Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Значит, через месяц после нашего переезда в Лиши Гун Ямэй, проникшись симпатией к нам, и особенно к Гу Лэю, решила сделать нас наследниками, – медленно проговорила Су Сяотун. – Она позвонила адвокату Фэну. Ся Ци подслушала их беседу через «жучок» и сообщила о ней Фань Кэ, а тот – Гу Лэю. И тогда Гу Лэй решил, что цель достигнута и можно убивать Гун Ямэй?

– Именно так.

– Чья это была идея – убить ее?

– Гу Лэя. Каким бы жестоким ни был Фань Кэ, на убийство собственной матери он не пошел бы. Он знал о ее слабом здоровье и рассчитывал дождаться ее естественной смерти, а потом уже устранить с Гу Лэем остальных наследников. Но Гу Лэй не стал медлить…

Су Сяотун ненадолго замолчала.

– Значит, Гу Лэй убил Гун Ямэй по собственной инициативе, не посоветовавшись с Фань Кэ? – спросила она.

– Да.

– И Фань Кэ ничего не предпринял? Позволил ему убить свою мать?

– После смерти Гун Ямэй Фань Кэ, конечно, заподозрил Гу Лэя. Но тот не признался, а у Фань Кэ не было доказательств – пришлось смириться. Гу Лэй знал: даже если Фань Кэ его подозревает, он ничего не сможет сделать и уж точно не пойдет в полицию. Если Гу Лэя арестуют, план Фань Кэ рухнет, и он не получит наследства. Да и объективно смерть Гун Ямэй была ему выгодна.

– Как Гу Лэй заманил ее в беседку у залива? – спросила Су Сяотун.

– План ее убийства он продумал давно. Гу Лэй неоднократно контактировал с Фань Кэ, они много раз разговаривали по телефону. Он потратил кучу времени, чтобы имитировать его голос и манеру речи. У Фань Кэ низкий голос – подделать его было несложно. В ту ночь, когда вы с Ся Ци, Хань Лэй и остальными пошли в бар, Гу Лэю выпал идеальный момент. Он замаскировался, вышел из жилого комплекса, специально выбрал шумное место и, выдав себя за Фань Кэ, позвонил Гун Ямэй с левого номера. Сказал, что приехал в Лиши и хочет увидеться с матерью. Хотя Гун Ямэй когда-то и разорвала с ним отношения – какая мать совсем не скучает по сыну? Услышав его голос, она сразу бросилась к месту встречи – к той самой беседке. Но вместо сына ее ждал Гу Лэй. Тогда он и столкнул ее в воду.

Сяотун закрыла глаза, нахмурив брови.

– А про инцидент с отравлением куриным супом ты сама все знаешь. Гу Лэй купил таблетки фуросемида и подмешивал их тебе в напитки, чтобы обезопасить. Конечно, Гу Лэй тоже принимал этот препарат.

– Нет… – Су Сяотун покачала головой. – Он практически каждый день приносил мне чай или воду. Я даже подумать не могла, что он добавлял туда антидот.

Ли Бинь, до этого момента молча слушавший их разговор, наконец заговорил:

– Су Сяотун, вчера Лао Тань лишь обмолвился о плане по поимке Гу Лэя с твоей помощью. Но он не объяснил, как ты сама догадалась, что он убийца. Мне очень интересно – не могла бы ты рассказать?

– На самом деле, я начала сомневаться после слов Шэнь Фэнся, – ответила Су Сяотун. – Ее опасения были обоснованны: мы прожили в Лиши меньше месяца, когда все случилось, а мои симптомы оказались слабее, чем у других. Но в тот день я съела не меньше куриного супа, чем все остальные. И тогда я задумалась – почему так вышло? Вспомнив, что именно Гу Лэй привез меня в Лиши – якобы на экскурсию и просмотр квартир, – я впервые почуяла неладное. Зная Гу Лэя, я была уверена – он ни за что не допустил бы, чтобы со мной что-то случилось. Поэтому я заподозрила, не купил ли он заранее противоядие. Когда он уснул, я разблокировала его телефон и проверила платежи в «Вичате» и «Алипэй». И действительно – недавно Гу Лэй потратил в аптеке больше ста юаней на лекарства. Он был достаточно умен – купил не только фуросемид, но и более привычные лекарства. В истории платежей «Вичата» не отображается список приобретенных товаров, только сумма. Но Гу Лэй явно не ожидал, что я начну разнюхивать. Все было просто: я проверила домашнюю аптечку, записала ее содержимое, затем пошла в ту самую аптеку сверить цены. Оказалось, не хватало ровно двенадцати юаней. Я уточнила у продавца, какие лекарства обладают антитоксическим эффектом. И выяснилось – цена фуросемида как раз составляет двенадцать юаней! Тогда я уже почти точно знала, что Гу Лэй – убийца. Но если бы я спросила его напрямую, он бы ни за что не признался.

Поэтому вчера утром я под предлогом прогулки с Сяоляном встретилась с Лао Танем в чайной. Рассказала ему о своих подозрениях, и мы разработали план, как вывести Гу Лэя на чистую воду.

– Вау! – Ли Бинь одобрительно поднял большой палец. – Ты поступила очень принципиально. Благодаря тебе мы раскрыли дело!

– Я не могла смириться с мыслью, что живу под одной крышей с убийцей… – тихо ответила Су Сяотун.

– На самом деле, – продолжил Тань Юн, – мы рассматривали три возможных сценария. Первый: Гу Лэй спрятал фуросемид где-то в доме, мы находим его и он теряет самообладание. Второй: он выбросил упаковку сразу после использования, но когда мы «находим» лекарство (которое на самом деле купила вчера Су Сяотун), он в панике решает, что забыл его выбросить. Третий: он точно помнит, что выбросил лекарство, и тогда мы не смогли бы найти его в квартире. В любом случае мы рассчитывали, что Гу Лэй потеряет хладнокровие и выдаст себя. Но на самом деле он оставался спокойным на протяжении всего процесса и не попался в ловушку.

– Но ведь он все-таки попался! – воскликнул Ли Бинь. – Когда мы притворились, что считаем Су Сяотун убийцей, и собрались ее арестовать, Гу Лэй не выдержал и признался.

– Верно, – кивнул Тань Юн. – Все «улики» против Су Сяотун я озвучивал вчера специально для Гу Лэя. Чтобы дать ему понять: мы полностью раскрыли его метод убийства. А «арест» жены прямо у него на глазах был проверкой – сможет ли он ради любимой женщины признать свою вину.

– И он клюнул! – восхищенно произнес Ли Бинь. – Лао Тань, все сработало именно так, как вы планировали!

– Нет… Не совсем…

– Что ты имеешь в виду?

– Если вдуматься, такой хитрец, как Гу Лэй, мог легко извернуться.

– Почему?

– Потому что все пять «улик» на самом деле не были уликами. Даже если бы фуросемид действительно купил Гу Лэй, он мог бы утверждать, что лекарство нужно