Охота на зверя - Алиса Валдес-Родригес

как она, напоминающих животных в ловушке. Потом кто‑то неожиданно толкнул ее, и она упала вниз. Лететь пришлось с высоты в три собственных роста, и приземление вышло болезненным. Лодыжка подвернулась и хрустнула. По ноге будто электричество пробежало. Ана Луз заволновалась, не случилось ли чего с ребенком, ведь она не успела защитить живот. Ее волновал не ребенок как таковой, просто от мертвого плода внутри ей и самой не поздоровится. Есть много вариантов мучительной смерти, но этот, кажется, один из самых ужасных.

Яму снова закрыли ветвями, и стало темно. Внутри было влажно, пахло гнилью, мочой, дерьмом и кое-чем похуже: смертью. Ана Луз прекрасно знала запах смерти и сразу его почувствовала.

Теперь, когда белые люди не могли больше видеть, что происходит в яме, сидящие в ней девушки, грязные, со спутанными волосами, подошли к Ане Луз, чтобы помочь.

– Ты как? – спросила одна из них на испанском языке, таком родном и понятном.

– Не знаю, – ответила Ана Луз.

– Меня зовут Альтаграсия, – пояснила девушка, и Ана Луз кивнула ей. – А это Паола. Она не говорит по-испански.

– Что это за место? – по-английски спросила Ана Луз. – Где мы?

Та, которую звали Паолой, обхватила себя руками. Ее взгляд, перепуганный и отчаянный, метался по сторонам.

– Мы в аду, – сказала она, поежившись. – Это место – ад.

– Они охотятся на женщин, – добавила Альтаграсия.

Ана Луз засомневалась, что правильно расслышала, и переспросила:

– Охотятся?

– До тебя тут были еще две девушки, – прошептала Паола. – Наталия и Селия. Их затравили.

– Они устраивают соревнование, кто убьет пленницу, – снова вступила Альтаграсия. – Победителю начисляют очки.

– Это точно? – вздрогнула Ана Луз.

– Они сбрасывают нам куски тел, – пояснила Альтаграсия, отодвинула несколько лежащих на земле веток и показала сморщенное, как курага, человеческое ухо, ступню и несколько пальцев рук.

– Надеюсь, девочки все‑таки живы, – пробормотала Паола.

– Очень сомневаюсь, – возразила Альтаграсия.

– Селия прямо очень крутая. – Паола раскачивалась взад-вперед. – Она обязательно выживет. Просто обязана. Я попросила ее позвонить моему папе. Он нас спасет. Я знаю.

Почти всю свою жизнь Ана Луз провела в отчаянии, но никогда не испытывала такого всепоглощающего ужаса, пропасть которого разверзлась сейчас у нее в сердце.

Альтаграсия съехала по стене на земляной пол ямы и безнадежно произнесла:

– Они уже говорили сегодня, что скоро вытащат одну из нас и снова устроят охоту.

– Просто еще не выбрали жертву, – добавила Паола.

– Боже мой, – только и смогла выговорить Ана Лу.

– Но обязательно выберут.

Глава 19

Джоди вела внедорожник по скользкому извилистому двухполосному шоссе сквозь ливень, который так высоко в горах периодически превращался в град. Прямо за рулем она избавилась от промокших насквозь и перепачканных форменных рубашки и футболки, надев запасные, хранившиеся на заднем сиденье. Часы показывали начало восьмого, и через час или около того должно было стемнеть. В полседьмого Джоди завезла домой Хенли, по-прежнему радостно возбужденного от общения с шестью симпатяшками-волчатами, которые обнаружились в уютной норе. Их было на два больше, чем инспектор ожидала увидеть, поэтому она тоже радовалась, что посмотрела на молодняк в логове. Правда, заползать туда пришлось на животе, по-змеиному, а потом добрую милю бежать обратно к машине под проливным дождем. Луна вымокла до нитки и перепачкалась, а ведь ей предстояло встретиться с новой помощницей шерифа. Хенли любезно предложил ей позаимствовать женскую одежду, которая хранилась у него в доме и могла, как он выразился, подойти по размеру, но Джоди отказалась и сама удивилась вспышке ревности. Мало ли откуда взялись эти женские тряпки; ничто не говорило о том, что они принадлежат подружке ветеринара. Господи, думала она, похоже, я и впрямь влюбилась. Раньше у нее были сомнения, что это когда‑нибудь случится снова, и вот пожалуйста. Она и впрямь влюблена, а объект ее интереса встречается с другой. Наверное. Ведь не может же Хенли ни с кем не встречаться!

Сейчас Джоди направлялась в бар «У Голди» на встречу с Эшли Ромеро. Сканирующее устройство не подавало никаких признаков активности, как сплошь и рядом случается во время проливных дождей. Летом в Нью-Мексико не редкость такие послеполуденные ливни. Никто в Массачусетсе, похоже, не осознавал в должной мере значение дождя, в отличие от Джоди, которая выросла там, где подобные бури воспринимались как сакральное, прекрасное и могущественное явление природы. Именно во время летних гроз в Скалистых горах она особенно отчетливо ощущала величие Вселенной, или Бога, или как там еще назвать эту неведомую силу.

По дороге Джоди позвонила домой проверить, как там Оскар с Милой. Не опасно ли оставлять их одних, когда вокруг рыщет Трэвис? Но Хуана предупредит, если кто‑то попытается пробраться в дом, а Мила отлично обращается с оружием, тут сомнений нет.

– Все в порядке, – заверил Оскар. – Ты, наверное, будешь рада узнать, что племянница помогает мне оттачивать стрелковые навыки на тот случай, если они вдруг пригодятся.

– Это вообще разрешено?

– Кем?

– Ну, Ватиканом. Римом.

– Я священник, а не сиротка малолетний, – обиделся брат.

– Ладно, но как папа относится к огнестрельному оружию?

– Джоди, католический катехизис дает верующим право использовать оружие для самозащиты. Сам Иисус сказал: «Не мир пришел я принести, но меч».

– Ах да, точно. Меч Иисуса. Я просто на минуточку забыла, что вы, ребята, придумали инквизицию. Прости, виновата.

– Хватит. Это было больше пятисот лет назад.

– Из чего ты стреляешь?

– Мы на задах твоего участка из чего только не стреляли по мишеням! Из снайперки с оптическим прицелом, крутая штука. Из пистолетов. Из ружья. De todo [24].

– А как насчет ужина, поели уже?

– Нет, решили пока просто перекусить. Давай мы будем очень хорошо себя вести, и тогда ты, может быть, согласишься привезти нам от Голди такос, фаршированные перчики, а еще жареные бобы и сыр. Но, tú sabes [25], мы на тебя не давим.

– Напиши, чего вы хотите, привезу, – пообещала Джоди, паркуясь на стоянке у ресторана. Она сразу заметила машину из офиса шерифа и встала рядом с ней.

Ресторан-бар «У Голди» был местной достопримечательностью, легендой и самым оживленным заведением в округе, хоть и стоял чуть в стороне от больших городов. Люди приезжали из Санта-Фе, чтобы отведать здешнего знаменитого соуса сальса, а иногда тут можно было встретить посетителей из далекого Дуранго. А вот в здании, где находилось заведение, ничего притягательного не было. Честно говоря, оно выглядело довольно странно. Когда дед нынешней владелицы ресторана начал при участии братьев и сестер торговать приготовленными его матерью тако и буррито (по несколько центов за штуку), это был обыкновенный жилой дом, а самому деду