Тайна куриного бога - Юрий Лермонтович Шиляев

Я чувствовала себя виноватой, но не за её смерть, нет. За то, что не протянула руку, не пошла на контакт, не приласкала девочку. Хорошо хоть к её смерти непричастна, та женщина на путях сказала, что девушка, попавшая под поезд была одна.

О том, что Лилит жива, узнала от Нины через неделю. Она подошла ко мне в университете и, взяв за локоть, тихонько сказала:

— Хорошо, что не пустили Никиту. Готовьте документы Онопко на отчисление, ей теперь долго учиться не придётся.

— Онопко? — я опешила. — Она же под поезд попала?

— Да что вы, Ольга Николаевна, кто вам такое сказал? — Ниночка усмехнулась. — Такие, как она живут и здравствуют, пока милиция не остановит. — Цинично заметила Ниночка, и в этот момент вдруг перестала казаться похожей на бабочку, на ум приходило другое насекомое, с острым жалом.

— Ниночка, а вы кто по гороскопу?

— Скорпион, — ответила девушка и рассмеялась. — Так вот, Лилит во Фрунзе взяли с наркотиками. Прямо при передаче, с поличным. Даёт показания в киргизской тюрьме.

«Кошка скребёт на свой хребёт», — вспомнилась мне одна из бабушкиных поговорок.

Ещё раз Лилит напомнила о себе спустя год. Я достала из ящика письмо и долго думала, отдавать его сыну или нет. Отдала. Но он, посмотрев на написанный с ошибками адрес, хмыкнул:

— Палетаеву Неките… и ради этого я был готов угробить свою жизнь… Где были мои глаза? Я много думал. Тогда, в ту ночь, когда ты потерялась. И знаешь что, если бы пришлось снова выбирать ты или Лиля, я бы выбрал тебя, — он посмотрел на письмо, похлопал им по руке и, не открывая, бросил в мусорное ведро.

Глава 19

Часто такое бывает, что выбираешь путь, а потом думаешь: а что бы случилось, пойди я другой дорогой? Или не сядь в этот трамвай, а дождись следующего? Сбылось бы тогда предсказание бабы Веры? Появился бы мой суженый-ряженый, для меня наряженный?..

Я его всё-таки встретила, не скоро, в девяностом году, но встретила. Моего принца на белом коне, человека, ставшего мне другом, любовником, и едва не ставшего мужем. И встретила именно так, как предсказывала баба Вера — совершенно случайно, в дороге. Что может быть банальнее знакомства в трамвае?

Конец рабочего дня, осень, мокрые зонты, вода капает с плащей. Люди уставшие, злые, то и дело слышатся раздражённые возгласы. Я сидела возле прохода, сначала уткнувшись в книгу, но несколько капель с зонта заставили прекратить чтение. Убрав книгу в сумку, окинула взглядом салон и увидела его. Он стоял у следующего сиденья, держась за поручень. На первый взгляд самый обычный человек, аккуратный, в расстёгнутом плаще поверх серого костюма. Галстук малиновый, в крапинку. Каким-то невероятным образом поняла, что галстук новый, и что мужчина счастлив от этой обновки. Он не мог сдержать улыбку и то и дело опускал взгляд, стараясь разглядеть крапинки на ткани. Скорее всего он именно поэтому не стал застёгивать плащ, чтобы обновку оценили окружающие. Я улыбнулась, подняла взгляд с галстука на лицо попутчика. Он растерянно смотрел на меня, и всё же в его глазах просвечивал вопрос, будто он говорил: «Ну как?». Улыбаясь, неожиданно громко сказала:

— Отличный галстук!

Мужчина смутился, краска бросилась в лицо, уши, как это часто бывает у блондинов с тонкой кожей, стали под цвет галстука — малиновыми.

Из трамвая мы вышли вместе. Роман — так звали моего нового знакомого — проводил меня до подъезда. По пути рассказал, что был женат, развёлся. Живёт с мамой, мама на пенсии, и кроме него никого у мамы нет. Что работает в проектном институте и когда-то закончил политехнический институт.

В ту ночь я впервые мечтала. Не боялась, как обычно перед сном, что завтра случится что-то страшное, не думала об Арпоксае, пожалуй, впервые за многие годы не молилась, чтобы он мне приснился. Уснуть не могла. Всё вспоминала предсказание бабы Веры, что она там говорила о чёрной вдове? Кто это мог быть? Может быть его бывшая? Отложила книгу, налила в стакан воды, отпила немного и, держа его у груди, задумалась. Не заметила, как провалилась в сон. Приснился он.

— Люди странные, они думают, что всё плохое остаётся в прошлом, а впереди только светлое будущее, только любовь и счастье, — услышала знакомый голос. Подняла голову — надо мной склонился Арпоксай, его серые глаза были холодными, колючий взгляд казался иглой, на которой я была бабочкой, пока ещё живой, взмахивающей крыльями в тщетных попытках взлететь, но взгляд пригвоздил меня к месту. — Иногда любовь и счастье в прошлом. И нового не будет. Живи, радуйся, люби — вовремя. Не откладывай.

Я проснулась как от толчка и, слава Богу, в своей кровати! Почему я не могу встретить его? Вот так, зашла бы в трамвай или в автобус, а там он. Высокий, сильный. Я бы прижалась к нему и никогда, никогда-никогда не отпустила! Но Арпоксай прав, жить надо вовремя. И любить вовремя. Может быть, моё время, наконец-то, пришло? И у меня тоже будут любовь и счастье?

Вторую половину предсказания я тогда забыла. Хотя нет, скорее, не хотела тянуть беду из прошлого, просто не хотела думать о плохом. Гадалки же тоже ошибаются? У меня будет свадьба, поздравления, цветы и — бесконечная, сказочная любовь! Но я забыла, что в сказках возле влюблённых всегда отираются злые ведьмы, зубастые драконы, как минимум, один гоблин и много троллей. В моём случае их всех прекрасно заменила мама Романа. Ромашки — как она его называла. Стоило ему остаться у меня в гостях, как она тут же начинала названивать. Сердечные приступы случались обязательно в то время, когда мы собирались в театр или в кино. Но вишенкой на торте стало личное знакомство. Познакомились мы с мамой моего друга только через три года — в девяносто третьем, до этого разговаривали по телефону, передавали друг другу приветы через Романа.

Мама Романа оказалась ещё не старой. Я представляла её древней старушкой, и никак не ожидала увидеть женщину, что называется, кровь с молоком. Крупная, дородная, лицом сын был в неё, такая же тонкая кожа, волосы выкрашены в огненный цвет, голубые