Маневр пустого города - Юнь Хуянь

детский плач, встревоженные и озабоченные лица родителей, беспорядочно снующие туда-сюда медсестры, заваленные работой врачи, тихие разговоры и резкие крики, шелест скользящих занавесок и хлопки дверей сольются в один волчок, вращающийся волчок, опасный волчок… Он должен отслеживать и оценивать все намерения, все мотивы, все результаты, все цели, чтобы точно в нужное время подстегнуть волчок, не дать ему остановиться ни на секунду, проконтролировать скорость его вращения. При этом никак нельзя растратить все свои силы, постоянно подстегивая волчок, а также нельзя допустить ситуации, чтобы он, словно в эпилептическом припадке, то стремительно набирал обороты, то экстренно тормозил. А особенно важно вовремя замечать все препятствия, с которыми волчок может столкнуться, и незамедлительно устранять их с его пути.

Поручив работу по медицинской сортировке больных Да Нань, Чжоу Юнь пошла в смотровую, чтобы помочь Ху Лайшуню и Ли Дэяну. Работа отделения неотложной помощи совсем не похожа на то, что показывают в кино и телесериалах: несущаяся по трассе машина скорой помощи с сиреной и сверкающими красно-синими огнями доставляет в больницу опутанного сотней трубок пациента в критическом состоянии, толпа врачей и медсестер бегут рядом с каталкой, сопровождая больного в реанимационную палату… Все не так. В большинстве случаев врачи отделения неотложной помощи имеют дело с пациентами с высокой температурой, рвотой, диареей и острой болью в животе. В детском отделении к этому добавляются инородные предметы в дыхательных путях, а также травмы в результате падений и других несчастных случаев, поэтому там совсем не увидишь таких драматичных сцен – все очень однообразно и скучно. Но именно это и есть настоящее испытание: огромное количество рутинной работы может легко вывести из себя, особенно во время вечерних и ночных дежурств, когда врач должен одновременно иметь дело с множеством разных пациентов. Он постоянно находится в состоянии предельной усталости и утомления. В таком случае выдержка и терпение оказываются даже важнее медицинских знаний. Ху Лайшунь, как назло, был лишен этих качеств.

Раньше Ху Лайшунь работал врачом-терапевтом в стационаре Городской детской больницы Пинчжоу. Сейчас ему было уже за тридцать. Справедливости ради стоит отметить, что он был неплохим профессионалом, только вот работу свою не любил. Его воротило от пронзительных звуков детского плача, раздражала необходимость общаться с родителями во время приема. Он очень редко смотрел собеседнику в глаза, часто говорил ехидные и двусмысленные фразы, из-за чего постоянно возникали конфликты. Энергии же у этого малого было хоть отбавляй. Все свободное время Ху Лайшунь проводил за тренировками в спортзале, но тренировался он не ради спортивной фигуры и даже не ради крепкого здоровья, а для того, «чтобы не опозориться, если вдруг придется подраться с кем-то из родителей». Все в больнице знали, что фамилия у этого парня говорящая, ведь иероглиф «ху» означает «варвар». И правда, вел он себя частенько по-дикарски. Все врачи, которые пришли на работу одновременно с Ху Лайшунем, уже давно получили повышения, а его «промариновали» дольше всех, и только недавно очередь дошла и до него. По правилам практикующему врачу любой категории, для того чтобы получить повышение, нужно сперва не меньше двух месяцев отработать в отделении неотложной помощи. С учетом того обстоятельства, что отношение Ху Лайшуня к работе вызывало некоторые вопросы, руководство больницы установило для него срок в полгода. Конечно, это его сильно опечалило, но деваться было некуда – пришлось перетерпеть. И он уже перетерпел пять месяцев, только вот характер у него становился все хуже и хуже.

Сегодняшняя смена выдалась сложной, Ху Лайшунь подумал, что лучше всего будет не напрягаться, работать как можно медленнее и тянуть время, насколько получится. В любом случае главная в отделении – Чжоу Юнь, она не сможет просто смотреть, как больные толпятся в очереди, и обязательно придет на помощь. Раз уж ей выдержки не занимать, пусть она сама и тащит все это на себе, а он силы побережет, и отлично.

Но, несмотря на это, ему все-таки пришлось повозиться с несколькими странными случаями.

Первый: трехлетний мальчик, отец которого ворвался в смотровую и сообщил, что заметил кровь в моче у ребенка. Этот рослый и тучный человек трясся, как в лихорадке. Ху Лайшунь выдал ему направление на анализ мочи, и спустя некоторое время пришел ответ, что все показатели в норме. Отец ребенка расшумелся, кричал, что это приборы в лаборатории не работают, а он своими глазами видел, что моча у ребенка красная. Ху Лайшунь тоже не мог понять, в чем дело, расспрашивал родителя обо всем подряд и в итоге выяснил, что дома рядом с писсуаром стояло красное пластиковое ведро для швабры. Когда ребенок писал, цвет ведра отразился в струе мочи, и отцу показалось, что моча ребенка красная.

Второй: ребенок с жалобами на высокую температуру. Во время сортировки Да Нань, прикоснувшись ладонью к его лбу, почувствовала, что у него максимум субфебрильная температура, но мать ребенка утверждала: когда они дома измеряли температуру при помощи бесконтактного термометра, результат превысил 40 °C. Да Нань ничего не оставалось, кроме как направить этого ребенка на консультацию. Ху Лайшунь только раз взглянул на ребенка. Хотя тот выглядел немного вялым, глаза у него блестели, а глазные яблоки активно двигались. На лице не было и следа румянца, какой обычно бывает при лихорадке, и градусник показывал 36,8 °C. По всему было понятно, что история про высокую температуру – вранье. Тогда Ху Лайшунь сказал матери, что, раз температура у ребенка «нестабильная», он подозревает инфекцию центральной нервной системы и что необходимо сделать люмбальную пункцию, а также взять на анализ спинномозговую жидкость. Ребенок с любопытством спросил, как это делается. Тогда Ху Лайшунь выдвинул ящик своего стола и достал из набора инструментов иглу для спинномозговых пункций. Перепуганный ребенок, рыдая во всю глотку, признался, что просто не хотел идти на контрольную, поэтому наврал, что у него температура, а во время измерения дома направлял датчик бесконтактного термометра на грелку, спрятанную за пазухой.

Третий случай был самым необычным. Годовалый ребенок упал с кровати и сильно ударился головой. Ху Лайшунь посветил ему в глаза медицинским фонариком, чтобы оценить зрачковый рефлекс[31], и не обнаружил никаких проблем. Но отец ребенка продолжал переживать. Он приподнял волосы на голове малыша со словами:

– Ну как же – «ничего страшного»? Доктор, вы только посмотрите: аж три шишки набил, даже волосы повыпали.

Ху Лайшунь взглянул и холодно ответил:

– Вы непременно хотите услышать от меня, что с ребенком случилось что-то плохое, и только тогда успокоитесь? Вы видели когда-нибудь, чтобы кто-то, падая с кровати, набивал