Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

об Уроборосе. Такое природное явление и правда существовало. Змеи иногда убивали себя, поедая собственные хвосты, пока не умирали от токсического шока. Самоканнибализация. От одной мысли у Рэйчел мурашки побежали по коже.

Перед тем как они вышли из ресторана, Мартинес повторил Рэйчел свое прежнее предупреждение. В его голосе звучало беспокойство.

– Вы действительно думаете, что Теренс Бейли хочет меня убить? – спросила она.

– Он был главным подозреваемым в похищении и убийстве целого ряда женщин, прежде чем его посадили за решетку по обвинению в краже со взломом при отягчающих обстоятельствах. Поэтому я очень надеюсь, что вы примите это к сведению и отправитесь домой. Здесь будет небезопасно, когда Бейли завтра освободят.

– Я уже говорила вам. Я в отпуске. Отдыхаю.

– Отдыхаете в Дейтона-Бич?

– Что вы имеете в виду?

– Рэйчел, это тусовочный город. Если вам нужен спокойный отдых, отправляйтесь на Карибы. Попробуйте Багамы. А если нужно остаться во Флориде, то езжайте в Кис.

– Я и не знала, что агенты ФБР подрабатывают туристическими агентами. Надо запомнить. Обязательно посоветуюсь с вами в следующий раз, когда буду планировать отпуск.

– Рэйчел, я ошибся, когда привез вас сюда. Уезжайте домой. Забудьте обо всем произошедшем. Это не ваша проблема.

– Вы притащили меня сюда, чтобы поговорить с предполагаемым серийным убийцей, а теперь у вас сдали нервы? Мы не так давно знакомы, Джо, но вы уже должны были понять: чтобы меня напугать, нужно нечто большее чем выход Теренса Бейли из тюрьмы.

Про себя Рэйчел подумала, что беспокойство Джо Мартинеса было на удивление очаровательным. За нее редко кто беспокоился. Даже ее мама, известная любительница побеспокоиться, редко переживала о своей старшей дочери. Что бы ни подкидывала ей жизнь, Рэйчел всегда брала себя в руки, отряхивалась от пыли и шла дальше. Даже когда ее брак рухнул, она тайком вытерла слезы и пошла дальше.

Рэйчел осмотрела пляж в поисках Джо, который все еще стоял среди полицейских и осматривал место преступления. Она уже собиралась уходить, когда появился Мартинес. Он мрачно пробирался сквозь полицейские заслоны по лестнице на набережную, где она его ждала.

– Что случилось? – спросила Рэйчел, когда он приблизился.

– Они выловили тело из воды. Он плавал под пирсом, когда его нашли.

– Вода выглядит такой спокойной. Страшно подумать, что не так давно здесь кто-то утонул.

– Мне сказали, что в этом нет ничего необычного. В этом районе бывают приливы и отливы, особенно в районе пирса, – сказал Мартинес. – И все же что-то в нем кажется мне странным…

Мартинес достал телефон и пролистал фотографии, остановившись на одном конкретном снимке. С сосредоточенным лицом он увеличивал и уменьшал масштаб. Потом переключился на другую фотографию, забыв, что Рэйчел видит экран его телефона.

На снимках была фотография мужчины, лежащего лицом вверх на песке у пирса, куда его, очевидно, вытащили из воды. Его глаза были открыты. Они были такими же безжизненными, как и его лишенная цвета кожа.

Рэйчел охнула.

– Что случилось? – посмотрел на нее Мартинес.

– Эта фотография, – сказала она дрожащим голосом.

– Простите, мне стоило быть осмотрительнее. Я так привык видеть фотографии мертвых тел, что забываю, как сильно они могут шокировать.

– Я и раньше видела фотографии трупов. Обычно они меня не трогают, – сказала Рэйчел. – Просто… мне кажется, я знаю жертву.

