Мы не отбрасываем тени - Ли Тонгон

Слова Ли Чинсу, доносящиеся из трубки, мозг не воспринимает. Сейчас все внимание моего тела сосредоточено на человеке, который только что зашел в туалет. Но я не слышу его дыхания. Не знаю почему, но он намеренно дышит тихо.

Кто это? Странно, что он пришел именно сюда и зачем в туалет? Подручный Ким Пхильчжона? Проследил за мной? Если так, он должен сразу проверить единственную закрытую кабинку…

Мужчина медленно шагает.

– Ну так что, Ким Пхильчжон выходил на связь?

Мужчина громко шмыгает носом и сплевывает мокроту. Шаги прекращаются. Слышен шорох. Я смотрю на дверь перед собой взглядом хищника на свежую добычу. Мужчина стоит прямо за этой дверью.

– Господин Чонхёк? Вы слышите?

Я продолжаю молчать. Точнее – не могу ответить. Мало того что я сосредоточен на человеке снаружи и не слышу Ли Чинсу, так я еще и не могу ответить вслух, выдав себя.

– Алло?

Человек снаружи явно что-то делает, но тихие звуки полностью заглушаются шумом ливня. Ли Чинсу вешает трубку. Он тоже почувствовал неладное. Холодный пот на затылке стекает вдоль позвоночника. Прохладно. Стук сердца отдает в ушах. Но я спокойно выдыхаю и собираюсь с силами. Лампа на потолке, мигающая под раскаты грома, дождь, который шумит уже как-то неестественно, и кто-то за дверью.

Убью его.

Все мысли сводятся к одному итогу. Я осторожно отодвигаю щеколду на двери кабинки и кончиком пальца толкаю дверь. Она медленно открывается. Если он стоит спиной – тихо подберусь и задушу. Если смотрит на меня – сразу брошусь в рукопашную.

Медленно открывавшаяся дверь замирает, ржавая петля издает противный звук. Сырой туалет, мужчина стоит спиной в черном дождевике. Рост 188? 190?.. Все равно: если напасть сзади, то я выиграю. Как-нибудь справлюсь. Если не получится – убью его на месте, плевать на кровь. Ли Чинсу поможет.

– О, твою мать! Напугал! Вы кто такой?!

Неподвижно стоявший мужчина внезапно оборачивается и кричит. Ошарашенное лицо; судя по положению рук и расстегнутым штанам – он просто мочился. Я замираю, тупо глядя на него. Затем хватаю сумку с пола и пулей вылетаю наружу.

Прячусь в кабинке маленького общественного туалета в подвале другого здания с выключенным светом. Это место еще более жалкое, чем предыдущее. Шума дождя здесь не слышно, но здесь еще влажнее и грязнее. Крышку унитаза то ли продали, то ли украли – ее нет, а сам унитаз залит мочой. И все же я сажусь на него. Снова ставлю сумку на пол, достаю телефон и набираю Ли Чинсу. Он сбрасывает и перезванивает сам. Принимаю вызов. Ли Чинсу молчит.

– Алло? – Спустя три секунды тишины я заговариваю первым, не выдержав.

– С вами все в порядке? – осторожно спрашивает Ли Чинсу.

– Да, ничего не случилось.

– Слава богу. Тогда, учитывая ситуацию, буду краток. Ким Тхэун сообщил, что план готов. 23-е число, 3 часа утра, квартал Пукчо, район Тэгук, 23–1, подвал.

Связь оборвалась. Безмолвный обрыв звонка вызывает вспышку ярости, но я ничего не могу сделать. Как и всегда. Сначала, чтобы не забыть, открываю заметки в телефоне и записываю: «23-е, 03:00, квартал Пукчо, район Тэгук, 23–1, подвал». Смотрю на дату в верхней части экрана. 21-е, 11 вечера. Значит, мне нужно продержаться на улице еще около двух дней.

Кто-то охотится за мной, чтобы убить. Я превратился в жалкую дичь. А может, это мои галлюцинации. Может, никто за мной не гонится, и я просто веду себя как сумасшедший. Но что я могу… Я ничего не могу сделать.

– Ха-а… – со вздохом отчаяния я встаю с унитаза. Ноги затекли от долгого сидения, да и эмоции не дают сидеть спокойно.

Устал. Не знаю, сколько месяцев я живу с этой усталостью. Уже привык ощущать, что тело постоянно мокрое. А сейчас и к тому, что по мне иногда ползают насекомые, я тоже как-то адаптировался и перестал обращать внимание. То сажусь на унитаз, то встаю, двигаюсь по тесной кабинке и сажусь снова. Спустя долгое время включаю телефон. Час ночи.

– Ха-а…

Время идет так медленно, что вздох вырывается сам собой. Связывался ли со мной Ким Пхильчжон? Приходил ли он ко мне домой? А может, ему вообще плевать?

– Конечно не плевать, придурок. Ты ведь в новостях засветился… – Я яростно чешу голову. Нет смысла пытаться строить из себя умника, ничего не изменится.

Хочется есть. Душно. Страшно. Хочется спать. Сил стоять уже нет. На этот раз сажусь на пол перед унитазом, прислонившись спиной к заплесневелой стене. Обнимаю сумку и закрываю глаза. Спина ноет, но нет сил сменить позу. Я хотел что-то предпринять, но просто провалился в сон.

– Он здесь. Нашел.

От чьего-то голоса я резко открываю глаза. Сидя на полу, стискиваю зубы и сжимаю кулаки. Прихожу в себя – ни голосов, ни даже человеческого дыхания не слышно. Снова сон. Судя по свету на потолке, наступило утро.

– Раскладушка…

Открываю дверь туалета и выхожу. Дождь заметно ослаб. Проверяю спрятанную раскладушку – от Ким Пхильчжона ничего. Перепрятываю ее в другое место, а сам прячусь в новой кабинке. Снова сажусь на пол перед унитазом. Теперь пол в туалете кажется мне более уютным, чем матрас в моей студии. Брезгливость к грязи больше не появляется. Но я страшно хочу спать. А еще сильнее хочу есть. Ужасно голоден. Горло пересохло – кажется, я умираю. Заряд телефона упал ниже 10 %. Надо как-то дотянуть до ночи. Не сдохну же.

Так я и проводил время: то засыпая, то просыпаясь. Когда казалось, что прошло много времени, то перебирался в другую кабинку. 22-е число, 4 часа утра. Остался еще один день. Снова обнимаю сумку и закрываю глаза.

– Ты здесь?

От голоса Ким Пхильчжона я резко вскидываюсь, дыхание учащается. Снова проснулся от странного голоса. Прежде чем успокоить испуганное сердце, поднимаю упавший на пол телефон и смотрю время. До 23-го числа осталось тридцать минут. В правой руке зажат неразрезанный ролл кимбап[17], завернутый в фольгу. Купил у бабули на улице. А заодно купил у мужика-старьевщика рядом китайский пауэрбанк и подзарядил телефон.

Почему моя жизнь внезапно превратилась в такую сточную канаву? Не могу ни лечь спокойно, ни ходить где вздумается… Черт, ну реально.

Глаза полузакрыты, но я разворачиваю фольгу и вгрызаюсь в кимбап. Он холодный и отдает кислятиной. Вкуса почти не чувствую. Но, кажется, вкусно.

– С какого момента все пошло не так? Мои планы ведь всегда были безупречны… Ведь так?

Тело продрогло в