Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

то немногое, что нам известно, в интересах следствия. Знали бы вы, какой ад разразился в оперативном отделе, когда мы поняли, что до вас дошла информация о Густаве Брунсе.

– То есть полицейские работают друг против друга, – Рубен покачал головой. – Что ж, будем параллельно расследовать одно и то же.

– Уж лучше так, по мнению кое-кого из коллег, – сказала Сара. – Но я не согласна. Думаю, имеет смысл поднять этот вопрос вам с Юлией, а мне с моим начальством. Может, получится наладить обмен информацией. Мне кажется, мы все выиграем от этого.

– Да, черт возьми, – с жаром подхватил Рубен. – Я так понимаю, вы хотите, чтобы я отложил визит к Петеру до разговора с начальством?

– Думаю, это было бы разумно. Не уверена, что вы понимаете, насколько опасны эти люди. Уже того, о чем все знают, более чем достаточно. Но есть еще кое-что, о чем наш отдел предпочитает не распространяться… в общем, будьте осторожны, Рубен.

Сердце екнуло при мысли, что ее действительно заботит его безопасность. Но нет, это не более чем вежливость. Нечто подобное Сара сказала бы любому полицейскому на месте Рубена.

Он встал. Запах водки становился слишком навязчивым, и Рубену не хотелось ничего так сильно, как только на несколько шагов отдалиться от Сары. В идеале еще нагрузить ноги до того, как Сара уйдет, не успев увидеть, какой вес он выставил.

Но Сара поднялась одновременно с Рубеном. Некоторое время они стояли друг напротив друга и молчали. Коллега на штанге ревел, как олень во время гона. И все ради того, чтобы на пару сантиметров увеличить обхват бицепсов.

Сара первой нарушила молчание:

– Ты… не знаю, насколько безумно это прозвучит… мы ведь совсем не знаем друг друга. Но… как-то грустно на Рождество одному. Приходи ко мне, если хочешь. Думаю, праздник века нам ни к чему. Просто съедим что-нибудь вкусненькое, посмотрим фильм. Мне подарок не нужен. Можешь прихватить для детей… что-нибудь совсем маленькое. У них и без того навалено под елкой. Сверхкомпенсация… это так свойственно одиноким родителям.

Сара небрежно махнула рукой, и Рубен постарался выглядеть таким же равнодушным.

– Хорошая идея, – похвалил он. – Думаю, все получится. Время?

– В пять вечера тебя устроит?

– Идеально.

Рубен подождал, пока Сара отойдет к гребному тренажеру. После чего развернулся и переставил планку штанги для ног с отметки восемьдесят килограммов на двести. Вдруг захотелось быть в хорошей форме накануне сочельника.

И до встречи с Кристером еще оставался час.

Мина подавила улыбку, когда Рубен вошел в офисный зал с влажными волосами и спортивной сумкой на плече.

– В здоровом теле здоровый дух?

– Вот черт! – Рубен с размаха поставил сумку на пол. – Чему ты так ухмыляешься?

Щеки Рубена вспыхнули, но он успокоился с сел с серьезным видом на стул, прежде чем Мина успела спросить о причине смущения.

– Из джунглей телеграфировали, что Драгану Манойловичу скоро предъявят обвинение, – сообщил Рубен.

– Ага, что еще сказала Сара? Я видела, как она выходила из спортзала.

Теперь румянец распространился и на его шею.

– Уф, ладно, хватит. Ну да, это она мне сказала. И еще я слышал, что вытворял здесь Густав Брунс на пару со своим адвокатом. Не пора ли, в самом деле, призвать его к порядку?

– Только после того, как мы сами будем тверже стоять на ногах. Главный вопрос – на что пошли деньги? И зачем они понадобились Густаву? Его доходы, насколько мне известно, не уменьшились. Зачем ему принимать подарки от сербской мафии? Миллион – для большинства людей это большие деньги, но Брунс тратит столько за неделю на Ривьере.

– Ага… Наркотики, цыпочки, казино.

Что-то смутно зашевелилось в памяти Мины. Что-то такое как будто проскользнуло у Брунса на допросе, чего она никак не могла вспомнить. Как будто что-то про кофе… Мина силилась понять, что такое хочет сообщить ей собственный мозг.

– Мог Драган использовать «Конфидо» для отмывания денег? – спросила она.

– То есть ты уже отказываешься от версии, что деньги были платой за убийство Юна?

Рубен достал полотенце из сумки и вытер лоб.

– Я ни от чего не отказываюсь, но стараюсь мыслить широко.

Рубен встал и опять положил полотенце в сумку.

– Чем теперь собираешься заняться? – спросила Мина, мрачно глядя в чашку.

На поверхности холодного кофе образовалась радужная пленка, напоминавшая о пролитом бензине.

– Сейчас мы с Кристером собираемся навестить мать Маркуса.

И пояснил, встретив недоумевающий взгляд Мины:

– Марка Эрика, так его все называют.

– Да, да, – рассеянно закивала Мина.

Мозг судорожно перебирал варианты. Что из допроса Густава Брунса привлекло ее внимание? Мина поднялась за очередной порцией бензинового кофе. Иногда он помогал отвлечься от навязчивых мыслей.

Винсент проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Неужели утро? Такое ощущение, будто он только что уснул. Толчки становились все интенсивнее.

– Папа! – совсем близко произнес нетерпеливый голос. – Папа!

Винсент заставил себя открыть глаза и попытался сфокусироваться.

Астон стоял рядом с кроватью и стягивал с него одеяло.

– Что случилось?

Он пришурился на часы на прикроватной тумбочке. Без пяти шесть.

Астон еще крепче вцепился в одеяло и дернул изо всей силы. Винсент, в свою очередь, потянул одеяло на себя.

– Возьми свое, – пробурчал он. – Зачем ты меня разбудил? И почему сам не спишь?

– Потому что сегодня начались рождественские каникулы! – радостно закричал Астон. – И на улице много снега! Давай, папа, вставай! Ты будешь копать, я строить!

Винсент натянул одеяло на голову и застонал:

– Иди поиграй в видеоигры, как нормальный ребенок. И не буди маму.

– Она не спит.

Винсент сбросил одеяло с головы и оглянулся на другую половину кровати. Астон прав. Марии не было. Ее половина не только пустовала, но и была застелена. Винсент знал только одного человека, который заправлял половину кровати. Похоже, Мария давно проснулась.

– Я иду, – Винсент махнул рукой в сторону Астона. – Просто дай мне немного… времени на раскачку.

Астон издал радостный визг, который наверняка можно было слышать в соседней коммуне. Винсент сбросил одеяло и надел халат. Некоторое время шарил ногами по полу в поисках тапочек. Полы холодные, так что передвигаться по дому можно не иначе как обернув ноги мягким защитный слоем.

Когда Винсент вышел на кухню, с удивлением обнаружил, что Марии там нет. Он не нашел ее ни в гостиной, ни в ванной. Отправляться куда-либо по делам слишком рано. Винсент почувствовал озноб, хотя халат плотно окутывал тело. Перед глазами встал текст загадочного послания:

Я