Прощайте, господин полковник! - Леонид Сергеевич Колосов

— В том-то и дело! Очень уж все гладко идет. До неправдоподобия гладко и успешно. Так вот слушайте: Россу надо подобрать какого-нибудь типа, не очень ценного и не очень умного, чтобы он попал в поле зрения советской контрразведки вместе с Россом…

— Но мы же подставим Росса!

— Не подставим, а проверим… Дело очень серьезное, Стенли. Появились какие-то подозрительные неясности по работе Росса в прошлые годы…

— Ну, а если все-таки он чист, мы же завалим вместе с Россом и Ладу…

— Ладу законсервируем на время и запретим Россу с ней встречаться. Кстати, вы, Стенли, попробуйте походить за Россом в свободное время. Незаметно. Что-то у него не так с этой ученой дамой. Посмотрим, будет ли он с ней встречаться после запрета… Так кто у вас есть для Росса?

— Не знаю, что подумать… Впрочем, имеется некто Евгений Редькин. Мы ему дали псевдоним Спартак — он болельщик этой футбольной команды. Его подцепил один из наших оперативных работников в ресторане. Работает на одной из московских фабрик. Пьет, жаден до денег. Представился как высококвалифицированный рабочий, но мнит себя непонятым интеллигентом. Сразу же пошел на контакт. Дал согласие работать с нашей службой за деньги. Говорил, что имеет много школьных приятелей, которые ныне работают в важных институтах. На наше письмо руководству, которое вы, генерал, кстати, подписали, пришло разрешение использовать Редькина в качестве наводчика, но очень осторожно…

— Прекрасно. Принесите мне, Стенли, все материалы на Редькина, а я дам указание Россу начать с ним работу.

Забегая вперед, скажем, что этот замысел генерала провалился.

Прошло несколько месяцев. Однажды в вечернем выпуске газеты «Известия» появилась небольшая заметка:

«Органами государственной безопасности СССР арестован советский гражданин Редькин Е. А. При аресте у него обнаружены и изъяты разведывательные задания, шифры, инструкции по поддержанию конспиративной связи и другие материалы, неопровержимо свидетельствующие о шпионской работе с Редькиным представителей одной западной разведки, действующих под видом сотрудников посольства… Ведется следствие».

А еще через некоторое время в той же газете появилась статья, которую генерал Горио попросил немедленно перевести, чтобы отправить срочной почтой начальству.

«Вот какие показания дал Евгений Редькин, — читал вслух генерал статью сидевшему перед ним Майклу Стенли. — День 17 ноября я запомнил хорошо, потому что по телевидению должны были транслировать футбольный матч с моей любимой командой. Договорился с мастером, что уйду пораньше с работы. Приехав домой, я разделся и включил телевизор. И тут же раздался телефонный звонок. Знакомый иностранец сказал, что для меня заготовлен пакет, и предложил немедленно забрать его, подробно объяснив, где расположен тайник. Я спросил, можно ли поехать завтра, чтобы изъять тайник. «Нет, только сегодня», — категорически заявил он. Приехав к названному месту и найдя телефонную будку, за которой находился тайник, я решил пойти дальше, чтобы убедиться, не следят ли за мной. Не заметив ничего подозрительного, я подошел к телефонной будке и вытащил предназначавшийся мне тайник. Это была грязная рабочая рукавица. Вернувшись домой, я рассмотрел, что в ней находилось…»

Генерал Горио перевел дух, отпил несколько глотков чая, откашлялся и продолжал читать комментарий журналиста:

«Наступило время рассказать о неблаговидных делах, которыми занимаются в нашей стране натовские разведчики, выступающие в роли сотрудников посольства… Скажем сразу, видно, неважно идут дела у этих спецов, если в лихорадочных поисках предателей, готовых продавать сведения, составляющие государственную тайну, они вступают в шпионский сговор с людьми, подобными Редькину».

Далее в статье подробно было рассказано, как мог опуститься на последнюю ступень подлости тридцатилетний парень — Е. Редькин, который практически все получил от общества и ничего не дал ему. Бесплатное среднее образование, потом бесплатное профессиональное, затем хорошо оплачиваемая специальность. Так в чем же дело? Все оказалось банальным и мерзким. Редькин хотел иметь очень много денег, но не хотел работать. В 15 лет вместе со своим приятелем он совершил несколько краж. Проникнув через окно в школу рабочей молодежи, они украли девять радиотрансляционных динамиков и пять пар дамских туфель: со станкостроительного завода стащили вентилятор и 16 служебных удостоверений.

Осудили парней условно, так как они были несовершеннолетними. Потом Евгений поступил в производственно-техническое училище. Но и здесь не изменил своим привычкам. С очередным дружком Редькин взломал замок кондитерского киоска в парке «Сокольники» и основательно обчистил его. На сей раз жулику пришлось отвечать перед судом уже как совершеннолетнему. Три года исправительно-трудовых работ — таков был приговор.

Выйдя из заключения, Редькин вроде бы взялся за ум. Поступил работать уборщиком вагонов в метро, затем стал помощником машиниста, закончил вечернюю школу рабочей молодежи. И вдруг новый зигзаг: алкоголь. Он меняет места работы, так как прогульщика и пьяницу никто не хочет иметь в рабочем коллективе. Пьянство, ставшее страстью, привело в конце концов Редькина к поискам нечестных путей для обогащения.

Идея вступить в шпионскую сделку с натовской разведкой пришла во время очередного загула в ресторане. Случайным соседом по столу оказался иностранец, неплохо говоривший по-русски. Был он любезен и щедр на угощение, расточал комплименты в адрес нового знакомого, намекал на возможность хорошо заработать. Редькин раздумывал недолго — впереди замаячили радужные перспективы «сладкой жизни». Он уже ярко представлял себе возможные дивиденды от дружбы с Ваней (так представился ему иностранец).

Вскоре в квартире Редькина зазвонил телефон. Мужской голос с иностранным акцентом, а это был Ваня, напомнил о ресторанной встрече. Потом были новые звонки, встречи, расспросы, становившиеся все более и более детальными и откровенными. Сотрудник посольства уже не скрывал, какое ведомство он представляет…

В грязном свертке, который со страхом изъял из тайника Редькин, помимо всего прочего, находилось инструктивное письмо. Вот фрагмент из указанного послания:

«Дорогой друг! Хотя мы и хотели встретиться с вами, но этого не могли сделать, пока полностью не уверились, что это безопасно. Предпринимая меры предосторожности и тщательно планируя наши действия, мы можем безопасно работать вместе. Я искренне надеюсь, что наши взаимоотношения будут на долгий срок и взаимовыгодными…»

Заметим тут же, что «тщательного планирования» не получилось, «меры предосторожности» не помогли, «долгие и взаимовыгодные отношения» не сложились…

Кроме инструктивного письма, в рукавице аккуратно запакованные в целлофановый пакет лежали: специальная копирка для изготовления тайнописных посланий, инструкция для их зашифровки, блокнот с шифром, письма на английском языке от имени туристов, якобы находящихся у нас в Союзе. Эти письма Редькин после нанесения на них тайнописных донесений должен был отправлять на подставные адреса.

Инструктивное письмо подписал Ваня. Натовский разведчик, скрывавшийся под этим именем, и те, кто