Разящие огни грехов - Гера Фотич

class="p1">– Вы же всё помните, Павел, я специально не назвала причину следователю, чтобы он не стал копать глубже. Это убийство девушки с верхнего этажа всю нашу жизнь перелопатило. Семёна задержали, а я храм стала посещать, с батюшкой говорила, дала себе обет – если мужа выпустят, поеду в монастырь. Буду в благодарность молиться, чтобы настоящего убийцу арестовали. Не мог же Семён такое сотворить! Я ведь тогда солгала вам, что мы вместе девушку нашли. Не видела я её. И даже не знала, что случилось. Поссорились мы по дороге, а когда домой пришли, совсем разругались. Семён психанул и пошёл курить на улицу. Он всегда так делал, чтобы успокоиться. Жду и жду его, а он не возвращается. Я расплакалась, пошла к дочке в спальню, вместе уснули. А утром он так и не появился. Соседи с первого этажа рассказали мне, что его задержала милиция за убийство девушки. Поведали всё, что знают. Поняла я, что свидетелей у него нет и всю вину обязательно свалят на него. Вот и придумала такой спектакль с бушлатом. Если бы не уверена была в его невиновности, не солгала бы! – Елена посмотрела на Косых, ожидая возмущения, но тот был спокоен, поинтересовалась: – А вы не удивлены? Вы это знали?

– В то время не знал… – укоризненно произнёс Косых, – а на днях Соня рассказала. Вы ей за это куклу подарили! Ловко вы тогда мужу подсказали, что надо говорить. Сыграли прямо как на сцене МХАТа по Станиславскому. Сам бы он не догадался…

– Так вы бы его иначе сразу арестовали! – воскликнула Елена. – Вот скажите честно, арестовали бы? Арестовали?

– Да, арестовал, – подтвердил Косых.

– Вот видите! Я стала его единственным свидетелем, спасительной опорой в тот момент! Без меня вы бы осудили честного человека, а потом жалели – все доказательства были против него! Нельзя же просто так бросать человека в беде, а он к тому же муж был мой Богом данный, и дочь у нас росла!

– Так и было бы, арестовал, – повторил Косых задумчиво, точно подтверждая свои слова, несколько раз медленно согласно кивнул.

– О Господи, мой грех! Прости меня грешную, Господи, – Елена начала креститься, зашептала молитву. Немного успокоившись, она поинтересовалась: – А преступника так и не нашли?

– Нет, не нашли, – угрюмо сообщил Косых.

Глава 15

На блинах

Машина подъехала к дому Сомова, Елена улыбнулась, предложила:

– Пойдёмте к нам! Ольга обещала блинов напечь, у неё очень вкусно получается, с Фомой пообщаетесь и Соней!

– Не откажусь, – согласился Павел, – при моей холостой жизни выбирать не приходится! Не часто меня блинами балуют.

Оставив машину перед воротами, Косых и Елена прошли через калитку на участок.

Павел немного задержался – потрепал за ухо лежавшего на площадке пса, ласково произнёс: «Хороший пёс! Умный Палтус!» Стал тоже подниматься по лестнице.

За столом на веранде сидела Соня с сыном. Елена пожелала им приятного аппетита и пошла к себе в комнату.

Ольга хлопотала на кухне, периодически вынося шипящие на сковородке жирные душистые блинчики с поджаристой хрустящей корочкой.

В нос Косых ударил аромат выпечки, он поприветствовал гостей, спросил разрешения присоединиться.

– Конечно, садитесь, Павел Иванович, – пригласила Соня, – мы вам всегда рады! Берите варенье, какое любите – яблочное или из малины?

Косых поблагодарил и сел на стул, повернулся к Фоме:

– Как поживаете, молодой человек? Что-то не вижу особой радости на вашем лице от отсутствия утренней зарядки!

Фома сидел набычившись, он только поднял хмурый взгляд на гостя и коротко пробубнил заполненным ртом:

– Нормально.

Снова появилась Ольга и выложила очередную порцию блинов на большое блюдо:

– Угощайтесь, – ласково посмотрела на Павла, – не стесняйтесь, можете руками брать, так даже вкуснее.

– Да я так всегда делаю, – кивнул Косых, – только не часто приходится блины есть. Сам готовить не умею, вот лишь у вас и наслаждаюсь!

В дверях дома неслышно появилась Елена. Перекрестилась на икону, прошла как привидение и, не снимая с головы платок, села за общий стол. Потупив глаза, зашевелила губами.

Присутствующие, глядя на неё, притихли.

Соня вернула блин на тарелку.

Фома засунул свой в рот и стал медленно жевать, поочерёдно глядя на бабушек.

Неожиданно Елена подняла голову и всем улыбнулась, лицо её осветила радость.

– Приятного аппетита! – произнесла она ласково, тоже потянулась к тарелке с блинами.

За столом снова началось активное движение.

– Уф, наелся, – сообщил всем Фома, – пойду в комнату отдохну.

Соня вытерла руку о салфетку и погладила его по голове, тихо спросила:

– Ты не забыл лекарство помазать?

– Не забыл, – тихо буркнул сын и, выйдя из-за стола, направился к себе.

– Пожалуй, и я пройдусь, – сообщила Соня, вытирая руки полотенцем, – Ольга Матвеевна, блины у вас чудесные, если бы не диета, ела бы и ела!

Елена перестала кушать, положила блин в тарелку, с ожиданием повернулась к дочери, точно хотела что-то сказать. Но та будто не заметила этого, вышла из-за стола и стала спускаться по лестнице, направляясь к площадке, где между клумб стояли лежаки и кресла-качалки.

– На здоровье, Сонечка! – запоздало отозвалась Ольга, собрала со стола грязные тарелки с приборами и понесла на кухню.

Воспользовавшись моментом, что они остались за столом одни, Елена повернулась к Павлу:

– Я бы хотела навестить Семёна в тюрьме – давно не виделись. Это можно сделать?

– Да, конечно, – кивнул Косых, – получу разрешение у следователя, и поедем.

Неожиданно залаял пёс и кинулся к забору, натянув цепь.

В калитку зашёл Анатолий и, посмотрев по сторонам, увидел отдыхающую на шезлонге Соню, окликнул её.

– Палтус, на место! – повелительно крикнула Соня собаке, и та, опустив голову, вернулась в вольер.

Толик, придерживая пустой рукав лёгкой куртки, прошел вдоль забора и сел в кресло напротив Сони, стали беседовать.

Вернулась Ольга и снова села за стол, заботливо поинтересовалась:

– Может, кому кофейку поставить или компоту налить?

Елена покрутила головой:

– Если можно, мне чаю.

– А я с удовольствием выпью кофейку, – улыбнулся Косых.

Как только Ольга ушла, он продолжил внимательно рассматривать общение Сони с соседом. Казалось странным – что может быть общего у вернувшегося с войны пьющего инвалида и дочери Сомова? В процессе разговора Анатолий пересел к Соне на шезлонг, что-то рассказывал, жестикулируя одной рукой, изредка прикасаясь ею к своей собеседнице.

Попив чаю, Елена ушла гулять на озеро.

Ольга присоединилась к Павлу пить кофе.

Косых кивнул на беседующую пару, поинтересовался:

– Вы хорошо Анатолия знаете?

– Конечно, – отозвалась хозяйка, – он раньше жил в соседней деревне. Родители его пьянствовали, и Толю у них забрали, передали деду. Он опекунство на него оформил. А