово, — только в груди стало тесно по другой причине, вот только она не могла понять, по какой именно.

Проходя мимо выставки «Золотая лихорадка!», она задумалась: а вдруг Ана была права? Могла ли Эбигейл украсть и подменить некоторые документы? В частности, те самые, которые пожертвовала сама Джейн: записи из дневника её предка, состоявшего в «Ордене Семи» — тайном обществе золотопоклонников. Проверить экспонат — её следующая задача.

Сначала Уэйнсы. С четырьмя уликами против неё Эбигейл сразу вырвалась в лидеры:

1) подозреваемая в причастности к нападению на «горячего доктора»;

2) охота за предполагаемым золотым кладом на кладбище;

3) явная неприязнь к Джейн;

4) связь её брата с «быстрыми свиданиями» и самой Аной.

Возможно, Эбигейл действовала в одиночку. А может, брат помогал ей или даже руководил всей операцией.

А может, они оба были невиновны… Нет, вряд ли.

Джейн заметила стойку информации — круглый стенд, покрытый рисунками школьников в персиковых тонах. На стене за ним красовалась яркая фреска с изображением старателей, добывающих золото. О, за стойкой Робби!

Он сидел один перед компьютером, его внимание было приковано к экрану. Те же густые тёмные волосы, которые она смутно помнила со школьных времён. Джейн ускорила шаг, направляясь в его сторону.

Подойдя ближе, она расправила складки своего фиолетового платья и прокашлялась.

— Привет, Робби! — Поморщившись от собственного чересчур восторженного тона, Джейн тут же натянула улыбку и вытянула шею, чтобы придать шляпке нужный наклон и отгородиться от всего остального мира.

Его темноволосая голова дёрнулась на её приветствие. Зрачки карих глаз сузились, парень побледнел, узнав её, затем поспешил скрыть свою красноречивую реакцию за вежливой маской:

— Здравствуйте и добро пожаловать в Музей золотой лихорадки, где вам не придётся копать, чтобы найти сокровище. Чем могу помочь?

Они никогда толком не общались, хотя учились в одной старшей школе. Он был на два года младше и так же популярен, как его сестра, а лучшим другом Джейн в те годы был школьный уборщик, мистер Харви.

— Где Эбигейл? — спросила Джейн, добавив своей улыбке ещё больше сияния: мол, мне можно доверять, я сладкая, как мёд.

— Сегодня у неё выходной, — настороженно ответил парень. — А что?

Какое разочарование. Ладно, раз уж начала — придётся идти напролом.

— После смерти доктора Хотчкинса Эбигейл мне здорово помогла, и я хотела бы отплатить тем же. — Отчасти она говорила правду, ведь именно Эбигейл подкинула ей первую зацепку про «горячего» доктора и его пресловутые «инъекции витамина D в смотровом кабинете». Это были её слова, не Джейн. — Я пришла сказать, что по городу ходят жуткие слухи. О ней… и о тебе тоже.

— Обо мне? — Его рука дрогнула, когда он потянулся к банке газировки, спрятанной за стендом с рисунками. Глоток, второй, третий. — Что говорят?

Вопрос прозвучал сдавленно, словно он изо всех сил пытался его сдержать.

Хм. Любопытная реакция. Парень явно был заинтригован.

Пора войти в роль. Джейн посмотрела налево, направо, потом снова налево, убедительно изображая потребность в секретности, затем наклонилась над стойкой и прошептала:

— Кто-то обвинил вас двоих в убийстве Татианы Айронс. — «Это была я». Но пока не стоило упоминать дневники Аны.

Робби вскочил на ноги, газировка плеснулась ему на руку, стул откатился назад. Его лицо побелело как полотно.

— Я не делал этого! И Эбби тоже! — Его голос прогремел на весь зал, и все вокруг обернулись. Пожилая сотрудница приложила палец к губам, призывая к тишине. Робби суетливо нащупал пачку бумажных полотенец под столом и принялся промокать пролитую жидкость. — Я ненавидел Ану, но я бы никогда её не тронул. Ни за что.

— Почему ты её ненавидел? Вы же встречались, верно? Гас сказал, у вас была какая-то ссора.

Брови Робби сошлись в хмурой складке, пока он швырял мокрые полотенца в мусорное ведро.

— У Гаса слишком длинный язык.

«Что правда, то правда», — мысленно согласилась Джейн. Нервная привычка или попытка отвести от себя подозрения?

— Ана опустошила мои счета, — огрызнулся Робби. — Забрала всё до цента. Думаешь, почему я здесь на второй работе?

Погодите.

— Ана украла у тебя деньги? — Та самая бескомпромиссная журналистка?

— Клянусь жизнью, это сделала она. Я обнаружил кражу всего за неделю до её смерти. — Он рухнул в кресло и откинулся назад, словно вся тяжесть мира навалилась на его плечи. — Я предъявил ей обвинения, а она свалила всё на какого-то парня. Мол, он подставил её, чтобы сбить со своего следа. Но я-то знал лучше. На наших свиданиях Ана постоянно задавала личные вопросы. Информацию, которую она наверняка использовала для входа в мои аккаунты.

Инстинкты Джейн забили тревогу. Здесь явно что-то было. Должно быть. «Грабитель» — вор со свиданий. Это не совпадение. Значит, Робби — не «Грабитель»?

— Она случайно не упоминала имя этого парня?

— Упоминала. Это Блейк Кроуфорд, риелтор из Атланты. Да, я копался в его жизни в интернете, — он уставился на Джейн так, словно она была виновата во всех его бедах. — Но я с ним не разговаривал. Вообще ни с кем не разговаривал.

Агент по недвижимости вполне мог быть в курсе всех секретов нелегальных посадок на участке. А что, если Ана и правда обобрала Робби, а всё её теории и статьи — лишь безумные домыслы? Что, если она и этого Блейка обчистила, планируя стравить одну жертву с другой? А если у Блейка была какая-то связь с «быстрыми свиданиями» или даже с Тиффани и Джейком…

Хм… Блейк, Джейк. Могли ли рифмующиеся имена что-то значить? Загадка на потом.

А если Блейк обокрал Робби и подставил Ану? Что тогда?

В любом случае Джейн только что наметила для себя следующего подозреваемого.

— Ты сказал, что ни с кем не разговаривал. Кроме полиции, верно?

— Ты шутишь? — Робби провёл рукой по волосам. — Сначала я обвиняю Ану в краже, а через неделю она мертва. У меня нет желания привлекать к себе лишнее внимание. Пока и если копы не навестят меня сами, я буду молчать.

Уф…

— Тогда почему ты рассказываешь мне?

Робби невесело рассмеялся.