Глава 40

Над прибрежной зоной кемпинга висела расслабленная тишина. Посетители звякали столовыми приборами о посуду для пикника, молча завтракая у своих палаток, словно не желая нарушать тишину природы. На деревьях, разбросанных по территории кемпинга, щебетали птицы. Спокойную атмосферу дополнял шум прилива, доносящийся через дорогу.

На территорию кемпинга, погруженного в утреннюю благодать, въехал синий автомобиль, высадил пассажира и снова уехал, колесами вздымая пыль.

Рэйчел приехала в кемпинг на попутной машине сразу после того, как оставила Джо Мартинеса у пирса. Его расследование резко усложнилось после того, как Рэйчел назвала ему имя утопленника, чью фотографию она увидела в телефоне агента.

– Это Джонни Мейкон, – потрясенно воскликнула Рэйчел.

– Откуда вы его знаете?

Мартинес отозвал ее в сторону, ближе к набережной, чтобы они могли поговорить без лишних ушей.

– Я познакомилась с Джонни вчера вечером. На вечеринке после «БаззКона». Он успешный фитнес-инфлюенсер. Один из именитых гостей «БаззКона». Мы немного поговорили. Трудно поверить, что человек, с которым я разговаривала всего несколько часов назад, мертв.

Рэйчел вздрогнула. Она вспомнила, как смотрела вслед исчезающему в темноте Джонни. Он шел в направлении пирса, где сегодня утром было найдено его тело.

– Это только лишний раз подтверждает, что тебе следует вернуться домой, Рэйчел.

– Не смешите. Какое вообще это имеет ко мне отношение?

В ответ Мартинес пролистал фотографии тела, которые сделал. Он показал Рэйчел снимок лодыжки Джонни Мейкона. Кожа была бледной, совершенно бесцветной, если не считать небольшой татуировки. Рэйчел потрясенно подняла взгляд на Мартинеса. Он кивнул.

– Еще один Уроборос, – прошептала она.

– Два тела найдены за два дня. Оба с символами Уробороса, – сказал Мартинес. – Точно такой же символ вытатуировал на своей руке Теренс Бейли.

– Он сидит за решеткой. Откуда он узнал, что этот символ окажется на трупах?

– Если только он не замешан в этом. Если только он не знает убийцу, – размышлял Мартинес. – В любом случае Уроборос – связующее звено между всеми этими делами: Мэддисон, девушка в грязи, Джонни Мейкон. И…

– И что? – спросила Рэйчел.

– И вы, Рэйчел.

– К слову, Джо, между Мэддисон и Джонни Мейконом есть еще одна связь, помимо Уробороса. У них была небольшая интрижка.

– Насколько быстрая? – резко спросил он.

Очевидно, для него это было новостью.

– Я слышала, они сблизились несколько дней назад. К большому разочарованию девушки Джонни.

– Кто его девушка?

– Ее зовут Рени. Я не знаю ее фамилии. Она инфлюенсер. Занимается благополучием.

– Какое, к черту, благополучие? – спросил Мартинес.

– Она пишет в социальных сетях о том, как поддерживать здоровье. Она разработала собственную философию и план здорового образа жизни после того, как поборола серьезное заболевание, которое, по ее словам, чуть не разрушило ее жизнь.

Рэйчел не стала упоминать, что Эрик рассказал ей за завтраком. То, что Рени обвиняли в мошенничестве, Рэйчел восприняла с некоторой долей скептицизма, поскольку девушка Эрика, Зои, была одной из главных соперниц Рени. Рэйчел подозревала, что Зои была готова на все, лишь бы насолить своим конкурентам.

– Я отправил людей, чтобы они позадавали вопросы участникам «БаззКона», но это что-то новенькое, – сказал Мартинес, заметно расстроенный, что услышал сказанное от Рэйчел, а не от своей команды.

– Я участвую в мероприятии как инфлюенсер, под псевдонимом. Так что мне проще общаться с другими участниками, – сказала Рэйчел. – Могу снова порасспрашивать.