Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Психопаты это умеют.

– Думаешь, он все еще опасен?

– Да.

– Для всех нас?

– Да.

И тут я бросаю взгляд в окно, мимо пожарной лестницы. Там, внизу, на углу, привалившись к фонарному столбу, глядя прямо мне в глаза, с улыбочкой на лице стоит Патлатый.

Глава 20

Я не колеблюсь ни секунды.

– Я перезвоню, – бросаю я Элле и, дав отбой, распахиваю окно на пожарную лестницу.

Молли поднимается:

– Сами?

– Оставайся здесь. Я пойду с ним потолкую.

– Подожди, – говорит Молли.

Я не жду. Я уже вылезаю на пожарную лестницу. Забавно. Я никогда раньше тут не бывал. Во-первых, у нас никогда не было пожара. Во-вторых, железная конструкция за окном выглядит ржавой, шаткой и не слишком располагающей к прогулкам. Когда ноги оказываются на ней, я обнаруживаю, что это так по всем трем пунктам. Лестница шатается так сильно, что я боюсь, как бы она не оторвалась от стены и я не рухнул вниз. Ничего, разумеется, не отрывается.

– Сами?

Это снова Молли. Я ее понимаю. Она хочет, чтобы я остановился. Патлатый может быть вооружен и опасен. Я действую импульсивно, возможно, безрассудно, и в прошлом такое поведение ничем хорошим для меня не заканчивалось. Я все это понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Я где-то читал, что мы, люди, существа иррациональные, потому что наше поведение не очень вписывается в модель рационального агента. Мы считаем, что принимаем решения самостоятельно, руководствуясь свободой воли. Но это не так. И никогда так не было.

Патлатый уже заметил меня и дал деру. У него приличная фора. Догнать его будет непросто, а если мне это и удастся, он намного крупнее меня. Затея заведомо гиблая. Не надо было пытаться его догнать. Надо было сфотографировать и отправить фото Марти или позвонить в полицию. Это было бы рационально.

Но что сделают полицейские? Успеют они приехать вовремя или он снова улизнет?

Я дергаю выдвижную секцию пожарной лестницы, чтобы спустить ее на землю, но она заржавела и ни туда ни сюда. Прыгаю на ней, надеясь, что под моим весом она придет в движение. Лестница не поддается. Возиться мне некогда. Я наполовину слезаю, наполовину съезжаю вниз, повисаю на последней ступеньке и спрыгиваю на землю. До нее оказывается больше, чем я ожидал. Я не удерживаюсь на ногах и кулем плюхаюсь на асфальт.

Патлатый некоторое время наблюдает за мной, видимо остолбенев от неожиданности, но вскоре понимает, что происходит, и бросается бежать. Он пухлый и упитанный, и, когда бежит, руки у него двигаются, точно у надувных зазывал, которых так любят устанавливать перед автосалонами. И опять мне следовало бы остановиться, но, когда я вспоминаю о сообщениях с комментариями относительно одежды Молли и о том, как сильно он напугал ее – напугал мою Молли! – простите, с моей стороны было бы нерационально не помчаться за ним вдогонку.

Патлатый заставил Молли почувствовать себя не в безопасности. Он заставил Молли просить меня о помощи.

Такое с рук не сходит.

Возможно, это никого не удивит, но я человек довольно неспортивный. Не хочу сказать, что в детстве никто не горел желанием брать меня к себе в кикбольную команду, нет, ничего такого не было. Я был крепким середнячком. У меня не слишком хорошая координация и начисто отсутствует техника, зато я быстрый и выносливый. А больше ничего от меня сейчас и не требуется. Я поднимаюсь на ноги и припускаю за ним.

Патлатый успел опередить меня на квартал, но он медлительный и неуклюжий, а руки-макаронины скорее тормозят его движение, нежели ускоряют. Готов поклясться, что с его немытых патл стекает жир и забрызгивает его лицо. Патлатый пытается резко повернуть вправо, но не рассчитывает скорость и едва не теряет равновесие. Потом оглядывается на меня. Лицо у него красное, грудь ходит ходуном.

Я постепенно сокращаю дистанцию.

Кровь во мне закипает.

На Ривингтон-стрит полно народу. Некоторые оборачиваются и глазеют. Большинству все равно. Меня очень подмывает закричать, чтобы его хватали, что я полицейский, но это неправда, и я не уверен, не выйдет ли это в итоге мне боком.

И потом, я его нагоняю.

Патлатый сворачивает на Клинтон-стрит и бежит в сторону Деланси. Он пробегает мимо «Клинтонc экзотик плюс энд дели», лавки, торгующей курительными принадлежностями и по совместительству закусочной. Я тысячу раз проходил мимо, но внутри никогда не бывал. Не уверен, что хочу, чтобы сэндвич мне делал тот же чувак, который продает вейпы и кальяны. Возможно, это все мои тараканы. Молли говорит, мне нужно расширять горизонты.

Я продолжаю сокращать дистанцию.

Патлатый внезапно кидается влево, в направлении магазина уцененки. Молли иногда берет там чистящие средства и подарочные пакеты. Возможно, это помогает сэкономить, но оно того не стоит. Патлатый хватается за дверную ручку. Это на несколько секунд его задерживает. Я с разбегу налетаю на него и, обхватив ногами его колени, увлекаю за собой на асфальт. Патлатый с хрюканьем валится на мостовую.

– Ты что, совсем спятил? – кричит он.

Я пригвождаю его к земле своим весом. Он выворачивается и пытается меня пнуть. Задеть меня ему не удается, но и я тоже не могу его ухватить. Мы оба кое-как поднимаемся на ноги.

Патлатый вскидывает руку, давая мне понять, что пытается отдышаться. Когда он прекращает хватать ртом воздух, то выдыхает:

– Отвали от меня!

– Кто ты такой? Зачем преследуешь мою жену?

– Я не обязан перед тобой отчитываться.

– Еще как обязан.

– И что ты мне сделаешь?

Готового ответа у меня нет. Это вызывает у него улыбку.

– Я ухожу, – говорит Патлатый. – И ты меня не остановишь.

Он делает шаг. Я заступаю ему дорогу. Наверное, выглядит это слегка комично. На нас начинают оборачиваться. Патлатый куда крупнее меня, но я не собираюсь дать ему уйти.

– Зачем ты преследуешь мою жену?

Патлатый делает шаг в сторону, я делаю шаг в сторону. Тогда он начинает надвигаться на меня. Я стараюсь не отступать. Каждый из нас только и ждет, когда другой полезет в драку. Мы стоим друг напротив друга. Мой подбородок находится где-то на уровне его груди.

– Прочь с дороги, – цедит Патлатый.

– Кто ты такой?

– Я ни хрена не обязан тебе говорить.

Он прет прямо на меня, своей тушей слегка оттесняя меня назад. Я не очень понимаю, как быть. Я запер его, но дальше-то что? Он намерен просто уйти. И что мне прикажете делать, брать его в плен? Пытаться посреди бела дня выбить из него ответ? Чтобы не дать Патлатому просто взять и уйти, мне придется применить физическую силу. Он настоящий бугай. У него тюремные татуировки. Он, вероятно, сидел. Разумеется, ничто из этого