Убийство, кино и немного книг - Элли Александер

– Это и правда веский мотив. – Сделав заметку, она оглядела пустой зрительный зал. – А вы, случайно, не помните, где сидела Хезер?

– Она сидела в первом ряду, – указала я в его направлении. – Первые два ряда были зарезервированы для VIP-гостей, но прямо перед тем, как убили Мартина, она встала со своего места.

Доктор Колдуэлл перестала писать и подняла ручку, словно мои слова дали ей ключ к разгадке.

– Встала с места?

Я кивнула.

– В фильме был жуткий эпизод с мигающими кадрами. Его было сложно смотреть, потому что глаза начинали болеть. В этом фильме не хватает предупреждения для людей, страдающих припадками. Я заметила, как Хезер поднялась с кресла и побежала по проходу, вон туда, прямо посреди той сцены, – указала я пальцем налево.

– Вы видели, куда она ушла?

– Нет. Я продолжала смотреть фильм, но вспышки на экране были такими резкими, что мне пару раз пришлось закрыть глаза.

– Интересно. – Доктор Колдуэлл сделала еще одну пометку. – Вам есть что добавить?

– Единственное, что я хотела сказать, – это то, что Хезер была не единственным человеком, у которого был мотив для убийства Мартина. Вчера вечером на ужине в честь открытия кинофестиваля мне стало очевидно, что его вообще не любят. Сэм, продюсер, ворвался на кухню и угрожал его убить.

– Хм-м-м.

Доктор Колдуэлл что-то нацарапала в блокноте, не сводя с меня пронзительного взгляда голубых глаз.

– Мартин и Руфус подрались на вечеринке. Мартин дотронулся до каких-то из редких пленок, которые принадлежат Руфусу, и тот потерял самообладание. Он взорвался. Если бы нас там не было, думаю, он бы его вырубил.

– Продолжайте.

Она постучала кончиком ручки по краешку листа.

– Кора, молодая актриса, что-то упоминала о том, что Мартин губит карьеры. Не знаю, говорила ли она в общем или имела в виду собственную карьеру, но в том, как они между собой взаимодействовали, было что-то странное. И с Иззи, режиссером, та же история. Они с Хезер, мягко говоря, не слишком близки, и все же Мартин ее пригласил. Странно, не правда ли?

– Довольно странно. – Доктор Колдуэлл что-то изучала в блокноте. – Энни, спасибо за вашу проницательность. Я знала, что могу на вас рассчитывать. Пожалуйста, продолжайте наблюдения. Я была бы признательна, если бы вы продолжили делиться со мной любой дополнительной информацией.

– Разумеется.

Она замялась.

– Давайте встретимся. Мне очень жаль, что нас вновь свели подобные обстоятельства, но я подумала, что, возможно, вам нужно время, чтобы обдумать мое предложение и все, что мы обсуждали. Когда будете готовы, можем выпить кофе.

– Ладно, ага. Спасибо.

У меня в горле начало жечь, словно меня ужалила пчела. Я боялась, что не сдержусь.

– Спасибо, Энни. – Доктор Колдуэлл потянулась к моей руке, но в последний момент отдернула ладонь, словно переступила границу дозволенного. – Кто-нибудь из моих офицеров возьмет у вас официальные показания, так что далеко не уходите, пожалуйста.

– Конечно.

Она жестом пригласила Хэла, чтобы допросить его следующим. Я вернулась к нашей маленькой группе.

– Она еще что-нибудь сказала? – спросила При, протягивая мне коробочку Junior Mints. – Съешь немножко, все-таки это шоколад. В любой непонятной ситуации ешь шоколад.

– Тут не поспоришь. – Я высыпала несколько конфеток себе на ладонь. – Почти ничего. Я рассказала ей про Хезер. Вы ведь тоже видели, что она вышла из зала прямо перед тем, как Мартина убили?

При слепила вместе две Junior Mints и закинула их себе в рот.

– Нет. Я это пропустила.

– Я ее видел, – сказал Лиам, указывая пальцем на первый ряд. – Она выглядела так, будто сбегает с места преступления. В тот момент мне показалось, что это забавно, учитывая атмосферу фильма. А теперь я думаю, что она шла на место преступления.

– Это было во время той сцены с мельканием, да?

От мятной конфетки у меня защипало во рту.

Лиам кивнул.

– Да, и она побежала прямо вдоль прохода.

Я не привыкла, чтобы он со мной хоть в чем-то соглашался. Меня это нервировало.

– Обязательно скажи доктору Колдуэлл, что ты ее тоже видел.

– А с чего вдруг я не должен этого сделать? – огрызнулся он.

Вот теперь он был больше похож на того Лиама Донована, к которому я привыкла.

– Я просто говорю, что будет здорово, если у нее будет несколько свидетелей, которые видели одно и то же. Это поможет ей с расследованием.

Во время учебы я узнала, что наличие нескольких свидетелей помогает лучше понять общую картину произошедшего. Если их показания совпадали, то это еще больше увеличивало вероятность того, что информация была достоверной.

Флетчер потер ладони, словно пытаясь смыть с них воспоминания о сцене убийства.

– Это напоминает «убийства в запертой комнате» золотого века детектива. Как кто-то смог сбросить Мартина с балкона посреди премьеры фильма и при этом остаться незамеченным?

– Что за «убийства в запертой комнате»? – спросил Лиам, нахмурив брови.

– Это сюжет, ставший популярным в золотой век детектива[18], – объяснил Флетчер, переходя на профессорский тон. – Невероятное, казалось бы, преступление, например совершенное в закрытой изнутри комнате. Как убийца проник внутрь и вышел, а в данном случае – как ему удалось сбросить через перила взрослого мужчину на глазах у сотен свидетелей?

– Все дело в правильном выборе момента, – сказала я вслух. – Та сцена с мигающими кадрами. Как же я на себя зла за то, что закрывала во время нее глаза, потому что теперь не помню всех деталей, но могу поклясться, что там было тело, падающее с утеса. Я правильно запомнила?

Тут вмешалась При. Она заговорила, набив рот конфетками Junior Mints:

– О боже, да! Энни, ты просто супер. У меня это вылетело из головы, но теперь, когда ты сказала, я вспомнила, что видела падающий труп.

– Думаю, это дело рук Хезер, режиссера, – предположил Флетчер. – Она точно знала, когда будет эта сцена, и покинула зал прямо в этот момент.

– Возможно.

Я пока не была готова делать окончательные выводы. Это было еще одним важным аспектом следствия, который я усвоила во время учебы в университете. На данном этапе было слишком рано что-либо исключать или сужать круг подозреваемых. Было крайне важно допускать любые варианты. В противном случае если детектив сосредоточится на одном подозреваемом или версии, то может невольно направить расследование по ложному пути, недооценивая или упуская из виду улики или показания свидетелей, которые не вяжутся с его гипотезой.

– Хезер что-то упоминала о том, что фильм перемонтировали и отредактировали, когда умоляла Мартина повременить с отправкой