Искатель, 2012 № 08 - Журнал «Искатель»

на груди — выглядели озабоченно, как вполне обычные люди, на которых свалилась трудноразрешимая проблема. За внешней доброжелательностью их тона сквозили настороженность и недоверие: Узкая прямоугольная пластина стола отграничивала их кресла от допрашиваемых.

На их любезное предложение я рассказал все мне известное с момента появления Рэ, опустив подробности наших разговоров и ни словом не обмолвившись о его поразительных пси-способностях. Описание прилета первого планера с пришельцами в серебристых одеждах вызвало на их лицах и в позах оживление. Они перебили меня, засыпав уточняющими вопросами об оружии, об экипировке, о последовательности действий, о произносимых ими фразах. Разумеется, я выложил им все, что мог припомнить, и, кажется, полнота ответов удовлетворила их, потому что далее офицеры уже не прерывали мое повествование, пока я не дошел до ответных действий Рэ. Я не обмолвился о том, что он запретил мне обращаться к Пограничникам из-за вероятности сообщников энергистов среди них. Хотя про себя уже решил, что весь последующий ход событий и столь яростная перестрелка с уничтожением одного планера и коптера Пограничников начисто опровергли его подозрения.

Тем временем на меня обрушились новые уточняющие вопросы, и я не чувствовал необходимости скрывать какие-либо подробности. Единственное, инстинктивно я так и не упомянул о пси-возможностях Рэ, тем более об известных мне деталях его прошлой жизни и цели прилета на нашу планету. Они же не спрашивали ни о чем подобном, то ли не предполагая о моем более коротком знакомстве с постояльцем, то ли не желая показать, что им вообще что-то известно.

Напоследок офицеры попросили меня и всех прочих не покидать наш район и сообщать ежедневно на базу о своем местонахождении, а уж обо всех случаях новых появлений налетчиков — немедленно. Они предупредили только, что в ближайшее время, как только разыщут на побережье останки всех жертв ночной драмы, пригласят нас на опознание. Никакого объяснения происшедшего никто из нас так и не дождался.

5. БЕЗ КРОВА

Разумеется, развалины дома оказались совершенно непригодными для дальнейшего проживания. Да и ничего подходящего для восстановления среди них при тщательном осмотре обнаружить не удалось. «Звездным приютом» позанимались на удивление тщательно и методично.

Собрав, что нашлось уцелевшего под обломками некогда самого привлекательного строения здешних мест, мы погрузили эти жалкие пожитки на одолженные у соседей обыкновенные двуручные тачки. Восстановление, точнее, новое строительство гостиницы потребовало бы немало времени и средств и вряд ли было бы осуществимо собственными силами, несмотря на неистощимую энергию моей далеко не старой матушки. Справедливости ради следует отметить понимание и сочувствие со стороны остальных наших постояльцев, незамедлительно предложивших свое посильное участие. Мы искренне поблагодарили и, не откладывая, воспользовались их помощью для размещения спасенного скарба по соседским сараям. После этого мы расселили наших бывших жильцов по ближайшим домам и сами не замедлили воспользоваться одним из любезных приглашений.

Наши знакомые отнеслись с участием, что было характерно для здешних, одновременно все тактично старались щадить наше самолюбие. И неудивительно: за всю свою сознательную жизнь я не мог припомнить, чтобы у матушки возникали какие-либо серьезные раздоры с соседями. Никто не выказал ни малейшего злорадства или торжества, хотя для некоторых наша гостиница была как сор в глазу, ибо большинство желающих отдохнуть при наличии свободных мест неизменно предпочитали наш кров всем прочим. Словом, после разгрома жилища нас окутала атмосфера заботы и участия, хотя никто, не исключая и нас самих, не понимал толком, что же такое приключилось прошлой ночью? Разумеется, в досужих вымыслах не ощущалось недостатка. Наш тихий уголок гудел, как потревоженный улей, после стольких лет спокойствия, прерываемого лишь редкими операциями Пограничников, удачными и нет, по предотвращению Переходов к головоногим. Все здесь ощущали себя жителями не просто захолустья, а Пограничья, края человеческой цивилизации вообще и начала чего-то совершенно иного, чуждого и непонятного, а потому воспринимавшегося с инстинктивным опасением — наличия в подводных глубинах по ту сторону многокилометровой песчаной полосы таинственного и разумного сообщества головоногих. Не было проявлений явной враждебности с их стороны, хотя история знакомства с разумными моллюсками доказывала умение хозяев океана постоять за себя в случаях человеческой бесцеремонности. Установившееся теперь и молчаливо принятое обеими сторонами сосуществование двух рас, точнее, биологически чуждых видов, казалось естественным результатом прежнего противостояния. Естественным и незыблемым, если бы не открытие уникальной возможности перехода, трансформации людей в головоногих, неизученного и потому вызывающего чувство угрозы перерождения для человечества. Но для живущих здесь и привыкших к постоянному соседству обитателей глубин такие заключения представлялись слишком надуманными, не имеющими к нам отношения. А созданная Служба Пограничников, пресекающая ночные контакты в целях перехода, представлялась слишком обременительной обузой для нас и удобной кормушкой для бюрократических чинов далекой администрации Старых миров.

Отдельные факты удачных или сорванных Пограничниками Переходов не нарушали до сих пор распорядок здешней размеренной жизни. С существованием Пограничников мирились, видя в них гарантов стабильности, лишь иногда часть прибывающих для отдыха воспринимала их как досадное препятствие для продолжения дневных радостей в ночное время. Появление таинственных серебристых пришельцев на планерах и последующая битва требовали объяснения. Их прилет, несомненно, связывался любопытными языками с нашим не менее таинственным постояльцем. Часть этой загадочности неизбежно должна была переноситься в их рассказах и на нас. Но дальше домыслов, разумеется, пока пойти не могло.

После обеда Пограничники вновь препроводили нас на базу. Из холодильной камеры были извлечены останки убитых пришельцев. К моему облегчению, тела Рэ среди них не оказалось. Шесть трупов с разными степенями ожогов, в одинаково серебристых одеждах; разбитые или снятые забрала позволяли разглядеть лица у четверых лежащих, у двоих пораженных излучателями в голову на их месте застыли черные обуглившиеся маски. Хотя имелись отличия в росте и комплекции, среди убитых оказалась даже одна женщина — серебристая униформа сделала их одинаковыми для нас. К тому же постоянное прикрытие лиц щитками при нашем непродолжительном знакомстве, если это можно было назвать так, не оставило никаких шансов для опознания. Были среди них те, что наведывались ко мне в первый раз, или нет, определить оказалось совершенно невозможно. Несомненно, часть их сообщников смогла ускользнуть, пользуясь темнотой, не только с помощью замеченного последним и едва не сбитого планера. Но розыск их уже не входил в компетенцию Пограничников, если они и желали отомстить за погибших