Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

Сяотун сделала две важные вещи. Сначала она отвела сына в лучшую клинику Лиши на консультацию к психологу. Отбросив все страхи, она подробно рассказала врачу о событиях годичной давности и попросила провести полное обследование.

Перед тестами мать взяла с Сяоляна обещание:

– Будь честным. Больше никакого притворства.

Мальчик серьезно кивнул.

Результаты не заставили себя ждать.

– Интеллект полностью сохранен, – сообщил врач. – Очень смышленый ребенок.

Оказалось, Сяолян детально описал врачу все, что видел и пережил год назад…

Той ночью он поужинал и уснул, а проснулся, когда мама уже перенесла его на балкон. Папа все еще лежал без сознания в гостиной, в комнате стояла жаровня. Сквозь стеклянную дверь он увидел, как мама сначала хотела перетащить папу на балкон, но передумала. Вместо этого она взяла диванную подушку и… Сяолян все понимал, но не мог пошевелиться. Произошедшее стало для мальчика ударом: папа хотел убить их всех, а мама убила папу у него на глазах. События той ночи вызвали посттравматическое стрессовое расстройство. Врачи в Цзинчжоу ошибочно связали состояние мальчика с отравлением угарным газом и даже заподозрили умственную отсталость.

На самом деле Сяолян закрылся в себе, не сумев принять ужасную правду. Услышав диагноз врачей, он начал притворяться слабоумным – так ему было легче избегать реальности. Это была чисто психологическая проблема, никак не связанная со слабоумием.

Су Сяотун спросила врача:

– Можно ли исправить ситуацию?

– К счастью, вы не затянули, – ответил психолог. – Ребенок как раз в критической фазе развития. Длительное притворство могло изменить его самоидентификацию – он бы и правда начал верить, что слабоумный.

Су Сяотун с облегчением вздохнула: они подошли так близко к краю, но, к счастью, сумели удержаться. Еще немного, и было бы поздно. Она договорилась о курсе терапии для сына.

Затем мать с ребенком пришли в уголовную полицию. Су Сяотун добровольно созналась Тань Юну во всем.

Через два месяца городской суд Лиши вынес решение: Гу Лэя за предумышленные убийства приговорили к смертной казни, Фань Кэ за организацию и соучастие в преступлении получил десять лет лишения свободы, Шэнь Фэнся за покушение на убийство с учетом смягчающих обстоятельств (явка с повинной) дали четыре года, Су Сяотун осудили за предумышленное убийство, но с учетом исключительных обстоятельств (попытки мужа убить ее и ребенка) и явки с повинной дали пять лет.

Все четверо признали приговор.

Эпилог

Три года спустя ворота тюрьмы Лиши медленно открылись, и Су Сяотун, в простой одежде, вышла к аллее, ведущей на волю. Вдали, у входа, она сразу заметила ожидавшего ее Тань Юна.

– Поздравляю с досрочным освобождением за хорошее поведение, – улыбнулся он, подходя.

– Спасибо, Лао Тань. Знаю, ты за меня замолвил словечко перед начальством.

– Ты заслужила. Помощь в раскрытии дела три года назад – это существенный вклад. Без этого никакие уговоры не сократили бы срок. Поехали! – Он открыл дверь служебной машины.

– Сяолян в школе? – спросила Су Сяотун, пристегиваясь.

– Да, поэтому не смог тебя встретить. Но вы увидитесь после уроков.

– Эти три года… Спасибо, что заботился о нем. Прости за хлопоты.

– Что ты! Моя дочь уехала учиться за границу, так что нам как раз не хватало ребенка в доме. Сяолян такой воспитанный мальчик, отличник – вообще никаких проблем. Доу Хуэй его просто обожает. Когда узнала, что он уедет от нас, даже расстроилась.

Су Сяотун улыбнулась:

– Он и теперь сможет часто бывать у вас. Сяолян вам уже как родной.

