Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

class="p1">Когда я наконец нахожу в себе силы кивнуть, Молли, пораженная, откидывается на спинку стула. Я трясу головой. Потом выдавливаю:

– Да… нет, возможно. Я не знаю. Я до сих пор пытаюсь хоть что-то понять. Это какое-то… какое-то безумие.

– Все в порядке. Не переживай.

Я снова качаю головой.

– Ты был совсем мальчиком, – говорит Молли. – Даже если это и была она, ты же не знал. Откуда тебе было знать?

Я молчу.

Молли делает еще один заход:

– Тогда, в Испании, эта девушка… эта Анна… она не пыталась подать тебе какой-то знак?

Этот вопрос меня озадачивает.

– Знак?

– Что ее похитили. Что происходит что-то плохое или ее к чему-то принуждают?

Все ясно. Молли думает, я чувствую себя виноватым, потому что закрутил роман с похищенной девушкой и не уловил, что она находится в опасности. Как ни странно, до сих пор я об этом совершенно не думал, но, возможно, в словах Молли есть рациональное зерно.

Неужели Анна всю ту неделю была в беде? А я просто не заметил признаков?

У меня вибрирует телефон. Это Розовая Пантера Полли.

Из поместья только что выехала машина. Думаем, это она. Мы с Гэри едем за ней.

Сердце подскакивает у меня в груди, и я делаю то же самое.

– Сами?

– Она куда-то собралась.

– Кто? – Потом: – Виктория Белмонд?

Я киваю:

– Или та, кого я за нее принимаю.

– Откуда ты знаешь?

– От моих студентов.

– Что?

Я быстро объясняю, что Розовые Пантеры составили график, в соответствии с которым мои студенты по очереди ведут наблюдение за поместьем. Ход с точки зрения этики, наверное, сомнительный, зато определенно малобюджетный. Я больше не полицейский, так что приходится выкручиваться.

– Давай договорим потом, ладно? – предлагаю я. – Возможно, через несколько часов я уже буду знать, не напридумывал ли я это все.

– Поезжай, – произносит Молли. – Только вот еще что.

Я оглядываюсь.

– Я тебе уже это говорила, Сами.

– Я слушаю.

– Эта Анна, или Виктория, или кто она там, возникает в твоей жизни ровно в тот момент, когда Теда Грейсона выпускают из тюрьмы.

Я качаю головой:

– Не вижу никакой связи, Молли.

– Ну так приглядись повнимательнее.

Глава 11

Едва я успеваю спуститься в метро, чтобы успеть на следующий поезд, который, если верить приложению, должен подойти через три минуты, как мне перезванивает Полли.

– Они на шоссе, – говорит она. – Думаю, едут в город.

– Вы уверены, что она в машине?

– Мы так думаем, да. Она на заднем сиденье. За рулем какой-то мужчина. Темно-синий «кадиллак-эскалейд». Номера коннектикутские. Мы с Гэри едем следом. Я сброшу метку, чтобы вы могли следить за нашими передвижениями.

Телефон тренькает, и я смотрю на экран. Их машина движется по Девяносто пятому шоссе на запад, в направлении моста Джорджа Вашингтона. Если бы Анна/Виктория каталась по окрестностям Гринвича, имело бы смысл подъехать туда и попытаться вызвать ее на разговор. Но раз уж она явно намылилась куда-то далеко, разумнее будет подождать и посмотреть, куда она направляется. Я добираюсь до заведения с незамысловатым названием «Бейгл-шоп» и беру кунжутный бейгл с намазкой– этому словечку меня научила Молли – из сига со сливочным сыром, одним глазом поглядывая на движение метки в телефоне. Когда машина съезжает на Хатчинсон-Ривер-парквей, я прихожу к выводу, что Полли, скорее всего, права и псевдо-Виктория в самом деле держит путь в Нью-Йорк-Сити.

Двадцать минут спустя, когда машина сворачивает на Сорок седьмую Западную улицу в направлении Бродвея, никаких сомнений не остается. Поток машин здесь, как водится, то еле ползет, то стоит, причем чаще стоит. Я по-прежнему сижу за стойкой в «Бейгл-шопе». Несколько минут спустя Полли говорит:

– Сейчас придет фотография.

Я проверяю мессенджер. Маленькое колесико некоторое время задумчиво крутится, потом фотография обретает резкость.

Женщина в бейсболке и солнечных очках выходит из «кадиллака». Одета она совершенно непримечательно: синие джинсы, серая толстовка, белые кроссовки.

Это Анна/Виктория.

– Это же она, да? – спрашивает Полли.

– Угу.

– Я следую за ней пешком, – говорит Полли. – Мы на Таймс-сквер. Гэри поедет дальше за «кадиллаком».

– Уже еду, – говорю я и мчусь обратно в метро.

Мне нужен любой поезд, который идет в район Таймс-сквер. Их всегда полно. Я заскакиваю в вагон и проверяю приложение. Телефон здесь ловит с перебоями, так что местоположение метки не обновляется. Я доезжаю до станции «Сорок вторая улица / Бродвей» и выныриваю на поверхность. На меня немедленно обрушиваются потоки солнечного света и какофония звуков, и приложение вновь оживает.

Метка в четырех кварталах.

Я звоню Полли:

– Что она делает?

– Просто идет.

– А что с машиной?

– Погодите, я подключу Гэри. – Проходит несколько секунд. – Гэри?

– Водитель оставил «кадиллак» на подземной парковке, – говорит Гэри. – Думаю, он идет в вашу сторону.

– Вы его ведете? – спрашиваю я.

– Ответ отрицательный, – говорит Гэри. – Я подумал, что лучше запереть его машину на парковке и ждать где-нибудь неподалеку. Они вернутся, а я тут как тут.

– Отличный ход, – говорю я.

– Спасибо, учитель.

– Кирс, – спрашивает Полли, – вы сейчас где?

– В трех кварталах, иду в вашем направлении.

Я на ходу смотрю на экран, что на Таймс-сквер задача непростая. Время еще довольно раннее, но ряженые попрошайки, или как там их сейчас принято называть, уже вышли на промысел. Как известно любому, кто за последние десять лет хоть раз бывал на Таймс-сквер, она кишмя кишит персонажами в костюмах Микки-Маусов, Олафов, Миньонов, Элмо, Бэтменов и Человеков–(или Людей?) – Пауков, надеющимися на то, что кто-нибудь из туристов изъявит желание сфотографироваться с ними за денежку. Мне это всегда кажется исключительно странным. Микки-Маус – символ Диснейленда, а не Нью-Йорка. Кому нужна фотография с Микки-Маусом из Нью-Йорка? И хотя ряженые кретины кажутся безобидными, я по опыту службы в полиции знаю, что они совершают множество преступлений. Некоторые наивные туристы фотографируются с ними, не подозревая, что Микки рассчитывает на чаевые, а не получив их, может попытаться добиться своего при помощи угроз, а то и насилия. Кое у кого из тех, кто скрывается за этими костюмами, оказываются чересчур шаловливые ручонки, если вы понимаете, о чем я, а грань между необычным и пугающим очень тонка, а может, и не столь тонка, но очень уж нередко весь этот опыт становится пугающим и сваливается в откровенный криминал.

Сейчас мне весьма пригодились бы наушники, но, увы, я их не захватил, поэтому приходится прижимать телефон к уху.

– Да, еще кое-что, – говорит Гэри.

– Что?

– Водитель.

– А что с ним не так?

– Напряженная походка. Чересчур мешковатый пиджак. Бегающие глазки. Я подозреваю, что он может быть вооружен.

– Возможно, он по совместительству ее охранник, – говорит Полли.

– Мы знаем, что Белмонды очень ценят приватность, – добавляет Гэри.

– Погодите, – говорит Полли.

– Что