– Ха-ха, и то правда!

Машина плавно двигалась по дороге. Су Сяотун приспустила стекло, вдыхая свежий воздух и рассматривая знакомые, но давно не виденные пейзажи. Воздух-то везде одинаковый, но, когда в нем есть вкус свободы, он кажется особенно сладким.

Через пятнадцать минут Су Сяотун заметила, что Тань Юн свернул не в сторону «Юэхайваня», а на кольцевую дорогу.

– Мы разве не домой едем?

– Нет, сначала я хочу кое-куда тебя свозить.

– Куда именно?

– Увидишь через пару минут.

Су Сяотун не стала больше расспрашивать и погрузилась в созерцание мелькающих за окном видов.

Вскоре машина остановилась перед прекрасным поместьем.

– Приехали, – объявил Тань Юн.

Су Сяотун вышла и увидела вывеску «Поместье Юэхай» и рядом вертикальную табличку: «Пансионат Сиань».

– Что это? – удивленно посмотрела она на Тань Юна. – Зачем мы приехали в пансионат?

– Зайдем внутрь.

Они вошли в ворота и оказались в просторном уютном дворике с цветущими растениями в кадках. Пожилые люди за столиками играли в карты и беседовали.

Пройдя через двор, Тань Юн и Су Сяотун попали в здание. На первом этаже располагались библиотека, столовая, кафе и игровые комнаты – все с просторными балконами, выходящими на озеро. Пенсионеры читали книги и пили чай, наслаждаясь чудесным видом.

– Ну как, место ничего? – спросил Тань Юн. – Пять этажей, сорок с лишним номеров, половина – с видом на озеро.

– «Ничего» – это слабо сказано! Неужели ты решил, что мне уже пора на пенсию? – пошутила Су Сяотун.

– Вовсе нет. – Тань Юн усмехнулся и кивнул куда-то за ее спину: – Оглянись-ка.

Обернувшись, Су Сяотун ахнула: за ее спиной стояли Ли Сюэли, Фань Линь, Ван Синсин и Хань Лэй.

– Как вы все здесь оказались?!

Соседи по очереди обняли ее, поздравляя с освобождением. Фань Линь пояснила:

– Мы же владельцы этого центра!

– Что?!

– Помнишь наследство Ямэй? Оно досталось только нам четверым. По шестьдесят с лишним миллионов каждому, выплачиваемых в течение двадцати лет, – это больше трех миллионов ежегодно. В первый же год у нас было двенадцать миллионов. Интересно, как мы их использовали?

Су Сяотун кивнула.

– Я купил спорткар, – признался Ван Синсин.

– Мечта сбылась, – улыбнулась Су Сяотун.

– А мы с Фань Линь устроили шопинг-марафон в Шанхае. Накупили кучу сумок, платьев и туфель, – добавила Хань Лэй.

– Как вы и планировали, – рассмеялась Су Сяотун.

– Я купила новую квартиру, вышла за Ма Цяна и укатила в роскошное свадебное путешествие, – рассказала Ли Сюэли.

– Ой, ты замужем! Поздравляю!

– Еще мы оплатили обучение дочери Лао Тана за границей – все траты до самого выпуска. А потом… деньги остались, а идей не было, – пожала плечами Фань Линь. – Тогда Сюэли, как в старые времена, предложила: «Давайте создадим настоящую „Большую семью“!»

– Мы сразу согласились, – подхватила Хань Лэй. – Ямэй занималась благотворительностью, и учитель Юань тоже одобрил бы. Вот мы и подумали: почему бы не сделать что-то поистине важное?

– Так мы и купили «Поместье Юэхай» – в кредит на несколько лет, переделали в пансионат, – объяснила Ли Сюэли. – Сначала хотели сделать его совсем бесплатным, но Ван Синсин предупредил, что это вызовет излишний ажиотаж. Поэтому ввели символическую плату – только на